Собрав просохшие волосы в высокую, сложную прическу, Тахира вдруг, одну за одной начала добавлять в нее шпильки. Когда я поняла, что там скоро окажутся все имеющиеся шпильки, махнула рукой, останавливая служанку.
— Мне кажется, что достаточно. Я и так буду похожа на цветочную клумбу, как в королевском дворце.
— Не переживайте, хозяйка. Они почти все без украшений, простые прямы, чтобы прическу держать.
— Мне кажется, залей ты мне голову воском, и то надежнее уже не сделать.
— Последние две. Поверьте, вы будете прекрасны.
Разодетые в свои лучшие наряды, обитатели замка стояли перед парадной лестницей, ожидая возвращения князя. Мне же полагалось встречать его на верхней ступени лестницы. С того момента, как Мадис скрылся за деревьями в начале дороги, ведущей к замку, прошло уже довольно много времени, и я, с трудом сдерживая нетерпение, начала переступать с ноги на ногу.
Суета с нижнего двора, там где стоял гарнизон Гирса, возвестила, что отряд князя добрался до казарм.
Я с тревогой кинула взгляд в сторону Ино, но женщина, стоящая на пару ступеней ниже, только ободряюще улыбнулась.
Ждать пришлось еще минут десять, когда ворота, не осаживая коня, влетел князь с несколькими воинами личной охраны. Почти на полном ходу Мадис выпрыгнул из седла, стремительно преодолев расстояние между нами. Не позволив произнести ни единого слова, князь подхватил меня на руки, и не обращая на донесшийся в спину крик Ино: «А как же ужин?», так же быстро взлетел по лестнице.
— Мадис? — шепотом, словно разговаривая с диким зверем, тихо позвала я, когда дверь спальни захлопнулась за нашими спинами. Теперь я видела, что волосы князя влажные после купания, наряд явно не тот, в котором мужчина мог бы провести последние три дня в седле.
— Да, моя княгиня? — С интересом рассматривая спальню, но не спуская меня с рук, улыбнулся Мадис.
— Что-то стряслось?
— С чего ты так решила?
— Но как же ужин. И люди ждут. И это совсем неприлично…
— Мне все равно, как это выглядело со стороны, но я от чего-то уверен, что стоит мне задержаться на ужин, как вновь что-то произойдет. Я весьма терпелив, но боги этих мест сильно переоценивают мою выдержку, раз за разом вырывая из объятий жены. Больше не позволю, — тихо выдохнув последнюю фразу, князь вдруг зарылся носом в мои волосы, глубоко и с шумом вздохнув.
Глава 45
Я вдруг немного растерялась от такого признания. Мадис, конечно, был прав: все, что происходило с нами после свадьбы походило га какую-то шутку богов, но все же было как-то странно и неправильно удаляться в спальню, когда солнце все еще висит над горами.
Осторожно поставив меня на пол, князь отступил на пару шагов, внимательно оглядывая с головы до самых стоп.
— Ты невероятно красива. И спальня… что ты сделала? — еще раз окинув взглядом спальню, Мадис тепло улыбнулся. — Мне кажется, так уютно здесь не было никогда.
Растаяв от похвалы, я улыбнулась, чувствуя, как напряжение уходит. Князь — мой супруг, и не стоит нервничать или смущаться в его присутствии.
— Как твой поход? Удачно? — пытаясь поддержать беседу, спросила я наугад, но Мадис только демонстративно скривился, делая шаг ближе. Пока я наблюдала за сменой выражений его лица, проворные пальцы уже потянули за широкий вышитый сложными узорами пояс.
— Давай не будем об этом. У нас еще масса дел, а я даже не справился пока с твоим платьем. — Выражение лица князя с задумчивого, вдруг сменилось на луковое. И меня одним взмахом ресниц взяли в плен эти золотые глаза. Я чувствовала, как тело обволакивает тепло, словно я стою под солнцем. Заходящее светило отбрасывало сквозь слюдяные окна свои лучи, усиливая это впечатление. — Сегодня, даже если горы рухнут, я не отпущу тебя.
— Не искушай местных богов. Кто знает, почему они так против нашего брака.
— Они не против, — Мадис вновь позволил себе скривиться, и, пока я любовалась его глазами, стянул с меня жилетку и растянул веревки юбки, от чего она полетела на пол. — Думаю, они просто ждали, пока мы окажемся здесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Но это только предположение, — я почувствовала себя немного зябко, оставшись в одной рубашке до середины бедра и в чулках. Не планируя ездить сегодня верхом, даже не надела тонкие шаровары под юбку, как это было принято.
Мадис вновь отступил, рассматривая меня в свете заходящего солнца. А я внезапно передернула руками, прикрывая плечи.
— Мерзнешь? — я ожидала, что князь бросит пару поленьев в огонь, но вместо этого Мадис подхватил меня на руки, укладывая на покрывало. — Сейчас согрею.
Сбросив куда-то на пол свой сюртук, или как называлась эта деталь местной одежды, князь присел на край кровати, вновь поймав меня в плен своих янтарных глаз. Ухватив одну ногу, мужчина медленно потянул сапожок вниз, отбросив после куда-то на пол. Затем пришла очередь второго.
Большие ладони прошлись по ноге вверх, скользя по чулку, пока не добрались до лент-завязок. Кожа от этих простых действий покрылась мурашками. Я дышала взволнованно и никак не могла отвести взгляд от янтарных глаз, в которых без труда можно было разглядеть разгорающееся желание.
Мадис, чуть улыбаясь, медленно потянул чулок вниз, следя за моей реакцией.
Я уже вся дрожала от предвкушения и той нежности, которой меня окутывали. Никто не относился ко мне с подобным вниманием и трепетом, как этот мужчина. Даже если потом, как иногда бывает, все изменится, воспоминания о нынешних днях способны согревать не один год.
Мадис, вдруг словно утратив остатки терпения, нагнулся ко мне, обжигая губы поцелуем. В ном бурлила такая жажда и страсть, что я в первое мгновение испугалась. Такая разительная смена настроений!
Упав ничком на кровать, придавленная мужским телом, я позволила себе отдаться ощущениям. Обняв Мадиса за плечи, я смаковала и растягивала поцелуй, надеясь получить как можно больше этой простой, но такой чистой ласки.
Какая-то заминка произошла, когда из моей прически, одну за другой стали вынимать шпильки. Длинные пальцы медленно вытягивали украшения, пока Мадис не отстранился, хмуро вскинув голову, рассматривая прическу.
— Тахира плела, что ли? — с каким-то обреченно печальным выражением уточнил супруг.
— Да, — недоумевая, от чего такая заминка, отозвалась.
— Вот ведьма, — тихо простонал Мадс, приподнимаясь, а затем садясь на постель. — Повернись ко мне спиной. Нужно вынуть все эти украшения.
— В чем дело?
— Это маленькая месть. Заслуженная, стоит признать, — вздохнул князь, вынимая шпильки одну за одной. — Тахира у нас вдова. Уже года три как. Но когда мы ее выдавали замуж, лет шесть тому назад, навязали ей на поясе столько узлов, что жениху пришлось до половины ночи с ними сражаться.
— И для чего вы это сделали?
— По поверью — для того чтобы влюбленным счастья было больше. А по факту. Чтобы напомнить мужу о терпении к молодой жене. Но сейчас я думаю, что может, стоило вязать больше. Может, это сохранило бы жизнь мужу Тахиы. Так вот, твои шпильки, если я правильно понял посыл, то же напоминание о терпении.
— И как, действует?
— Кончено. Ни один нормальный мужчина не станет любить свою супругу когда у нее в голове восемнадцать, девятнадцать… шпилек. — Мадис вытянул последнюю, откинув в общую стопку, и запустил пальцы мне в волосы, вызывая зуд облегчения после тугой прически. По комнате тут же поплыл аромат цветочной воды, с которой меня сегодня причесывала Тахира. Мягко массируя кожу головы, пропуская тугие пряди через пальцы, Мадис глубоко вдыхал аромат цветов, а затем вдруг выдал. — Твой запах мне нравится больше, чем все эти притирки. Не позволяй Тахире слишком усердствовать в этом деле.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Подхватив меня за талию, Мадис перевернул и опрокинул на постель, словно я ничего не весила. Рбушка в одно мгновение исчезла, оставив меня в одном белье. Князь с интересом кинул взгляд на непривычную деталь туалета, прежде чем пустить руку за шею, потянув завязки.
