своего соперника. — ведь, чем больше скола, тем громче она падает.
— Ты мне надоел! Не хочу с тобой спорить, это бессмысленно! — прокричал Ордесон. Эльф, которому надоел спор воинов принцессы улыбнулся, даже похлопал в ладоши.
— Хоть до кого-то дошло. Что я говорил полчаса назад! — Эльф сразу увидел две недовольные гримасы, которые излучали настолько сильный гнев, что эльфу стало не по себе и он перестал хлопать, отвернувшись и доедая свой суп.
— Ты самый уродливый, кого я знаю и с кем вообще служил! — Продолжил Ордесон.
— Теперь у тебя не осталось аргументов, и ты будешь оскорблять меня! — с ухмылкой проговорил Гладрил. — это значит, что ты бестолочь и настолько низок передо мной, что я не желаю это слушать, даже отвечать. — Эльф отвернулся.
— Что ты там говорил? — выкрикнул Ордесон — сильные сражаются до конца! А сейчас отступаешь! Да, я же забыл, ты трус и весь твой народ, это только трусы, и сам король…
Ордесон не успел договорить его перебил Гладрил
— Трус тут только один, — обернувшись и сердито сказал эльф. — Ты ведь, когда вас отправил Телентир на одно задание, ты сбежал с остальными воинами!
— Откуда ты знаешь, что было тогда? — возмутился оборотень.
— Мне всё рассказал Луиджи! Мы с ним недавно виделись, когда ты ездил к себе в лес к животным, свой родной дом. Помню, мы хорошо отдохнули, и он, даже, рассказал мне про то, что ты убежал, поджав хвост!
— Нет! Такого не было! — возмутился Ордесон — откуда ему знать? Это всё клевета и обман!
— Ты настолько низок, что, даже, сейчас отрицаешь своё прошлое и что ты трус! — надменно проговорил Гладрил.
— А Луиджи откуда… — оборотень непонимающе ответил, пытаясь отвести от себя подозрения, но не успел договорить продолжил слушать.
— Он знает это, ведь, постоянно любит подслушивать всё вокруг и обращаясь к нему, ты должен понимать, что он всё запомнит и расскажет всем кругом, так как слишком болтлив.
— Даже если Луиджи знает, что там было, то почему меня не лишили всех званий?
— Потому что не успел! — Проговорил Гладрил. — Теперь возвращаясь к тебе, ты лгун, который даже сам пытается что-то возразить, не понимая, что остальные до этого догадались. И это тебя делает дураком.
Эльф увидел, как его собеседник покосил глаза, затем сжал кулаки, но не решившись ударить Гладрила, склонил голову, и чтобы никто не увидел его грусти, покинул группу и отойдя дальше в лес, скрылся за ветвями.
Гладрил почувствовал стыд перед своими товарищами, которых он должен был вести в бой. Опозорив перед всеми своего названного друга, с которым служил долгое время, сделал себя в глазах остальных, уродом, способным судить и пристыдить всех, до кого сможет дотянутся. Он видел, как недовольны им его соплеменники и не мог ничего сказать.
— Пожив с людьми, ты стал таким же, как и они. — проговорил тот же эльф, который пытался раньше их остановить от бессмысленного спора. — хоть он другой расы, ты не должен его осуждать в присутствии остальных, ведь, это не только унизительно, но и делает тебя не таким как все эльфы! Ты ведь высшее существо! Долго прожил и не набрался ума! Ты не должен позорить расу эльф.
— Да какая разница тебе? — выкрикнул Гладрил. — это моя жизнь! И я делаю что захочу.
— Значит, ты больше не эльф, а простой человечишка, не способный правильно мыслить и носить звание воина эльфов, даже простого эльфа.
Гладрил после этих слов встал, поблагодарил всех за ужин и лёг спать. Но когда остальные эльфы заснули, он всё же не мог закрыть глаза. Его мучило сердцебиение и произошедшее сегодня вечером.
Тем временем Орденос, пройдя несколько километров весь выкипая от злости, но с огромной раной на сердце и грустя, что его тайну раскрыли, не смог уйти далеко и кинуть свой отряд. Хоть он корил себя за прошлые грехи, но всё же решил вернуться, показав свою силу и переборов страх. Когда он вернулся, отряд уже спал и только слышал, как одно сердце бьётся сильнее остальных. Он понял чьё оно и догадался насколько его обладатель беспокоится. Вскоре, он тоже лёг спать и спокойно проспал всё утро.
6 часть. «Первый».
Потушенный костёр, его залили водой недавно. Раскидывая палки в разные стороны и собирая вещи, Первый и Двадцатьседьмой, делали всё, чтобы побыстрее скрыть следы своего маленького лагеря.
— А правда, что вы с Вторым поссорились? — спросил брата Двадцатьседьмой.
— Нет! — это просто разногласия. Я не вижу здесь что-то, что могло нас рассорить. Хоть он и обманул меня, я пересмотрел свои отношения к нему теперь буду намного умнее.
— А как ты относишься к Четвёртому?
— Он дурак, хоть высокий и сильный. — ответил Первый.
Сложив в мешок все свои вещи, братья были готовы чтобы действовать.
— А правда, что…? — Двадцатьседьмой не успел договорить, его перебил Первый.
— Соберись, сейчас мы телепортируемся в город! Так что будь аккуратнее и смотри по сторонам, а если что-то увидишь, то сразу говори мне.
Двадцатьседьмой был похож на шестнадцатилетнего подростка. Его молодой вид показывал, что он не был опытным по сравнению с Первым, который был похож на сорокалетнего. Это так влияет на их внешность, серьёзные решения, которые они принимали за всю жизнь. Также, чем больше полубог отвечает за решение важного вопроса, тем для остальных он становиться старше, не смотря на возраст, а на сам внешний вид. Так, что их можно было перепутать с простыми отцом и его ребёнком.
— Мы телепортируемся к причалу, а затем заберём лодку и снова телепортируемся, только уже в Одинокий океан. — произнёс Первый. — а ещё, нам нужно будет пройтись по городу, ведь силы камня не такие огромные. Чтобы сохранить количество прыжков сквозь время и пространство, нам нужно уменьшить дистанцию. Понял?
Двадцатьседьмой кивнул.
— Собрался? — спросил Первый.
— Да!
— Возьмись за меня! — приказал он.
Парень схватил Первого за руку, через секунду они переместились из леса в Ледобург. Они очутились на одной из улочек.
— Надеюсь, что нас никто не видел! — рассматривая улицу, Первый искал людей, но никого не нашёл.
— Какие у тебя отношения с Вторым?
— Я не хочу это рассказывать. — Первый произнёс и указал пальцем в сторону. — туда нам нужно!
Братья пошли по городу, вокруг них гуляли люди, их было много.
Первый искал подходящее место, чтобы снова телепортироваться, но никак не находил. В это время его постоянно расспрашивал Двадцатьседьмой об отце, об его жизни под Белой Башне, о королях и многом остальном. Первому приходилось всё рассказывать.
Скрываясь от охраны, братья прошли много кварталов, их
