Не глядя на меня, отец протянул руку:
— Дай мне Грейсвандир.
Я стянул с шеи оружие и передал ему. Корвин опоясался ремнем и ослабил клинок в ножнах.
— Все в порядке. Что теперь? — спросил он.
Я стал быстро соображать. Если Даре известно, что я в прошлый раз выходил сквозь стены — а такое, в общем-то, вполне вероятно, — тогда стены могут так или иначе превратиться в ловушку. С другой стороны, если мы используем тот путь, которым я пришел сейчас, то вполне можем встретить сбегавшихся по тревоге стражников.
Проклятье.
— Пойдем, — сказал я, возбуждая спикарт, и приготовился унести нас при любом намеке на бесцеремонное вмешательство. — Учти, что наш побег включает в себя левитацию.
Я вновь взял его за руку, и мы приблизились к пути. Как только путь включился, я раскинул энергетическую паутину и по прибытии подкинул нас над полем из клинков и цветов.
Из коридора донеслись звуки шагов. И тогда мы прыгнули в покои Юрта, так как они казались местом, куда в последнюю очередь заглянут, разыскивая человека, сидящего в темнице; кроме того, я знал, что именно сейчас Юрту его апартаменты не понадобятся.
Корвин растянулся на кровати и покосился на меня.
— Между прочим, — сказал он, — спасибо.
— Всегда рад, — ответил я.
— Ты вполне уверен насчет этого места?
— У нас не слишком большой выбор, — сообщил я ему.
— Тогда как насчет рейда по холодильнику, пока я одалживаю у твоего брата ножницы и бритву?
— Чего бы тебе хотелось?
— Мясо, хлеб, сыр, вино, может, кусок пирога… Посвежее и побольше. А еще — ты многое должен мне рассказать.
Итак, я проследовал на кухню по знакомым с детства залам и коридорам. Здесь горело лишь несколько свечей, тлели очаги. Вокруг никого.
Я направился в кладовую и завалил поднос необходимыми яствами, добавив фруктов, что попались под руку. Я чуть не уронил бутылку вина, когда услышал у дверей резкий вдох.
Это была Джулия, задрапированная в синие шелка.
— Мерлин!
Я подошел к ней.
— За мной должок — несколько извинений, — произнес я. — Готов принести их.
— Я слышала, что ты вернулся. Говорят, ты станешь королем.
— Забавно, я тоже это слышал.
— Тогда будет непатриотичным злиться на тебя, не так ли?
— У меня и в мыслях не было тебе навредить, — сказал я. — Ни телесно, ни как-то иначе.
Внезапно мы оказались друг у друга в объятиях. Долго это длилось, наконец она промолвила:
— Юрт утверждает, что вы теперь друзья.
— Что-то вроде того.
Я поцеловал ее.
— Если мы снова будем вместе, — сказала Джулия, — он, наверное, опять постарается убить тебя.
— Знаю. И на этот раз результаты могут оказаться по-настоящему катастрофическими.
— Куда же ты сейчас собираешься?
— Есть одно дельце — на несколько часов.
— Почему бы тебе не заглянуть, когда ты закончишь? Нам много о чем нужно поговорить. Я остановилась в покоях, именуемых Глициниевой Комнатой. Знаешь, где это?
— Да, — сказал я. — С ума сойти.
— Увидимся позже.
— Наверное.
На следующий день я отправился к Краю, так как услышал сообщение, что ныряльщики в Преисподнюю — те, что ищут артефакты творения за пределами Края, — впервые за поколение приостановили свои операции. Когда я расспросил их, они сообщили мне об опасной активности в глубинах: вихрях, огненных ветрах, потоках новообразовавшегося вещества.
Забравшись в укромный уголок и глядя вниз, я воспользовался своим спикартом, чтобы расспросить второй. Когда я снял защитную оболочку, в которую заключил его, он затянул неизменную песенку: «Иди к Мандору. Коронуйся. Повстречайся с братом. Повстречайся с матерью. Начинай приготовления». Я вновь укутал и спрятал лжеспикарт. Вскоре он начнет подозревать, что я за пределами его контроля. Стоит ли беспокоиться по этому поводу?
Я мог бы просто скрыться: уйти с отцом, помочь ему во всем, что может возникнуть вокруг его Образа. Я мог бы даже закопать там оба спикарта, приумножив мощь того места. Если припрет, моя собственная магия останется при мне.
Беда в том, что мои проблемы коренились именно здесь. Я был выношен и выкормлен, дабы стать идеальным царствующим лакеем, под контролем матери и, вероятно, брата Мандора. Я любил Амбер, но также я любил и Двор Хаоса. Бегство в Амбер, где я пока буду в безопасности, решит мои личные проблемы не более чем побег с папой или возвращение в Тень Земля, которую я тоже люблю, с Корал или без нее. Проблема была здесь… во мне самом.
Я призвал облако, чтобы перенести меня к подъемному пути, возвращающему в пределы Всевидящих. По дороге обдумал то, что нужно сделать, и пришел к выводу, что боюсь. Если дела зайдут так далеко, как это вполне возможно, то очень вероятно, что я умру. Или я сам прикончу того, кого убивать не хочу.
Так или иначе, следует принять решение, или не видеть мне покоя на этом полюсе моего существования.
Я прошел у лилового потока под зеленым солнцем в зените жемчужного неба. Позвал серо-лиловую птицу, и она прилетела и села мне на запястье. Не отправить ли ее в Амбер с посланием для Рэндома?.. Однако как я ни старался, я не сумел составить даже простенькой записки. Слишком многое зависело от многого, слишком все взаимосвязано. Рассмеявшись, я освободил птицу, прыгнул с берега и проложил еще один путь под водой.
Вернувшись ко Всевидящим, я направился в скульптурный зал. К тому времени я понял, что и каким образом мне следует делать. Я стоял там, где уже стоял — давно ли? — разглядывая массивные конструкции и замысловатые фигуры.
— Призрак! — промолвил я. — Ты здесь?
Ответа не последовало.
— Призрак? — повторил я громче. — Ты слышишь меня?
Ничего.
Я вытащил колоду, нашел сияющий круг — Козырь для Колеса-Призрака, — и достаточно пристально вгляделся в него, но карта холодеть не торопилась. Вполне объяснимо, учитывая некоторые странности пространства, к которому давал доступ этот зал.
Я поднял спикарт. Использовать его здесь и на нужном мне уровне — то же, что включить охранную сигнализацию. Воистину…
Я нежно тронул карту силовой линией, пытаясь увеличить ее чувствительность. Сосредоточился.
Опять ничего. Приложил еще больше силы..
Последовало ощутимое охлаждение.
— Призрак, — проговорил я сквозь зубы, — это важно. Иди ко мне.
Нет ответа.
Тогда я послал энергию прямо вовнутрь. Карта начала светиться, на ней выступили ледяные кристаллы. Вокруг раздалось легкое потрескивание.
— Призрак? — повторил я.
Затем появилось слабое ощущение его присутствия, и я поднажал. Карта раскололась у меня на ладони; оплетя ее паутиной сил, я удержал все части вместе. Карта выглядела как маленькое витражное окно. Я продолжал тянуться сквозь нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
