Читаем без скачивания Товарищ Ссешес - Леонид Кондратьев

Подойдя к столу и затушив окурок в переполненной пепельнице, подполковник продолжил:

— Обследование железнодорожного полотна привело к обнаружению участка местности на расстоянии четырех километров после станции Оранчица… черт бы побрал эти славянские зубодробительные названия. Так вот! После этой станции в лесном коридоре, по которому проходит железная дорога, был обнаружен аномальный участок с пожухшей, пожелтевшей растительностью. Заключение экспертов, дополненное выкладкой патологоанатомов, рисует чудовищную картину применения дьявольского оружия русских. Участок местности, включая в себя отрезок железной дороги с двигающимся в этот момент по нему эшелоном, был практически мгновенно нагрет, по заключению экспертов, до пятидесяти — пятидесяти пяти градусов. Что вызвало мгновенную смерть находящихся в эшелоне солдат и изменение цвета окружающей растительности. Машинисты сохранили жизнь, но не разум из-за большой скорости движения эшелона и малого времени нахождения в зоне воздействия. Картина поражения плавно меняется от первых вагонов к последним. У часовых, находившихся на тормозной площадке последнего вагона, от нагрева практически запеклись глаза. Каким бы ни было это оружие, некоторые следы оно все же оставило. В частности, кроме четко видимой зоны воздействия, обнаруживаемой благодаря изменению цвета растительности, на месте применения в гравийной подушке были обнаружены три четких проплавленных углубления, заполненных застывшей стекловидной массой, когда-то бывшей гравием. Средний диаметр углублений составляет восемь, а глубина шесть сантиметров.

Эксперты практически единогласно сошлись во мнении, что это места установки экспериментального оборудования, позднее унесенного диверсантами.

В связи с большой опасностью данного диверсионного отряда, обладающего столь действенным секретным оружием, с сегодняшнего дня в подчинение третьему отделу абвера было передано два полка бомбардировочной авиации для осуществления разведки и бомбардировки замеченных участков возможного нахождения диверсантов.

Остановившийся посередине комнаты подполковник устремил усталый взгляд в обрамленное тяжелыми шторами окно кабинета и тихим голосом добавил:

— Нам лучше как можно скорее выжечь эту язву. Не забывая, впрочем, о захвате использованного советскими диверсантами вооружения. Думаю, оно очень сильно заинтересует руководство вермахта.

14.08.1941 г. Ссешес Риллинтар

Влажный хруст пересыпанного толченым древесным углем когда-то белоснежного болотного песка, тихое потрескивание стекающих с амулетов разрядов и заполнивший окружающее пространство низкочастотный гул четырех сверкающих серебряных цветков накопителей. Тихое занятие, успокаивающее нервы, — взяли амулет, воткнули. Взяли следующий, воткнули. И так сто двадцать четыре раза. Немного похоже на сельскохозяйственные работы. В небесах висело ненавистное солнце, обложенное начинающими собираться тучами. Парило…

I'ssuri elggen uns'aa.Ussta ilharn ycal uns'aa.Ranndek lu'dalninin s'tharl harl l'lawat,veldri illingen nind zhal flamgra mina ulnin.

Детский стишок, привязавшийся к языку, позволял хоть ненадолго отвлечься от монотонной работы и переключить голову на что-нибудь другое. Поэтому раздавшийся вопрос первоначально даже выбил из колеи и заставил застыть с занесенной рукой, вооруженной уже подготовленным амулетом преобразования.

— Это заклинание?

Устроившийся рядом на небольшой травяной кочке Иванов, до того беззвучно разглядывавший творимое перед ним, с заинтересованным видом ожидал ответа.

Равнодушно дернув кончиком обращенного к нему уха, я с усилием вонзил очередной амулет в подготовленную канавку синхронизатора и, чуть задумавшись, перевел:

Мама меня убила.А отец меня ест.Братишки и сестрички сидят под столом,Прячут кости,Они сожгут их вскоре.

Взяв из лежащего у моих ног мешка очередную заготовку, добавил:

— Это просто детский стишок, просто на язык попался.

— Н-да… детки у вас…

Повернув голову в сторону собеседника, я удивленно приподнял левую бровь:

— Да?

— Саш… Вы б за тем, что говорите, последили… — Иванов чуть улыбнулся. — У нас советуют: думай, что говоришь. Поосторожнее надо бы…

— Зачем? — Легкий намек на полуулыбку-полуоскал появился и мгновенно пропал на находящемся в полутьме капюшона лице. — В ваших так называемых сказках, рассказываемых старшиной, пробегает много такого, после чего с вами вообще дел иметь не хочется. Но ведь сижу вот разговариваю. А делать выкладки на основании устного творчества народа довольно непрофессионально. Анализ рассказов Сергеича позволяет с легкостью сделать выводы о крайней мере ксенофобии вашего общества и неприятии формаций или личностей, отличающихся от ваших.

В руке Иванова сверкнула все та же никелированная зажигалка.

— Именно. Тогда подумайте сами — к каким выводам приведет анализ ваших сказок?

Легкий, веселый и немного сумасшедший смех сам собою вырвался из моей груди. Подхватив еще один амулет, я чуточку сместился в сторону свободной лунки и с усилием вонзил его на законное место.

— Знаешь… возникает такое ощущение, что мы друг перед другом хвастаемся, у кого dalharen кровожаднее и больше приспособлены к самостоятельной жизни. Я и так могу сказать: там, где выживут дети моего вида, твои умрут. И наоборот: там, где твои вырастут и станут надежной опорой Дома, мои будут белеть костями. Мы слишком разные…

— Это и ежику понятно — холодное с мягким не сравнивают. Только ты, Саш, среди людей сейчас. Поймет кто не так… не отмоешься. — Серые глаза посерьезнели. — А тебе здесь жить.

Добрый отеческий прищур, как у дедушки Ленина, у меня, конечно, не получился, но что-то во взгляде, брошенном на Иванова, наверное, было.

— Так ведь и я могу понять не так… А жить… Поверь мне, если бы я хотел просто жить, а точнее, выживать, о моем присутствии в этих лесах никто бы никогда не узнал. Только вот выживать, а точнее, прятаться в этих лесах пришлось бы столетиями, если не тысячелетиями… Избави Ллос от такой судьбы. Осторожность сродни страху, а страх убивает. Ведь все просто — есть враги, есть друзья и союзники, есть члены Дома. Все темно и прохладно.

— Плохо вы людей здешних знаете… По вёскам и со своими говорят мало… пока не прижмет.

— Пусть не мешают, а большего от них я не требую. Дом Риллинтар всегда сохранял честь в отношениях с союзниками и друзьями. А враги… — После последней фразы пауза в разговоре возникла сама собой, так как, для того чтобы воткнуть следующий амулет, мне пришлось значительно сместиться в сторону.

— Хорошо у вас там… Просто… — Иванов тяжело поднялся. — Ну а мне уже собираться пора. Загостился я здесь — отзывают.

— Просто?! — Весело хмыкнув и подкинув амулет в руке, продолжил недосказанную мысль: — Просто — это когда война между Домами длится максимум десять-двадцать лет. А сами они существуют максимум пару тысячелетий. Просто… Семьдесят тысячелетий вражды… Нескончаемые битвы… Как же у вас там хорошо? Мне понравилась твоя шутка. — Искренне и открыто улыбнулся Иванову: — Что отзывают — это я понял давно. Твои воины абсолютно не умеют контролировать всплески ауры. В них так и светится радость и опасение. — После чего уже серьезным голосом добавил: — Дом Риллинтар предлагает свою помощь в организации возвращения. Партию даров своему Дому возьмешь?

— Почему бы не взять, если от чистого сердца. А с возвращением… — зажигалка сверкнула в воздухе, — с возвращением мы уж, звиняй, ножками. Так оно привычней. Немцы по твоей милости какой день оцепление держат?

— Да разве это оцепление? Вот после того как мост рванули — было интереснее. А эти даже шороха боятся. Шесть ночей стоят. Да толку от них? Духа Чаши попроси, он хоть толпу выведет. А может, и выходить не надо — поляну для посадки ваших летающих тарахтелок мы организуем хоть сейчас. Правда, в каждую максимум хуманса три-четыре влезет. Ночью прилетят, заберут вас вместе с дарами — и обратно в благословенную тьму Дома.

— Далековато для них, за ночь не обернутся. И тебе здесь лишних пока не надо бы. Да и Лешака просить… — Иванов коротко хмыкнул: — Ниче, нам не привыкать. Пройдем тихо.

— Тогда да укроет Мать Тьма твои следы, qu'abban Дома СССР Николай, сын Антона.

14.08.1941 г.

Командиру айнзацгруппы А группенфюреру СС Эриху фон дем Баху

Рапорт унтерштурмфюрера СС Кляйста подтвержден его подчиненными, также видевшими объект. Проведенное медицинское освидетельствование унтерштурмфюрера Кляйста, а также его подчиненных (выборочно) не показало фактов употребления наркотических веществ. Согласно выводу психиатрической экспертизы, унтерштурмфюрер Кляйст пригоден к дальнейшему несению службы, серьезной патологии не выявлено.