Я резко развернулась и вышла из столовой, пока эта змея снова не начала открывать рот. Терпение у меня есть, но оно не резиновое. А эта женщина явно пытается спровоцировать меня, чтобы после унизить перед всеми. Я уже представляю эту картину — вот, она напала на пожилую женщину, она блаженная, ее надо в монастырь... Или что-то вроде.
— Ира, где тут кухня?
— Пройдемте за мной, госпожа.
Служанка провела меня по коридору к лестнице на второй этаж, но не пошла наверх, а резко повернула влево. Там был еще один узкий коридор, заканчивающийся огромной кухней. Я даже застыла, увидев такие размеры. И печи тут было две. И посуды много. А ингредиентов! И даже перец имелся! И томаты!
— С этого дня начну готовить себе сама, — пробормотала я, проходя внутрь.
На кухне было не так много людей, но главную повариху я узнала сразу — по выражению лица. У меня на работе была такая же — злая, недовольная и очень уставшая. Зная, сколько они готовят, уверена, что проснулась эта бедная женщина до рассвета.
— А ты кто такая? — рявкнула повариха, заметив меня. — Что тут делаешь?!
— Татьяна Павловна, — тихо пропищала Ира, — это молодая госпожа. Ей велено готовить еду себе самостоятельно.
— А. Понятно, — женщина сразу изменилась в лице и глянула на меня с презрением. — Ты готовить-то умеешь, «госпожа»?
— Умею. Можете не волноваться, — тихо произнесла я, чувствуя, как начина закивать.
Слава двум Богам, что она решила просто меня не трогать и не обращать внимания. А я тем временем взяла небольшой горшочек и задумчиво посмотрела на него. Сделать еду в горшочке? А почему нет? Мясо куриц есть, картофель есть, лук репчатый я тоже вижу. И даже масло есть! Все просто идеально.
Приготовление заняло достаточно времени, но благодаря Ире я справилась куда быстрее, чем думала. Служанка, почуяв запах, посмотрела на меня таким удивленным взглядом, словно я не еду приготовила, а ведьмино зелье. Но она ничего н сказала, вытащила из печи горшочек, с помощью рукавиц поставила его на поднос и понесла в столовую.
К моему удивлению, так еще сидели люди. Видимо, свекровь ждала моего появления, чтобы сказать, какая я никчемная и неумелая. Я видела, что она даже рот уже открыла, когда до нее донесся аппетитный запах.
— Это что такое? — нахмурилась женщина, провожая меня взглядом.
Я села на свое место, дождалась, пока Ира поставит горшочек предо мной и только после этого посмотрела на свекровь и мило улыбнулась.
— Это называется домашнее жаркое из курицы в горшочке, — ответила я, аккуратно поднимаю крышечку с горшка.
Запах заполнил все помещение. Глеб наконец-то поднял на меня взгляд и посмотрел так, словно только заметил мое появление. Не то, чтобы меня волновало его здоровье, но выглядел мужчина как-то болезненно. Я вопросительно посмотрела на Алексея. Тот нахмурился и слегка пожал плечами.
— Выпороть всех, кто приготовил этой негоднице еду! — громко сказала Валентина, привставая со стула. — И позовите Татьяну. Ну, попляшет она меня...
— Но госпожа! — слуги, стоящие у стены, упали на колени. — Никто не помогал младшей госпоже готовить! Она делала все сама!
Я взяла в руки вилку, проткнула ароматный картофель и положила его в рот. Он буквально растаял на языке, отдавая все сочетания вкусом мне. Я улыбнулась и с насаждением продолжила есть. Мне было все равно на разборки слуг со свекровью. Я в любом случае не задержусь в этом месте.
От поглощения еды меня отвлекал пристальный взгляд Глеба. Наконец-то я не выдержала и посмотрела на него. В столовой все еще разносились крики, и стоял неимоверный гвалт. А я смотрела в голубые глаза Глеба и понимала, что он борется чем-то внутри себя. Иногда его брови сводились к переносице, иногда он начинал улыбаться, а иногда его лицо становилось равнодушным. На самом деле меня очень напугала эта смена эмоций. По спине пробежал холодок. И чтобы как-то отвлечься, я подцепила кусочек мяса и сунула его в рот Глеба.
— Вкусно, правда? — нервно улыбнулась я, когда мужчина вздрогнула.
— Да, — он кивнул, затем отвернулся от меня и встал из-за стола. — Прошу меня простить, дела ждут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я проводила его задумчивым взглядом и продолжила есть. Перестала я только когда поняла, что в столовой стало тихо. Подняв взгляд, я обнаружила, что осталась наедине дядей Матвеем. Он сидел рядом и пристально рассматривал меня своими влажными глазами. Мне он совсем не нравился, поэтому заводить разговор я не спешила. Но он первый нарушил тишину:
— Скажите мне, Надежда, вы всем довольны в этом доме?
— Меня все устраивает, — коротко ответила я, не поднимая взгляда.
— Тогда почему вы сбежали?
Я бросила на мужчину изучающий взгляд. Неужели он не в курсе, что Надя украла печать? Видимо, не. Глебу удалось это скрыть? Или эта печать не настолько важная? Вот в этом я искренне сомневалась. Если печать носит название Династическая, то это чертовски важно.
— На то были свои причины, — коротко ответила я, снова возвращаясь к своей еде.
Но меня снова прервали. На этот раз отвратительным образом. Матвей положил руку на мое колено. Я даже есть перестала и отложила вилку. В голове что-то щелкнуло, словно бы кто-то отключил предохранитель.
— Что вы делаете? — с ледяным спокойствием спросила я, сбрасывая руку мужчины.
— Пытаюсь принести тебе положительные эмоции, — Матвей усмехнулся. — Я предполагаю, что ты сбежала, потому что была не удовлетворена своим мужем. Он же так холоден...
Договорить мужчина не успел, так как я схватила вилку и воткнула ее ему в ладонь, снова лежащую на моей ноге. Столовую огласил придушенный крик. Я схватила мужчина за воротник и сильно потянула, лишая его возможности сделать глубокий вдох.
— Чтобы такого больше не повторялось, — тихо прошептала я, глядя ему в глаза. — Иначе вилка окажется не в руке, а в глазу.
После этих слов, я выдернула вилку из его руки, положила ее на стол и наконец-то отпустила мужчина. Голова кружилась от адреналина. Мне хотелось ударить его сильнее, но я понимала, что он того не стоит.
Однако это поведение дяди наводило меня на определенные мысли. И если они подтвердятся, я сделаю все что угодно, но убью этого подонка.
Глава двадцать седьмая. «Тайны раскрыты».
Я металась по комнате, совсем не представляя, что мне делать. В этом доме все было странным! И мне кажется, что без воздействия волшбой тут не обошлось! Тут либо она, либо наркотики. Видела я наркоманов. Вели себя так же, как Глеб. Но они были вялыми, и речь у них была не четкой.
— Домовой, — тихо позвала я.
Тишина. Я не была хозяйкой дома, пусть и считалась женой Глеба. Домовой меня не принял. Меня это нисколько не обидело, потому что я сама не считала этот дом своим. Однако было странно, что он общался с Алексеем.
— Ну, отзовись, пожалуйста. Это очень срочно, — прошептала я, садясь на кровать и закрывая глаза. — Как ты вообще собрался быть нашим голубем, если не отзываешься?!
— Да тут я, тут, — проворчал домовой, оказавшись рядом со мной на кровати. — Чего хотела-то? Дел у меня много. Рассказывай скорее.
Я открыла глаза. Домовой сидел на кровати, поджав под себя ноги. Взгляд под седыми бровями не предвещал ничего хорошего. Но я так обрадовалась его появлению, что совсем не обратила на это внимание.
— Миленький! Ты пришел! — я собралась схватить старичка на руки, но он исчез и появился на столе.
— Федор меня зовут! — возмутился домовой. — Не называй меня милым. Если кто узнает...
— Скажи мне, пожалуйста, что происходит в этом доме? Ты же знаешь!
— Знаю, но...
Тут Федор посмотрел на меня так, словно впервые увидел. Он нахмурился, затем отвернулся и начал ходить по столу туда-сюда, размышляя о чем-то. Он бормотал себе под нос непонятные слова, из которых я смогла расслышать только: «не действует» и «стоит попробовать».
— Так, — домовой резко затормозил и посмотрел на меня. — Я отвечу на твои вопросы, но сначала ты ответь на мои.
