вам лучших из лучших, чтобы вы, господин, могли выбрать достойнейшего. — Преклонив передо мной голову, произнесла Зуриэль.
— А… я? Ты их командир, ты знаешь их лучше чем я, потому сама и решай… — Поспешно открестился от очередной заботы.
— Но я всего лишь новосозданный ангел… — Наши с Зуриэль взгляды падают на бегущего к нам часового. Кажется, прибыли к нам гости.
— Никаких но, я доверяю тебе как себе мой верный ангел, так что делай свою работу, а я пошёл делать свою… — махнув на прощание, с вопросом «а кто же там к нам собственно пожаловал», двинулся на встречу к бойцу.
Глава 22
Свирепый Рык прибыл с внушительным отрядом. Хищных особей, одних лишь только волков и лисов разной расцветки насчитывалось голов шестьдесят, может, больше. Основная масса хищников держалась в отдалении, как им казалось, вне зоны поражения арбалета. Лишь только двое самых бесстрашных ожидали меня у ворот. То были гигант Свирепый Рык и такая же плечистая, высокая, лишь на полголовы меньше Рыка женщина. Лицо её вытянутое, волчье располосовано рубцами, местами на голове выдран мех, в ухе какое-то непонятное золотое кольцо. Сколько ей лет — хрен поймёшь.
Что Свирепый, что вот эта самка с виду очень похожи, и, не будь у второй столь ярко выраженной женской груди, я бы мог их обоих принять за представителей одного пола. Не женского, естественно.
Стоя на стене, отдаю приказ часовым собрать боевой отряд му, позвать Зуриэль, а также подготовить всё необходимое для сбора и транспортировки припасов. Моя ставка на эльфов не сыграла, блондинчики по-прежнему где-то проёбывались. А вот хищники… То число, коим они прибыли ко мне в гости, настораживало. Они ведь ребята не трусливые, сильные… Сука, не могли же они с собой тоже целое племя — голов шестьдесят-семьдесят — притянуть⁈
Заметив меня на стене, Свирепый Рык, оскалившись, приветственно поднял руку и крикнул:
— Долго ещё тебя ждать?
Он надо мной издевался. Заставлял воинов моих коситься на далёкое войско позади хищника и на меня, ссыкуна, прячущегося за высокой стеной. Бля… Не, я вроде меняюсь, но мозги мои пока на месте. Я пусть и ссыкло, но не идиот, чтоб вот так вот брать и жопу свою в гордом одиночестве сразу двум волколакам подставлять. Кто знает, что у этих ёбнутых на уме?
— Можешь не ждать, заходите, если кишка не тонка! — крикнул я в ответ и отдал приказ: — Опустить мост, открыть ворота.
Надменная ухмылка сходит с лица Свирепого. Без страха он делает шаг вперёд, к мосту. Его за руку с опаской хватает прибывшая с ним хищница. В отличие от этого безумца, она боится и всячески пытается остановить Свирепого. Подобное умиляет и потешает моих воинов, некоторые расплываются в улыбке, на что волколак реагирует очень и очень болезненно. Рыкнув на позорящую его женщину, он вырывает из её лап свой рукав, даёт наказ остаться у стены, а сам, гордо скидывая по дороге оружие, движется в моё поселение. Вот же отсаженный ублюдок…
Первой у ворот оказалась Зуриэль. Всё в том же топике, со своим здоровенным полутораметровым тесаком, пылающим пламенем. Выглядела она воинственно, серьёзно и грозно. Золотистые волосы, словно под напряжением тока, взъерошились. Голубые, будто безоблачное небо, глаза налились золотым божественным блеском и в прямом смысле вырывающимся из глазниц пламенем. Мускулы её вздулись, стали ещё более выступающими, рельефными, грозными. Глядя на неё, казалось, что ангел от сотворения этого мира сидела на стероидах, раз за разом завоёвывая титул мисс Олимпия.
— Я чувствую первозданную тьму в его сердце, — голос Зуриэль тоже стал грубее. Глядя на приближающегося к воротам, не скрывая неприязни и готовности того уничтожить, она двумя руками перехватила меч.
— Соседей не выбирают… Приглядывай за ним, и чтоб без глупостей, ладно?
— Пусть только посмеет выкинуть какую-нибудь глупость, голова сразу отлетит от тела, — выдаёт ангел. Бля… как раз-таки не делать глупости просил то я именно её. Как это можно не понять… Мозги все в мышцы ушли, что ли?
Осторожно, не зная, обожгусь или нет, касаюсь клинка Зуриэль ладонью. Пусть пламя и окутывает его, но боли или жара нет, лишь холод… Резко становится не по себе, волна печали, грусти и одиночества окутывает разум, на мгновение чужими глазами я вижу знакомое мне место, постель, грудь. В следующую секунду Зуриэль одёргивает клинок, прячет его за спину и, как-то странно выставив руки, просит его более не трогать.
— Эсфея… она проснулась? — Воинственный взгляд ангела сменяется растерянной миной. — Ты ведь не будешь мне врать, а Зуриэль? Эсфея проснулась?
Ангел молчит, стреляя глазами из стороны в сторону, находит то, на что можно переключить моё внимание.
— Ваш гость прибыл.
Обернувшись, замечаю в десяти шагах от меня Свирепого. Ладно, Зуриэль, к этому вопросу мы ещё с тобой вернёмся, а пока…
— Рад видеть тебя в добром здравии, Свирепый Рык. С чем ты к нам пожаловал в этот раз?
— Рабов привёл, а с ними знания…
— Сколько рабов и какие знания?
Спешащий к нам отряд разодетых му отвлёк волколака. В очередной раз поглядев на меня с некой насмешкой, он хотел было что-то мерзкое ляпнуть, но внезапно вмешавшаяся в разговор Зуриэль требовательно произнесла:
— Отвечай на вопросы, бес…
В этот раз набычился волколак. Мало того, что кто-то ниже его по положению и размерам вмешался, так ещё и оскорбил каким-то непонятным для него словом. Блять… Зуриэль, ну ёп твою мать!
— Безрогая корова удумала от меня что-то требовать?.. Ха-ха-ха! Думаешь, если повсюду твои дружки, я не сумею вырвать твой поганый язык? — Словно забыв то, зачем прибыл, с полтычка завёлся волколак, и в его воинственном настрое я тотчас увидел выгоду.
— Хочешь с ней сразиться? Без оружия, один на один, до момента, когда первый из вас окажется на земле? — предложил волколаку я. Удивлённый, тот как-то по-новому глядит на Зуриэль, на её волосы, словно ища левитирующие клинки, таращится за спину.
— Очередной из твоих фокусов, Матвеем Чудотворец? — спросил Рык, стягивая со своего могучего торса кожаную куртку с вшитыми в неё металлическими пластинами. — Что ж, давай испытаем этот кусок мяса. Мои требования такие: если
