— Дамиан позвал меня на новогодний бал. — тихо сказала я. — В качестве спутницы.
— Ох ты ж!… Светлые суслики! — выдохнула эльфийка. Подумала и загнула более нецензурную комбинацию. После чего спросила уже деловым тоном. — А ты что? Согласилась?
— Да, — еще жалобней ответила я. Боялась надеяться на чудо, но эта гребанная надежда уже плотно обосновалась в груди.
— И в чем проблема? — возмутилась Веста. — Тебе же он нравится! — я кивнула и только после поняла, что это был не вопрос. Обхватила себя руками, опустив взгляд. — Почему ты сейчас так несчастна? Радоваться надо! Вдруг у вас в эту ночь все случится.
— Он считает меня сестрой, — отвернувшись, глухо призналась я.
— Знаешь, сестер не зовут на выпускной Новый год. — с сарказмом ответила мне на это Веста. Знаю, все знают, что на этот праздник приглашают своих возлюбленных, тех кто нравится давно и безумно. Крайний праздник перед полевой практикой выпускников Академии, потом все встретятся только на вручении дипломов. Конечно, после вручения тоже будет праздник, но… Но именно в новогоднюю ночь создается иллюзия, что вы со своим кавалером или дамой никогда не расстанетесь. Как я могла стать избранницей Дамиана на эту ночь, я не понимаю. Если только он, как старший брат, не хочет вновь оградить меня от ошибок? Я невесело усмехнулась: а что, вполне может статься. Радостное предвкушение этого праздника сразу померкло. Так как мое молчание затянулось. Веста вновь заговорила — Тесс, скажи с чего ты вообще взяла, что он относится к тебе как к сестре? Вот насчет Дрейка и Леста в отношении тебя я не сомневаюсь, но Дамиан… — я посмотрела на эльфийку с надеждой.
— Он называет меня Саури, — очень тихо поведала ей. У Весты от моего заявления буквально отвисла челюсть. Минуту она удивленно хлопала глазами, потом вроде как открыла рот, чтобы что — то сказать, но потом вновь закрыла. И так раза три подряд.
— А… то есть… Мгммм… и давно он тебя так называет? — наконец, выдала ошарашенная адептка.
— С тех пор, как спас тогда в таверне от Риана и наложенного «Безумия», — недоуменно ответила я. Ее реакция была раз так в десять сильнее, чем у Дрейка и Леста вместе взятых.
— И как это соотносится с тем, что, как ты считаешь он воспринимает как сестру? — Уточнила Веста. Странный вопрос. Очень.
— «Саури» переводится как младшая сестренка, — ответила я все также недоуменно. Но судя по реакции Весты, что-то было не так. И я пояснила, силясь вспомнить подробности разговора. — Дамиан сказал, что это самое близкое определение. А вообще в нашем языке нет такого слова. Как же он тогда сказал?… Саури — эта та кого хочется защищать и оберегать. Во!
— А вот это уже правда, — удовлетворенно сказала Веста. — но только к младшей сестренке Саури не имеет ни кого отношения. — Я вопросительно подняла брови, не понимая, куда она клонит. Но Веста задумалась и не совсем внятно пробормотала. — Нет, только подумать, два года … И ведь какой гад этот Дамиан! Назвал, осознал и принял, но тебя не посвятил. Даже обманул и ведь практически не солгал — она наконец, посмотрела, на меня и возмущенно попросила. — А нам почему сразу не сказала?
— Ну… — я аж растерялась. — Дамиан сказал, да и Дрейк и Лестом подтвердили, что это почти официальный статус, и мы как-то решили особо не распространяться по этому поводу. — Веста осталась не удовлетворена таким ответом, и я зачем-то продолжила. — Тем более, я сама того не ведая согласилась на «Саури», назвав его Мианом. — Веста аж воздухом поперхнулась и закашлялась. И я не выдержав, воскликнула. — Да что происходит? Объясни же в чем дело.
— Да все уже произошло, — как-то чересчур спокойно сказала эльфийка и снова села рядом со мной (до этого она нервно ходила по комнате). А потом как-то весело сама себе возразила. — Хотя нет, еще не все. Я тебя сейчас заранее предупрежу, чтобы потом тебе Дамиан мозги не запудрил. Если он назовет тебя «Сайоми», это будет самое нежное, самое красивое признание в любви, какое ты сможешь услышать от темного. И назвав его вновь «Мианом», ты вручишь ему свою жизнь.
— А почему он должен меня так назвать? — спросила я, когда пауза затянулась.
— Он позвал тебя в спутницы на новогодний бал, значит, он все-таки хочет сделать тебя своей. — Она так уверенно это сказала, как будто это заявление все объяснило, но мне-то ничего не было понятно.
— Ты мне нормально объяснишь, в чем дело? Почему тебя так удивило это «Саури»?
— Хорошо, так уж и быть уговорила. Проведу тебе лекцию по социологии рас, — она улыбнулась мне и на минуту задумалась, будто подбирая слова. — Чтобы ты не думала, демоны уважают и признают только силу. Поэтому и Император у них — это самый сильный демон. Слабых людей, то есть существ, они просто не замечают. Я бы даже сказала: за личностей не считают. Дамиан проучился здесь почти 7 лет, поэтому он стал терпимее к «человеческим слабостям». Но все равно нас с Арианой очень удивляло его отношение к тебе. Не в обиду будет сказано, но ты слабая: и в магическом плане, и в физическом. Несмотря на все свои тренировки, ты и пару секунд не выстоишь в битве с демоном. И поэтому к тебе Дамиан в лучшем случае по идее должен испытывать жалость и сочувствие, в худшем — неприязнь или просто безразличие. А вот если чужая слабость вызывает в демоне не презрение, а желание защитить… Если вдруг просыпается нежность и желание оберегать слабую девчушку… тогда и появляется «Саури». Знай, у темных это довольно редкое явление. И именно вот из этой нежности, к которой у них по определению нет склонности, у демонов рождается любовь. Не из страсти, чтобы там не писалось в любовных романах, для них страсть — это частое явление, она изменчива, быстро гаснет. Да ты и сама видела, как часто меняются девушки у Дамиана. Хотя последний курс я его ни с кем и не видела. — Я в растерянности покачала головой: слишком много нового и непонятного. Но одно я уловила: он хочет сделать меня своей. Но кем? Я вспомнила слова Риандея, и плечи как-то разом поникли.
— Но у него уже есть невеста.
— Да, есть. — тихо сказала Веста. — А ты откуда знаешь?
— Риандей сказал еще в прошлом году.
— И Дамиан не откажется от нее, — убежденно сказала она. — Поэтому дважды подумай соглашаться ли тебе быть его Сайоми. Ты будешь его любовницей, уважаемой, оберегаемой, но только любовницей. Даже его жена будет вынуждена смириться с тобой, так как ты будешь хранительницей его сердца. И еще одно: дети у демонов рождаются крайне редко, супруги должны быть хотя бы примерно равны по магическому потенциалу. И только физически сильные женщины могут выносить их ребенка.
— У меня, как у Целителя, хорошая регенерация, — зачем-то сказала я. О своих детях я еще даже не думала. Но отказаться от них совсем?.. Ведь именно на это намекает Веста.
— Ты ведь все понимаешь, сестренка. — Веста покачала головой. — Если уйдешь с ним после Академии — дороги назад уже не будет. Дамиан не сможет тебя отпустить, демоны жуткие собственники. Слишком редко в ком-то из них пробуждается Дар Любви. Это чувство делает их намного сильнее, но демон, который потерял свою любимую, опасен для всего мира.
— Я люблю его, — совсем тихо призналась я. Веста совсем не удивилась. — Но я… — замолчала, не зная, как выразить весь спектр чувств, что мной владеют сейчас.
— Ты можешь наслаждаться совместным временем, можешь познать любовь с ним. Но помни: если после его Сайоми, ты назовешь его Мианом, ты отдашь ему свою жизнь. Да он сделает все возможное, чтобы ты была счастлива, но ни женой, ни матерью ты уже не станешь.
— Спасибо, Веста, — я прикрыла глаза. — Спасибо за то, что все объяснила. — Неожиданно в голову пришла очевидная мысль. — Ты ведь знаешь, кто такой Дамиан. — Веста кивнула.
— Он сам тебе должен это рассказать.
Теперь уже я кивнула. Мне нужно время, чтобы все это переварить. И решить, что мне делать. Хотя… возможно Дамиан и не назовет меня Сайоми. Так что, наверное, нужно решать проблемы по мере их поступления. Веста чмокнула меня в щеку и убежала на свидание с Лестом.
