Читаем без скачивания Красный дракон - Томас Харрис

— Значит, тебе нужны бумаги Джекоби, — сказал Крофорд. — Но что ты собираешься в них искать? Что именно тебя интересует?

— Любая мелочь, Джек.

В данный момент, например, медицинское заключение. — Грэхем извлек из пакета бланк страховки Международного Красного Креста. — Лаундс был в инвалидном кресле. Причем медицинском. А за шесть недель до смерти Валери Лидс перенесла операцию. Помнишь ее дневник? Небольшая опухоль в груди. Снова что-то связанное с медициной. Может быть, миссис Джекоби тоже оперировали?

— Не припомню, чтобы в отчете о вскрытии было упоминание об операции.

— Могли бы просто не обратить внимания. Одна медицинская карта была в Детройте, другая в Бирмингеме. Что-то могло затеряться. Может, найдется врачебное заключение или страховой иск.

— Ты думаешь, это какой-нибудь странствующий санитар, который работал в Детройте или Бирмингеме и Атланте?

— Если провести несколько месяцев в психиатрической лечебнице, то вполне можно получить соответствующие навыки. Затем сдать на санитара, а по выходе из лечебницы наняться на работу, — ответил Грэхем.

— Пойдешь обедать?

— Пока поработаю. Меня после еды клонит ко сну.

Выходя, Крофорд обернулся и посмотрел на Грэхема из темноты дверного проема. Лампы над столом усиливали тени под глазами Грэхема. Он корпел над документами жертв, уставившихся на него с фотоснимков. В комнате витало безумие.

Пожалуй, в интересах расследования лучше снова послать Грэхема на улицу. Нельзя позволить ему впустую извести себя. Может, правда, не впустую?..

Крофорд имел великолепное профессиональное чутье, но был начисто лишен сострадания. Чутье сейчас подсказывало ему оставить Грэхема в покое.

ГЛАВА 33

К десяти часам вечера Долархайд довел себя до изнеможения, работая со снарядами, затем просмотрел пленки и постарался успокоиться. Но это никак не удавалось.

При одной мысли о Рибе Макклейн его трясло от возбуждения. Он не должен о ней думать.

Долархайд включил телевизор и вытянулся в кресле. Передавали новости. На экране полиция прощалась с Фредди Лаундсом.

Он увидел Уилли Грэхема, стоявшего рядом с гробом вместе с завывающим хором. Грэхем был худ. Перебить ему позвоночник будет легче легкого. Это лучше, чем просто убить. Перебить позвоночник и для верности еще повернуть задом наперед. Чтоб следующее расследование вел в инвалидной коляске.

Но не надо торопиться. Пусть Грэхем поживет в страхе.

Уверенность в собственной силе больше не покидала Долархайда.

На пресс-конференции полицейское управление пыталось выставить себя в лучшем свете. Но вся болтовня о трудностях сводилась к тому, что в деле об убийстве Лаундса они топчутся на месте. Джек Крофорд стоял в группе людей позади микрофонов. Долархайд узнал его по фотографии в «Сплетнике».

Представитель газеты, явившийся в сопровождении двух телохранителей, произнес:

— Это дикое и бессмысленное зверство приведет лишь к тому, что голос «Сплетника» зазвучит еще громче.

Долархайд хмыкнул. Ну что ж. Пока они наоборот помогли заткнуть глотку Фредди.

Теперь читатели называют его Драконом. Совершенные им действия полиция именовала «убийствами Зубастого парии». Заметный прогресс.

Дальше передавали местные новости. Какой-то тип с торчащими зубами вел репортаж из зоопарка. Ясное дело, они рады услать этого парня куда угодно, лишь бы не маячил перед глазами в офисе.

Долархайд уже сумел немного расслабиться, когда неожиданно увидел на экране человека, с которым разговаривал всего несколько часов назад: директора зоопарка доктора Фрэнка Варфилда. Он позвонил в отдел Долархайда и горячо благодарил его за предложенную пленку.

Доктор Варфилд и зубной врач что-то делали с тигром — у зверя сломался зуб. Долархайду хотелось увидеть тигра, но его заслонял репортер. Наконец он отошел.

Долархайд не мог оторвать взгляда от огромного тигра, распластавшегося на тяжелом хирургическом столе. Тигр был под наркозом.

— Сегодня изготовят слепок, а через несколько дней вставят зуб, — сообщил репортер-образина.

Долархайд наблюдал, как люди спокойно ковыряются в зубах страшной полосатой морды.

«Можно мне дотронуться до вашего лица?» — спросила мисс Макклейн.

Ему хотелось бы рассказать кое-что о себе Рибе Макклейн. Пусть, она получит хоть какое-то представление о том, чего избежала. Он жаждал, чтобы Риба по крайней мере на мгновение приобщилась к его Славе. Но она не может сделать это и остаться в живых. А она должна жить: его видели с ней, да и живет она слишком близко от него.

Он пытался поделиться с Лектором, и Лектер предал его.

И все же он хотел, чтобы она прикоснулась к его Славе. Прикоснулась чуть-чуть. Так, чтобы смогла остаться в живых.

ГЛАВА 34

— Я знаю, что это политика, и ты знаешь, что это политика, но все-таки твоя работа очень важна, — говорил Крофорд. Был конец рабочего дня, и они направлялись к зданию федерального управления. — Делай, что делаешь, выискивай параллели, а я займусь всем остальным.

Чикагское управление полиции попросило отдел ФБР, занимающийся исследованием поведения человека, составить социально-психологический портрет жертвы. Полицейские руководители заявили, что эти данные пригодятся для разработки дополнительных мер безопасности во время полнолуния.

— Просто прикрывают свои задницы, вот что они делают, — продолжал Крофорд, помахивая портфелем. — Жертвы были людьми обеспеченными, значит, им придется направить патрули в богатые кварталы. А все остальные, конечно, будут возмущены. С тех пор как погиб Фредди,

Городские власти пытаются доказать необходимость расширить штаты. Ведь если они станут патрулировать улицы, где живут обеспеченные люди, Зубастый пария совершит нападение в Южных Кварталах, и отцам города несдобровать. Заручившись нашей поддержкой, они всегда смогут ткнуть пальцем в «этих проклятых парней из ФБР».

— Не думаю, что вероятность нападения в Чикаго больше, чем где-либо еще, — ответил Грэхем. — Не вижу для этого оснований. Все непредсказуемо. А почему бы Блуму не составить портрет? Он ведь у них консультант по проблемам поведения.

— Они.

Хотят, чтобы это сделал не Блум, а кто-нибудь другой — не желают ставить его под удар. Словом, хотят, чтобы это сделали мы сами. Кроме того, он все еще в больнице. Кто-то с Холма <Имеется в виду Капитолий, где заседает Сенат США> связался по телефону с министерством юстиции, и оттуда пришел приказ. Возьмешься?

— Ладно. Я все равно этим занимаюсь.

— Знаю, — Крофорд вздохнул. — Вот и продолжай в том же духе.

— Мне бы снова съездить в Бирмингем.

— Нет уж, — отрезал Крофорд. — Ты не должен оставлять меня одного.

Догорал закат. Пятница была на исходе.

Оставалось десять дней.

ГЛАВА 35

— Не пора ли сказать, куда мы все-таки едем? — спросила Риба Макклейн. Уже десять минут они молча колесили по городу. Было субботнее утро, и девушка рассчитывала, что они устроят пикник.

Фургон остановился. Она услышала, как Долархайд опускает боковое стекло.

— Долархайд, — сказал он. — Доктор Варфилд предупреждал обо мне.

— Все в порядке, сэр. Засуньте, пожалуйста, пропуск под дворники, когда поставите машину.

Они медленно поехали дальше. Риба чувствовала, как дорога слегка поворачивает. Доносились какие-то странные тяжелые запахи. Затрубил слон.

Зоопарк — это ужасно. Она предпочла бы пикник. За каким чертом его сюда понесло? Ну, да ладно.

— Кто этот доктор Варфилд? — спросила Риба.

— Директор зоопарка.

— Он ваш друг?

— Нет. Мы потрафили зоопарку с пленкой. Они платят взаимностью.

— Каким образом?

— Вы сможете потрогать тигра.

— Не пугайте меня так!

— Вы когда-нибудь смотрели на тигра?

Она обрадовалась его вопросу.

— Нет. Я видела пуму, когда была маленькой. Тот зоопарк назывался «Благородный олень». Мне кажется, лучше просто поговорить об этом.

— Они сейчас собираются вставлять тигру зуб. Поэтому вынуждены были его… усыпить. И вы, если захотите, сможете его потрогать безбоязненно.

— Там, видимо, будет полно народу, и все будут смотреть.

— Нет, никого не будет. Только Варфилд, я, да еще два человека. Когда мы уйдем, приедут с телевидения. Хотите потрогать тигра? — В его голосе Риба уловила странную настойчивость.

— Вот черт, не знаю… Ну хорошо, хочу! Спасибо… за неожиданный сюрприз.

Фургон остановился.

— Да, а как я узнаю, что он на самом деле спит?

— Пощекочите его. Если он засмеется, то удирайте.

Пол операционной, как показалось Рибе, был покрыт линолеумом. Комната казалась холодной и просторной, судя по звучанию в ней голосов. Тепло радиаторов наплывало откуда-то издали.