— Да, ваше величество. Перед их королем, но также и перед их сервами.
— Обязательства перед сервами? И у тебя хватает наглости…
— Хватает, ваше величество, и у их советов тоже. Кстати, кто является вашим наследником?
Последний вопрос заставил короля похолодеть.
Гар терпеливо ждал.
— Верный долгу монарх, — произнес наконец его величество, — всегда должен прислушиваться к гласу своего народа. Я возвращаюсь в замок, сэр Гар. Можешь встретиться со мной в зале аудиенций через полчаса, и захвати тех людей, о которых ты говорил.
Гар склонил голову.
— Как угодно вашему величеству.
Солдаты расступились, освободив ему проход к дверям. Король повернул коня и уехал со всем достоинством, на которое был способен в нынешнем расположении духа.
Вернувшись в дом, он развил, однако, лихорадочную деятельность, раздавая приказы направо и налево.
— Лучники — на балкон для музыкантов! Пехота — переоденьтесь в лакейские ливреи! Рыцари…
Он осекся, сообразив вдруг, что рыцарей у него как раз и не осталось. Хуже того, те немногие солдаты, что оставались еще подле него, выслушивали его приказы с серьезным видом, но не делали ровным счетом ничего.
Потом сержант дал знак, и двое солдат выступили вперед и поклонились.
— Помогите его величеству снять доспехи, — произнес сержант. — Ваше величество, сэр Гар прислал нас, дабы мы проводили вас на трон со всеми почестями, на какие мы способны.
Король изверг замысловатое ругательство, от которого солдаты покраснели, а сержант одобрительно ухмыльнулся. Все же они продолжали почтительно ждать, не трогаясь с места. Кончилось тем, что король пошел с ними. Когда они уже готовились вступать в тронную залу, к Гару и Дирку протолкался запыленный солдат.
— Господа рыцари! Верные герцогу Гринлахскому люди одолели повстанцев! Он выступил, чтобы освободить короля, и все солдаты, избежавшие нашего плена, собираются под его знамена!
— Гринлах в сотне миль отсюда! — удивленно заметил Колл. — Новости распространяются со скоростью молнии!
— С нашей-то сетью ячеек? Да, слово путешествует быстрее человека. И все же пять часов — это потрясающе. — Гар нахмурился. — Сотня миль, говоришь? А армия на марше одолевает двадцать миль в день — даже скорее дюжину. Что ж, у нас по меньшей мере пять дней. — Он повернулся к Дирку. — Пошли, изложим наши положения его величеству! Нам надо проявить всю возможную настойчивость.
— А мне-то казалось, ты велел мне оставить клещи для пыток в подземелье…
— Ну, не такую же! — Гар повернулся к гонцу. — Много погибших?
— Меньше, чем было бы, если бы битва все-таки началась, господин, — отвечал тот.
Несколько мгновений Гар молча смотрел на него.
— Да, — произнес он наконец. — Ведь только это и важно, верно?
Он сделал шаг вперед и взялся за ручку ведущей в тронный зал двери.
— Попробуем убедить его величество в положительных сторонах происходящего.
16
— Ваши нобли стоят у ваших дверей с белым флагом, — сообщил Гар королю.
Король подозрительно прищурился.
— Ты не поднимался в башню. Откуда это тебе известно?
— Просто я организовал тайное общество в вашей армии и герцогских армиях, — объяснил Гар.
— Говоря точнее, по всему вашему королевству, — поправил его Дирк. Король смерил его взглядом, по которому того мгновенно вздернули бы на дыбу и от души прошлись бы по всему телу каленым железом — если бы королю, конечно, удалось найти хоть кого-нибудь, готового исполнить его приказания.
— Некоторых вы уже знаете, — продолжал Гар, — ибо это те солдаты, которые еще не связаны, но до сих пор вооружены. Тем не менее вам нельзя знать, кто ими руководит. Это тоже тайна, и знаю ее пока лишь я один.
— Тайна! — взревел король. — Вздор! Ты их вожак, и это ясно и очевидно даже дураку! Если я убью тебя, вашему мятежу конец! — И он, выхватив меч, сделал выпад.
Дюжина людей вскрикнула и вскочила на ноги, чтобы схватить его, но Гар без труда парировал удар своим клинком, выбив меч из его руки.
— Даже если вам и удалось бы убить меня, ваше величество, бразды правления примет другой вождь, — а если вы убьете и его, на его место встанет третий. Об этом не знает никто, кроме него самого, ибо солдатам известно только, что приказы им передаются, но неизвестно, кто их отдает.
— Тебя послушать, так вожаков перебить невозможно, — перевел король.
Гар кивнул:
— Вы поняли совершенно верно, ваше величество. Как невозможно убить наше восстание. В нем участвуют слишком много людей, но слишком мало их известны вам или кому-либо еще.
Странное дело, но король не взорвался еще раз; он только кивнул с холодным, оценивающим видом.
— Оригинально. Я посвящу себя поискам способа расстроить ваши планы.
— Вам это не удастся, ваше величество, — заверил его Гар. — Впрочем, в настоящий момент ваши товарищи по несчастью приближаются к вашим воротам — и мне кажется, вы найдете больше общего с вашими лордами, чем полагали прежде. Вы примете их?
— Чья идея эти ваши переговоры? — спросил король.
— Моя, — подтвердил его подозрения Гар. — По правде говоря, их светлостям оставили очень небольшой выбор.
— Раз так, я приму их, — объявил король.
Гар поклонился.
— В таком случае вы позволите отворить ваши ворота и проводить их в ваши покои?
— Чего вы меня спрашиваете? — с горечью буркнул король. — Разве не вы здесь хозяин?
— Отнюдь, — уверенно возразил ему Гар. — Ни я, ни солдатские советы не будут пытаться говорить вам, что вам делать. Мы будем только говорить вам, чего мы не будем делать.
— Ну и, соответственно, чего не могу делать я, — сухо добавил король.
Гар снова поклонился.
— Однако никто, кроме вас, не может говорить, что будете делать вы.
— Ну, раз так, отворяйте ворота и ведите их сюда, — сказал король. — Возможно, нам с ордами все-таки удастся измыслить какой-нибудь способ расстроить ваши планы.
Гар поклонился и передал приказ.
Герцоги въехали в ворота все вместе, в ряд. Перед ними ехал сержант с белым флагом в руках. Они спешились и подошли к резным креслам, вынесенным для них на самую середину двора.
Их собственные солдаты встали за их спиной полукругом в три ряда. Перед ними в кресле с высокой спинкой и резьбой побогаче, чем у них, сидел король.
Герцоги поклонились, как того требовал протокол.
— Ваше величество!
— Милорды, — отозвался король и махнул рукой в сторону Гара. — Вот этот оборванный наемник, осмеливающийся называть себя сыном лорда, является причиной всех наших неприятностей. Прежде чем я обращусь к вам, пусть он объяснит все сам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
