Глядя на них, на ту гармонию и взаимопонимание, что царили в воздухе, мужчина все больше и больше испытывал благодарность судьбе за встречу с Мелоди.
Он был готов на всё, лишь бы она была рядом. Улыбалась своей открытой лучезарной улыбкой и называла его своим.
Майкл и не заметил, как медленно и незаметно Мелоди вписалась в его жизнь и заняла в ней первую, главенствующую роль. Она стала для него настоящим светом, посреди кромешного мрака. Его путеводной звездой, теплым костром в зимнюю стужу. Она стала для него абсолютно всем. Отныне его больше не беспокоили старые раны, сердце не болело, оплакивая прошлое. Душа не стремилась нырнуть в объятия воспоминаний, а ночные кошмары навсегда остались за закрытой дверью.
Мужчина даже о мести совсем перестал думать. Его не волновало, что и как сейчас происходит со всеми Харрисами. Они все вдруг перестали для него существовать.
— Милые, прошу вас, — взмолилась крестная, прерывая ход его размышлений, — поговорите с этими врачами. Я больше не могу находиться в четырех стенах! Пусть меня уже выпишут…
— Мам, ну ты чего? — удивленно спросил Майкл, впервые за все годы назвав ее «мамой». Это слово как-то незаметно вырвалось у него из уст, он и не понял, как это произошло.
Обе женщины удивленно замерли, не в силах отвести от него глаз.
Мелоди только счастливо улыбалась, а Анжелика внезапно заплакала.
Не выдержав вида ее слез, бросился к постели крестной и, опустившись на колени, взял ее руки в свои.
— Не плачь, я прошу тебя, — попросил он, осыпая поцелуями ее нежные ладони. — Я не могу смотреть на твои слезы. Мне невыносима мысль, что тебе может быть плохо или грустно на душе… Да, я так долго притворялся сильным, пытаясь скрыть свои чувства, но, — Майкл заглянул женщине в глаза, а пальцами стал нежно собирать ее слезы, — ты стала для меня матерью. После того, как мама и Дэвид покинули нас, именно ты была моей единственной опорой и поддержкой в жизни. Я сделаю все, чтобы стать тебе достойным сыном! Мама, только не плачь пожалуйста, — шептал он, уронив голову на колени Анжелки. — Не разрывай мне сердце… Я не выдержу, если с тобой вдруг что-нибудь случится. Ты мне очень нужна. Ты нужна нам, — Майкл отстранился, но только для того, чтобы притянуть к себе Мелоди. Мужчина посадил любимую на край постели, а сам так и остался стоять на коленях.
— Дети мои! — Анжелика плакала и улыбалась одновременно. Слезы счастья хлынули из ее глаз. — Я — самая счастливая мать во всем мире! Родные мои, — она обняла их обоих, по-очереди покрывая поцелуями лица Майкла и Мелоди. — Любимые… Как же я рада!
***
В нем что-то изменилось.
Как бы Хелена ни старалась, но ее не покидало чувство, что Лео пытается что-то скрыть.
Нет, их отношения совсем не изменились. Она по-прежнему навещала его каждый день, проводя все свои свободные часы с ним на физиотерапии и изнурительных занятиях медицинской гимнастикой.
Она продолжала поддерживать его. Держала Лео за руку, когда он уже был не в силах выполнять указания и команды врача. Шептала ему мотивационные слова, пытаясь вселить в него веру и желание противостоять недугу.
Они могли часами разговаривать обо всем на свете, пока разъяренные медсестры не выгоняли девушку из палаты с требованием дать пациенту отдохнуть.
Но даже всё это никак не могло унять и уничтожить те маленькие крупицы сомнений, что беспокоили ее.
Хелена чувствовала как между ними вдруг образовалась пропасть. Небольшая, но такая многозначительная. Лео больше не доверял ей, как это было раньше.
У него появились секреты. От нее. И это не могло не ранить…
Может, он что-то вспомнил?
Нечто такое, что мешает ему относиться к ней как раньше?
А вдруг Лео любит другую?
Вдруг в его жизни уже есть та, чье место она пытается занять?
Девушка думала об этом всю дорогу до дома, снова и снова разрывая себе сердце подобными размышлениями.
Ей казалось, что она поступает гнусно и неправильно. В одночасье все то, что когда-то было между ними: все прикосновения, взгляды и поцелуи, из прекрасного превратились в нечто темное и ужасное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Хелена ощущала себя настолько разбитой и обессиленной, что не смогла даже приготовить для брата ужин.
Она лишь с трудом добралась до своей комнаты и упала на кровать прямо в одежде, не снимая платья, в котором обычно ходит на работу.
Единственное, чего ей сейчас по-настоящему хотелось — это покой и возможность побыть одной, наедине со своими переживаниями.
* * *
Маркус Беррингтон…
— Кто ты? Как связан со мной?
Лео сидел на постели, не в силах отвести глаз от детских рисунков, украшающих стены его палаты. На каждом из них были запечатлены мечты мальчика, чье имя звучало до боли знакомо.
— Маркус… — произнес мужчина, пытаясь разбудить в памяти хоть что-то, что могло бы ему помочь. — Беррингтон…
Эта фамилия…
Это сочетание…
Он уже слышал его!
Мужчина был уверен в этом на миллион процентов. Слишком много эмоций он переживал, когда слышал его.
Но что могло связывать его с каким-то мальчиком?
— Если бы я только вспомнил, — разговаривать с самим собой стало для Лео уже привычным делом.
Каждый вечер, когда Хелена уходила домой, он оставался наедине с собственными демонами, которые только и ждали момента, чтобы напасть. Эта милая, с необыкновенно чистым и добрым сердцем девушка была для мужчины единственным источником света в этом огромном, абсолютно чужом и незнакомом мире. Но стоило ей исчезнуть, как он снова тонул во мраке…
* * *
— Как долго вы еще собираетесь оставаться обиженными друг на друга? — прямо спросила Мелоди, когда они с Майклом уже ехали домой.
Их автомобиль плавно двигался в череде других, время от времени, останавливаясь на светофорах и пропуская пешеходов.
Подобные совместные поездки за прошедшие несколько дней уже успели стать для супругов привычными, и они уже не могли представить себе другой жизни.
— Ты о чем? — не понял мужчина, затормозив на очередном пешеходном переходе.
Майкл повернул голову вправо и оказался в плену глубоких голубых глаз любимой.
— Я о вашей ссоре с Робертом, — объяснила она, немного нахмурившись. — Мне не хочется чувствовать себя причиной вашего разлада. Вы же так долго были настоящими друзьями! Майкл, ты не должен так поступать с ним…
Девушка озадаченно замолчала, поскольку не знала, что еще можно добавить к уже произнесённому. Ей была невыносима сама мысль о том, что такой крепкой и проверенной годами дружбе может придти конец. Из-за неё.
— Ты права, — наконец, заговорил Майкл, выруливая на главную дорогу. — Я немедленно займусь этим делом. Завтра же поговорю с Робертом и заставлю его вернуться в компанию. Наша ссора была моей очередной ошибкой. Надеюсь, он поймет это и сможет меня простить…
Тепло вмиг разлилось по груди девушки, распространяясь вместе с кровью. Приятные предчувствия заставили ее заулыбаться, а сердце забилось чаще.
Она наклонилась в сторону и прижалась лбом к плечу мужа, с удовольствием вдыхая аромат его парфюма.
Только он пах так особенно и приятно!
Этот запах, в котором смешались нотки дорогого одеколона, настоящего мужчины и дыма сигарет, принадлежал лишь ему одному. И Мелоди была готова вдыхать и дышать им вечно, до конца своих дней.
— Как же мне хочется, чтобы наша жизнь, наконец, наладилась, — мечтательно протянула она, глядя на, проплывающий мимо, ночной город. — Чтобы Анжелика поскорее выздоровела, и мы забрали ее из больницы. Ты помирился с Робертом, и вы снова вместе смотрели трансляции футбольных матчей, комментируя игру на весь дом…
— Вот увидишь, — заверил ее Майкл, — все будет именно так! Ты, главное, не отпускай мою руку и будь всегда рядом, об остальном я обязательно позабочусь.
