Итак, представитель власти побеседовал с музыкантами. Факт вряд ли заслуживающий комментария, если бы в нем как в капле воды не отразилась вся глубина политического мышления людей, управляющих нашей страной.
Сурков просил музыкантов не устраивать в России революции. Музыканты обещали подумать. В общем, если Сурков будет себя хорошо вести, то его пощадят и революцию отменят. Но однозначных гарантий, судя по размещенной в прессе информации, всё же не дали.
Не знаю, полегчало ли главному политтехнологу после этой встречи. Но надежда у него всё же появилась. Может, и в самом деле, пощадят?
Мозги кремлевских чиновников устроены как-то очень странно. С одной стороны, они твердо уверены, что дела в стране идут великолепно, что всё более или менее под контролем, народ счастлив. А с другой стороны, они так же свято убеждены, что стоит нескольким неприятелям потратить десяток миллионов долларов, а группе музыкальных звезд сыграть перед толпой две-три воодушевляющие композиции, как тот же самый народ выйдет на площади и свергнет власть.
Подобная противоречивость сознания могла бы считаться симптомом безумия, если бы не была продиктована вполне прагматическим внутренним убеждением. Начальство верит, что народ российский является по существу быдлом, мало отличающимся от примитивных животных. С животными, кстати, такое случается. Вроде бы и кормят их нормально, и к клеткам они привыкли. Да только случится какое-то невезение, сработает неожиданно какой-то рефлекс, вот они и набросились на укротителя.
Впрочем, разве не точно так же представляют себе покупателей товаров авторы телевизионной рекламы? Её адресат - существо предельно простое, с элементарными, четко предсказуемыми рефлексами. Если мужчина воспользовался дезодорантом с определенным запахом, все женщины на него бросаются. Если женщина помыла голову каким-то особенным шампунем, все мужчины разом поворачивают голову. А при виде новой марки автомобиля персоны обоего пола мгновенно возбуждаются.
Подобный «зоологический» подход к населению до недавнего времени себя оправдывал. Суть управляемой демократии в том и состоит, что стадо вполне добровольно следует на стрижку шерсти, на бойню и вообще куда скажут. Однако если до недавнего времени граждане России представлялись своим кремлевским пастухам этакими безобидными барашками, то после январских бунтов, а также событий на Украине и в Киргизии, начальство заподозрило, что на самом деле имеет дело с прирученными хищниками. Надо признать, что во взаимоотношениях народа и власти это уже большой шаг вперед. Однако иллюзий быть не может: людьми нас всё равно ни при каких условиях не признают.
Впрочем, российская оппозиция (хоть либеральная, хоть патриотическая) не сильно отличается от власти. Всё началось с борьбы конкурирующих пастухов за одно и то же стадо. Тем более, что раз в четыре года баранам официально полагается выбирать себе пастуха.
Зная психологию оппозиционных деятелей, можно предположить, что Сурков был не так уж наивен. Ведь все наши либеральные идеологи, вместе со своими спонсорами и политтехнологами вряд ли додумаются до чего-либо кроме механического воспроизведения готового сценария, опробованного на Украине. Поскольку сценарий известен и противной стороне, его будут планомерно срывать. Дело не в том, что музыкантов предусмотрительно перекупят, а в том, что выборов не будет.
О том, что народное возмущение может случиться и без выборов, как-то пока не подумали. Хотя поводов для недовольства более чем достаточно. Не проходит и дня, чтобы где-то не бастовали или не митинговали. Жилищно-коммунальная реформа волнует людей куда больше, нежели процедуры голосования.
Разгром деревенскими толпами дорогих магазинов в Бишкеке был воспринят Кремлем как подарок судьбы. Теперь есть чем пугануть средний класс. Вот, оказывается, какое плохое дело революция. Во время народного восстания, как выясняется, бьют витрины!
Кадры разрушенных бишкекских бутиков долго не сходили с экранов российского телевидения. Средний класс и в самом деле задумался. Особенно та его часть, что посещает бутики. Однако не исключено, что картины разрушения, многократно прокрученные по телевизору, имели неожиданное и не просчитанное воздействие на другую часть аудитории. А именно, на то огромное большинство граждан, которые в бутики не ходят. Особенно на молодежь.
По столице уже ходит циничная шутка о том, что пора провести «дни Киргизии в Москве». В конце концов, таким способом наша древняя столица вполне может стать в ряд передовых европейских городов, где подобные разгромы регулярно случаются. И до 2102 года ждать не придется: Imagine it now!
В Британии или в Германии разгром бутика протестующей молодежью давно уже стал вполне заурядным событием. А бутики давно застрахованы. В России, однако, пойдут своим путем. Страховать собственность не будут. Разве что правительство введет это мероприятие принудительно. Зато количество тайных агентов, штат специальных служб, милицейских подразделений и отрядов особого назначения будет в очередной раз повышено. Равно как и расходы на подкуп звезд шоу-бизнеса.
Насколько подобные методы помогают, мы уже видели на примере Киргизии. Скоро, возможно, увидим и на примере Башкирии.
Что же до звезд шоу-бизнеса… Интересно, застраховали они уже свои роскошные дачи?
Специально для «Евразийского Дома».
СИМУЛЯКР
С того времени, как на Украине произошла смена власти, в России стало модно говорить о революции. Именно говорить, изображать, симулировать. Потому что настоящей революции не только власть, но и оппозиция боится как чумы.
Иное дело - революция симулируемая. Либеральным оппонентам Путина не нравится нынешняя власть. Разумеется, изменение политической, а уж тем более, экономической системы в их планы не входит. Нужно лишь заменить в Кремле нескольких плохих парней на «своих людей». А поскольку «плохие парни» просто так из своих кабинетов не выселятся, надо придумать какой-то удобный способ на них надавить.
В свою очередь власть, прекрасно понимая происходящее, считает, что пусть уж будет симулируемое сопротивление, нежели настоящее. Оппозиционность становится прибыльным бизнесом. Шустрые политтехнологи и модные интеллектуалы быстро уловили конъюнктуру. Оранжевые и чуть-чуть красные мотивы становятся типичны для глянцевых журналов. На московской выставке дизайна чуть ли не каждый третий стенд украсился чем-то оранжевым. В художественной галерее вывешивают плохо снятые фотографии «Девушек партии». Специалисты по рекламному бизнесу придумывают, как бы использовать изображение Че Гевары для «продвижения» очередного брэнда. Сами молодые люди, получившие прозвище радикалов, привыкают к восторженному вниманию буржуазной прессы, без которой жизнь теряет для них всякий смысл. Умеренный, аккуратно расфасованный и изящно упакованный радикализм сделался ходовым товаром. В общем, есть такая профессия - революцию симулировать.
Ни журналистская тусовка, ни сами герои, позирующие перед фотографами гламурных изданий, не имеют четкого представления о том, в чем, собственно, должен состоять радикализм. Идеи не имеют самостоятельной ценности, их можно произвольно комбинировать. Стиль всё, содержание - ничто.
Хорошо ли сочетается чтение «Майн Кампф» с цитированием Жана-Поля Сартра? Или лучше всё же заменить «Майн Кампф» работами Фрейда? Или книги Сартра рассказами Владимира Сорокина? Достаточно ли для завоевания правильной репутации надеть черный кожаный плащ или необходимо ещё запустить помидором в какого-нибудь не слишком высокопоставленного чиновника? Чиновники, лишенные чувства юмора, реагируют неадекватно и периодически сажают кого-нибудь за решетку. Впрочем, может быть, это и есть адекватная реакция - по заранее составленному сценарию?
Тех, кто сидит, жалко. Не потому, что они в тюрьме, а потому что непонятно, ради чего. Ведь дело не в испорченных пиджаках, не во временном захвате чиновных помещений. Антиглобалистское движение в Европе тоже нередко выходило за рамки официально разрешенного и санкционированного полицейским управлением протеста. В конце концов, насилие - это пиар бедных. Можно, наконец, вспомнить террористку Веру Засулич, которая в отместку за избиение участников студенческой демонстрации выстрелила в петербургского градоначальника Ф.Ф.Трепова, и была оправдана судом присяжных.
Присяжные, оправдавшие Засулич, понимали, что в условиях самодержавия её поступок был всего лишь способом пропаганды определенных идей. Власть сама виновата, что другого способа девушке не предоставили.
У Засулич идеи были. А вот радикалам с глянцевых обложек сказать нечего. Речь идет не о пропаганде идей, которых нет, а об имитации революционной деятельности, которой тоже нет.
