На пятый день после полудня отряд заметил далеко в кукурузном поле одиночку. Тот охотился на кенгуру, передвигаясь то бегом, то шагом. Охотник явно устал, но его жертва устала еще больше. Она делала несколько прыжков, потом — несколько шагов, оглядывалась на Мальчика через плечо и снова прыгала. В конце концов охотник просто подошел и убил ее.
Племя Крайхайфта взяло немного в сторону, чтобы не помешать одиночке, но у того были другие планы. Он быстро разделал кенгуру, взвалил мясо на плечи и зашагал по направлению к отряду. При ближайшем рассмотрении Мальчик оказался грязным; из руки его текла кровь — кенгуру все-таки укусила его. К тому же он где-то потерял набедренную повязку. Зато одиночка улыбался так, что белые зубы светились на грязной маске лица, и говорил со скоростью электрической печатной машинки. Корбелл даже сумел что-то разобрать из его речи. Он бродил один полтора года, с тех пор как в прошлом году кончилась долгая ночь. Был в таких местах, делал и видел такое!.. Изучал стада кчинт из укрытия и теперь знает о них больше, чем любой Мальчик!.. Заметив Корбелла, одиночка уставился на него и замолчал. Джером прислушивался к тому, что Мальчики рассказывали о нем охотнику. Из-за обилия незнакомых слов и шума послеполуденного дождя понять их рассказ было невозможно, но одиночку он явно повеселил.
Когда дождь закончился, на горизонте показались высокие башни, по верхушкам которых можно было восстановить форму купола. Отряд остановился в часе пути от города. Дождь вымыл грязь из волос одинокого охотника, и оказалось, что они коричневые с белыми прядями. У костра сегодня рассказывал истории только новичок. Не потому ли Мальчики становились одиночками, что им было больше не о чем разговаривать?
Ночью Корбелл спал плохо. Если бы он мог ускользнуть и дойти до города с башнями в одиночку… Но каждый раз, когда он открывал глаза, он видел, что по крайней мере один Мальчик не спускает с него глаз. Они словно читали его мысли.
V
Пархалдинг оказался больше, чем Сараш-Зиллиш; правда, в нем тоже виднелись следы ржавчины, наносы почвы, трава, лианы и деревья на улицах. Большинство зданий остались стоять, но на их плоских крышах росли деревья, а стены покрывал дикий виноград и ежевика. Там, где слой почвы был тонким, росли кукуруза и пшеница, а в местах, где почва и вода скапливались, вверх тянули свои узловатые ветви старые фруктовые и ореховые деревья. Корбелл сорвал один фрукт, похожий на раздутый лимон; на вкус он напоминал лимонад — или лимон с сахаром. Ветки фруктового дерева росли часто и начинались низко, а верхушка касалась лиан, поднимающихся до второго этажа здания с пустыми окнами. Но Мальчики лазали не хуже обезьян; к тому же они были рядом и не спускали с него глаз.
Пархалдинг оказался заброшенным городом. В Сараш-Зиллише Джером воспринял хорошее состояние домов и улиц как должное. Глупо! Ему следовало подумать, кто за всем этим присматривает.
На углу ползучие растения разрослись в форме странного, почти полусферического куста, между ветвями что-то сверкало. Когда отряд проходил мимо, Корбелл присмотрелся и понял, что «куст» вырос вокруг машины со стеклянным куполом. Интересно, летать она сможет? Джером заметил, что Гординг смотрит на него, но тот сразу же отвел взгляд. Заметили ли это Мальчики? Они же не всесильны, в конце концов!
Племя сдвинулось, плотно окружив дикта в середине. Со стороны могло показаться, что Мальчики боятся привидений, бродящих по руинам. Но на самом деле боялся сам Корбелл, которого теперь окружали со всех сторон. Отряд подошел к зданию, на котором не было ни лиан, ни деревьев на крыше; видимо, кто-то содержал его в порядке. Форму здания Джером узнал сразу: госпиталь. Двойные двери открылись перед отрядом бесшумно. Теперь Мальчики сгрудились вокруг Корбелла так плотно, что неизбежно должны были сталкиваться плечами и локтями. Впрочем, как-то они ухитрялись не касаться друг друга. Медленно разгорелся свет, и стали видны стол администратора, разбитое окно во всю стену, в котором все еще торчали прозрачные осколки гнутого стекла, ковер и диваны, с которых кто-то заботливо стряхнул осколки, и карта двух полушарий Земли на стене.
Внезапно сзади раздался какой-то странный, задушенный звук. Корбелл резко обернулся. Вчерашний одиночка стоял в дверном проеме на коленях, из обрубка шеи хлестала кровь. Голова валялась рядом на полу. Гординг застыл на месте. Тсилливип находился между дикта и дверьми. Альбинос стоял, согнув ноги в коленях и оскалившись. Когда он бросился вперед, Гординг бросил в него камень, но явно мимо. Пока Корбелл пытался понять, что происходит, камень облетел вокруг шеи альбиноса и резко развернулся в воздухе. Гординг дернул за второй камень, который держал в руках. И все сразу стало ясно. Мальчик беззвучно вскрикнул, хватаясь за воздух. Его голова отлетела в сторону. Перед безголовым телом распахнулись двери, и он упал назад. Гординг проскользнул мимо и исчез.
Корбелл понял, что его держат за руки два Мальчика, а остальные бросились за пожилым дикта. Армия осталась в далеком прошлом, но кое-что Джером помнил. Надо бить по голени, тогда противник согнется, потом провернуться и поднять локоть… Но Мальчики ускользали от его ударов, как тени, а потом неизвестно откуда взявшаяся рука хлестнула его по глазам. Он почти ослеп, у него кружилась голова.
— Его быстро поймают, — говорил Скатольц, ведя его вверх по лестнице.
— У него нить. Придется проверять каждую комнату, — это Крайхайфт. — Нить почти невидима, но стоит ей коснуться горла… Проходи, Корбелл.
Отряд поднялся на четыре пролета и прошел по коридору. Джером открыл глаза: перед ним была операционная. Над четырьмя столами поднимались металлические манипуляторы.
— Не-ет! — Корбелл забился в руках Мальчиков. «Твоя боль даст новые знания и нам, и тебе»… Его собираются препарировать!
Подтащив к операционному столу, Мальчики уложили его лицом вверх и закрепили на его руках и ногах петли.
— Пока что вы знаете не все, что знаю я! — прокричал Корбелл вслед удаляющейся спине Крайхайфта. Он даже не обернулся, зато Скатольц взгромоздился на ближайший стол.
— Скатольц, если вы разрушите мой мозг, то потеряете единственную точку зрения, не похожую на вашу! Подумай об этом!
— Мы не разрушим твой мозг. По крайней мере, я так Думаю. Хотя риск всегда есть.
— Что вы собираетесь делать? — Получить новые знания.
Крайхайфт вернулся, неся в руках бутыль с прозрачной жидкостью. Плазма? Он закрепил ее над головой Корбелла, среди металлических манипуляторов. Может, рассказать им о машине? Но Джером остался нем как рыба. Если его и заботил кто-то, кроме самого себя, то это были дикта. Пусть Гординг бежит, если сможет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
