– Гурий жив… Или не жив… Ну, во всяком случае, не мертв… Нечто среднее… А если он навеки заснул на галере? Брр! Вряд ли у Дурнева хватило бы фантазии придумать такое! – негромко сказала Таня.
– Ты не рада? – удивился Ягун.
– Почему не рада? Рада, и очень. Какой камень упал с души!
– Но думаешь только о Ваньке?
Таня кивнула:
– Мне кажется, я кое в чем разобралась. Гурий, он хороший, очень хороший, но…
– Мамочка моя бабуся! – воскликнул внук Ягге. – Ох уж мне эти ваши «но». Как я ненавижу это «но», так ненавижу, что вообще выкинул бы его из языка!
– Почему это?
– А потому… Я все время боюсь, что и Лоткова мне когда-нибудь скажет: «Ягун, ты чудный, замечательный и вообще супер, НО… дверь открывается от себя…»
– В общем, пусть у Гурия все будет хорошо! – подытожила Таня.
– Во-во! Пускай он придет в себя, проживет восемьсот восемьдесят восемь лет, отпустит бороду и усы и умрет без мучений и судорог на руках у рыдающих фанов, – подхватил Ягун.
Но Тане это показалось несправедливым.
– Нет, – сказала она. – Пусть он вообще не умирает, но дальше идет уже своей дорогой. С нами же встречается только на драконболе. Думаю, это будет самое правильное.
Вспомнив, что Ванька все еще в темнице, Таня метнулась к Бессмертнику, с упрямством которого безуспешно бились Медузия и Сарданапал.
– Нет, нет и нет! – упрямо твердил Бессмертник. – Если ваш ученик действительно невиновен, тогда да… Мы рассмотрим все возражения на особом апелляционном совете, который назначим… э-э… скажем, в следующем году, чтобы было время подготовиться, и тогда уж на законном основании выпустим его из Дубодама.
– Но к следующему году Ванька будет уже дряхлым стариком, если вообще доживет! – крикнул Ягун.
– Ну и что? Зато закон будет соблюден. Если разобраться, все не так печально. Старость – прекрасный период жизни. Тебя уже не терзают страсти, и ты можешь философски осмыслить весь пройденный путь! – демагогически воскликнул Кощеев. Он торжествовал, зная, что самостоятельно Ваньку тибидохцам из Дубодама не вытащить.
– Чудненько! – сказал Соловей О. Разбойник. – Тогда мы отдадим все твои сокровища в фонд развития магических школ третьего мира, и ты будешь получать их обратно по дырке от бублика в год!
В глазах у Бессмертника мелькнула тревога. Но он тотчас успокоился, сообразив, что его капиталы спрятаны, прокляты и защищены так надежно, что до них не добраться даже шустрым банковским гномам.
– Да запросто! Я согласен! Все берите! – сказал он с усмешкой.
Преподаватели беспомощно переглянулись. Подзеркаливать упрямца было бесполезно – Бессмертник был слишком опытен и умел ставить мыслеблоки. К тому же из камней площади вновь начали проростать страшные де менты с пламенеющими глазами.
В эту минуту Поклеп, которого отвлекло от Тани появление Великой Зуби, вновь вспомнил о пенсне.
– Это ведь пенсне Ноя, не правда ли? То самое, что было и на пропавшем портрете? – спросил он зловеще. – Но мы после разберемся, кого и за что зомбировать… А пока ну-ка, дай его сюда! Живее!
Завуч протянул было руку, чтобы бесцеремонно сдернуть пенсне с переносицы Тани, но внезапно с криком отдернул руку и подул на пальцы.
– Ах так! – прошипел он. – Упрямые стекляшки! Никогда меня не ценили! Ладно, тогда ты сама!.. Сними их, переверни другой стороной – да-да, держи их так – и сосредоточься на том, что тебе хотелось бы узнать.
Сжимая пенсне, Таня присела на корточки перед Кощеевым. Тот с ненавистью уставился на нее.
– Ты думаешь, я что-то тебе скажу, девчонка? Ничего ты не узнаешь. И не надейся, – произнес он хмуро.
Но Таня даже не услышала его слов. Пенсне блеснуло, и она увидела, как изо рта Кощеева помимо его воли выплывает: «Герониссум эрлих феррот либерус Дубодамум!»
Таня поднялась во весь рост и вскинула над головой перстень.
– Герониссум эрлих феррот либерус Дубодамум! – крикнула она, надеясь, что ничего не перепутала.
Посеребренная черепушка Кощеева изумленно лязгнула. Глазницы де ментов разом погасли, и тела их, показавшиеся уже почти по грудь, перестали вырастать из брусчатки. Стены дрогнули.
А Таня уже кинулась к темной башне, над которой выписывал широкие круги Гоярын. Она уже видела в пенсне, как из башни появляется Ванька. Видела пока только в пенсне. Но знала, что сейчас это произойдет на самом деле…
Примечания
1
Всегда в движении (лат.).
2
Справочник мага-травника. Изд.13-е, усеченно-дополненное; под общей ред. проф. Клоппа. Лысая Гора, 1894 г.
3
Что быстро делается, то быстро и погибает. В узком смысле (лат.).
4
Если столь малое можно сравнить с великим (лат.).
5
Тень великого имени! Делом, не словами! (лат.)
6
Илиада несчастий! Одно спасение в оружии! (лат.)
7
Что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку! (лат.)
8
Жизнь коротка! (лат.)
