городу без дела она предложила встретиться и пообедать вместе, и я с радостью согласилась.
Глава 16
Вероника оказалась миниатюрной брюнеткой с мальчишеской стрижкой. Ее костюм был вполне стандартным, но кожаная сумка, телефон и обувь выглядели ужасно дорого, даже на мой дилетантский взгляд.
Первые несколько минут я ощущала неловкость, но чудовищным усилием воли заставляла себя говорить и вскоре атмосфера потеплела.
Вероника оказалась милой и открытой девушкой. Она рассказала мне, как на третьем курсе начала учиться на втором высшем попутно подрабатывая переводчиком. С гримасой описывала прелести корпоративной жизни в японской компании. В переписке она упоминала своего бойфренда, насколько я поняла он был русским и они познакомились на какой-то экспат-вечеринке.
— А ты же встречаешься с японцем, да? — она задорно прикусила нижнюю губу. — Как тебя угораздило? Хотя, от вас же там Япония совсем близко, наверное, многие выходят за азиатов.
— Ну, я бы так не сказала, по крайней мере мои родители сильно удивились.
— Я шучу, шучу! — она провела пальцем по контуру рта, проверяя, не смазалась ли помада. — Вообще, японцы скучноваты на мой вкус. У них какая-то сверхидея о себе как о супер-нации и ничем другим, они по большому счету не интересуются. Мне сложно бывает даже с девушками найти общие темы для разговора, не говоря уже о парнях.
Я вспомнила наши с Хиро фотодиалоги и с улыбкой пожала плечами.
— Наверное, везде бывают исключения, — я вспомнила Такеши и Ичиро, — мне пока попадались весьма интересные парни.
Потом мы принялись обмениваться впечатлениями о Филиппинах. Вероника была там дважды, но оба раза на Боракае.
— Я все хочу посмотреть долгопятов, они такие милые, умереть можно! — я кивнула с улыбкой.
— Мы приехали довольно рано утром, и они еще не спали. Очень смешные, такие длинные пальцы и хвосты. Похожи на Йоду из Звездных войн, говорят его с них рисовали. Сидят на своих веточках тихо-тихо и только уши поворачивают на голос, но если услышат какое-нибудь насекомое, прыгают молниеносно, я даже в первый раз не поняла, куда он пропал, так быстро исчез!
Я показывала ей фотографии зверьков, на одной из них нас с Хиро сняли рядом с одним из них (в руки брать было нельзя).
— Это твой парень? Красавчик! — она толкнула меня локтем под ребро. — Такое знакомое лицо у него, где же я его видела.
— Может быть в рекламе? — пошутила я. — Я всегда говорила, что ему нужно сниматься в рекламе!
— Ага, — она нахмурила лоб, пытаясь сосредоточиться, — как говоришь его фамилия?
— Ханазоно. Ханазоно Хиро.
Внезапно озарение промелькнуло в ее глазах и брови тут же поднялись домиком.
— Ханазоно Хиро? Сын Ханазоно Масато?
Я силилась вспомнить имя отца Хиро но потерпела полный крах.
— Возможно. Мне жутко стыдно, но я не помню имен его родителей, у нас не слишком теплое знакомство вышло.
Вероника изумленно покачала головой и что-то набрала в телефоне. Протянула мне.
— Это твой жених?
На фотографии Хиро в строгом деловом костюме пожимал руку какому-то седовласому японцу. За его спиной стоял иностранец.
— Да, это точно он, откуда у тебя…
— Погоди, мы тут уже час болтаем, и ты забыла упомянуть, что выходишь замуж за наследника Ханазоно Энтерпрайз?
— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Ты о предприятии его отца? Это что-то важное? Хиро упоминал, что у них с отцом разногласия по поводу его выбора профессии, возможно, он недоволен, что его сын простой служащий. Ты точно ничего не путаешь?
Вероника смотрела на меня, как на говорящего долгопята, слегка приоткрыв рот.
— Ты действительно ничего не знаешь? Простой служащий чего? Мы сейчас говорим о создателе Эйч-Гард, человеке, чья компания удостоилась чести инспектировать на прочность государственные компьютерные системы безопасности. Человеке, который за несколько лет, создал международное предприятие, задающее уровень в этой области.
— Создал? — я беспомощно посмотрела на фото.
Она набрала в браузере имя Хиро по-английски и повернула экран ко мне.
"Ханазоно Хиро — восходящая звезда японского молодого бизнеса"
"Ханазоно Хиро подписал контракт на трехлетнее сотрудничество с американской компанией Немо"
"Ханазоно младший доказывает, что традиционная организация японских корпораций устарела"
С фотографий на меня смотрел будто повзрослевший и чуть более строгий Хиро, подписывающий контракты, пожимающий руки, принимающий награды и перерезающий какие-то ленты. Я едва заставила себя выдавить.
— Я действительно ничего об этом не знаю. Ты говоришь его отец известный человек?
Вероника смотрела на меня почти с жалостью.
— Насколько я помню, Хиро с нуля создал небольшую компанию по тестированию и разработке охранных систем. Сейчас они на волне, про них много пишут в специализированых изданиях, они заключили несколько важных контрактов. Но Ханазоно Масато — это легенда. Он глава крупного конгломерата, с широким кругом интересов, от поставок питьевой воды, до продажи медицинского оборудования. Это семейный бизнес, материнскую компанию организовал еще дед Масато, отец едва не погубил, а Масато поднял, развил и довел до сегодняшнего блистательного уровня.
— Они богаты, — ошеломленно прошептала я.
— Неприлично богаты.
Что мне было с этим делать? Я пыталась найти логичное объяснение, но не могла.
"У меня хорошие отношения с начальством. Свободный график. Должен быть всегда на связи" его слова дымом клубились в моей несчастной голове.
— Вы собираетесь пожениться, но он говорит тебе, что он простой служащий? — я кивнула. — Это как-то не похоже на серьезные отношения.
— Это ни на что не похоже, — я встала. — Прости, мне нужно пройтись.
— Все нормально, ты забыла куртку, — я обернулась к ней.
— Но он же не обязательно унаследует эту компанию? Особенно если у них с отцом плохие отношения, может быть, они давно решили, что он идет своим путем?
Вероника мягко погладила меня по плечу.
— Так не бывает, Нина. Он единственный сын, он встанет у руля, даже если убьет человека и будет прилюдно есть его внутренности. Я не знаю, что там у вас происходит, но надеюсь, что вы сумеете разобраться.
Я снова деревянно кивнула. Наш диалог весь был, словно выписан сценаристом с чересчур богатым воображением. Мой Хиро не мог быть наследником гигантской компании. Он не мог быть создателем собственной. Он не мог сознательно скрывать это от меня. Он не мог так долго врать мне в глаза.
Я спустилась в метро и долго-долго ехала беспорядочно переходя с одной ветки на другую. Я рассматривала старушек с тележками, девушек в ярких пуховиках, детишек с голыми, несмотря на январь коленками. У меня очень болела голова, и я никак не могла выстроить верную картину мира. Мальчик, с которым я встречаюсь,
