Я превзошел всех.
Сразу после завтрака мы с Казуки отправились в квартал Тоётоми. Атарашики была недовольна, так как выступала против участия парня в войне. Моей силе она более-менее доверяет, хоть и считает, что рисковать зазря не стоит, а вот Казуки для нее — маленький слабый ребенок, которого надо оберегать. И, в общем-то, была права. Проблема в том, что если его сильно опекать, то он так и останется слабым.
Когда мы въехали на территорию клана Тоётоми, она уже была в осаде. Наши войска окружили ее жиденьким кольцом, сосредоточив основные силы с южной стороны, где и расположили штаб. Когда мы с Казуки вышли из машины, нас уже ждал Святов.
— Как у вас тут дела? — спросил я.
— Пока идеально, — ответил он, ухмыльнувшись. — «Темная молния» славно пошумела. Не берусь судить, в какой момент нас обнаружили, но добрались мы сюда без проблем. Да и укрепляться никто не мешает, — добавил он, осматриваясь.
А вокруг было довольно суетливо. Бойцы бегали туда-сюда, техники устанавливали турели и возводили укрепления, подъезжали и уезжали грузовики. Я этого не видел, так как в этом месте уже должны были все зачистить, но прилегающие к кварталу дома наверняка сейчас обходили специальные команды. Невинных и непричастных здесь нет, это Аматэру только-только начали брать под контроль соседние с моим поместьем улицы, а Тоётоми тут не первый десяток лет обитают и не могли оставить рядом с собой чужаков.
Шагающую технику мы, к слову, не использовали. Рано еще.
— Ладно, пошли. Где тут у вас штаб? — огляделся я.
— Пойдем, — произнес Святов, направляясь к ближайшему через дорогу одноэтажному зданию.
В доме мы и нашли Щукина, который руководил операцией. Помимо него, из старших офицеров тут был только Такано Кизаши, командир «Темной молнии». Технически туда же и Святова можно отнести. Несмотря на его низкий военный ранг в роду, Святов был приближенным к главе Аматэру, то есть ко мне. Как и Ёхай, к слову, которого тоже не было. Необходимость атаковать сразу восемь объектов Тоётоми разбросала старших офицеров по всему региону Канто. Беркутов, например, командовал штурмом базы Тоётоми близ Сайтами, Фанель захватывал складской комплекс, находящийся, как и их база, возле все той же Сайтами, только на севере, а, к примеру, Антипов, возглавивший отряд тяжелой пехоты, атаковал дата-центр в префектуре Гумма. Ну и так далее.
— Привет, старик, — поздоровался я, зайдя в комнату. — Смотрю, ты вовсю вкалываешь?
Щукин сидел за столом, на котором стояли два монитора и ноутбук, а сам он, откинувшись на спинку стула, ел лапшу быстрого приготовления.
— Хохмишь? — покосился он на меня. — Ну хохми. Ты хоть позавтракал в спокойной обстановке, — и, проглотив очередную порцию лапши, добавил: — Ты готов, Казуки?
Среди своих он и к нему обращался по-простому.
— Естественно, Щукин-сан, — кивнул Казуки.
— Святов, — глянул на него Щукин. — Займись парнем.
Кивнув, Сергеич положил на плечо Казуки руку и потянул за собой.
— Пойдем, — произнес Святов. — Твое снаряжение в соседней комнате.
— Зря ты его с собой притащил, — вздохнул Щукин, когда мы остались одни в помещении. — Не должны дети воевать.
— Он и не будет, — пообещал я, садясь на свободный стул, стоящий рядом со столом Щукина. — Постреляет в сторону врага и всё. Главное, ему об этом не говорить.
— Ты ведь понимаешь, что на передовой нет безопасных мест, — произнес он, закидывая в топку очередную порцию лапши.
— Как ты это есть можешь? — спросил я его, не удержавшись.
— Мы люди простые, — ответил он. — Не избалованные личным поваром. Так что — запросто.
— Что ж, желудок тебе судья. А насчет парня не волнуйся — пуля, конечно, дура, но легкий МПД она не пробьет, а от чего пострашнее он и сам увернется. Чувство опасности у него не идеально, но все-таки работает.
На это Щукин, который как раз засовывал в рот лапшу, только головой покачал.
— Хм, — замер он, прекратив жевать и уставившись в один из мониторов. — Похоже, Тоётоми и в Гумме решили не отбивать свои объекты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сюда спешат? — спросил я.
— Скорее всего, — произнес он медленно. — Пока только собираются в одном месте.
— А что в Сайтаме? — полюбопытствовал я.
В утренних отчетах говорилось, что бои там еще продолжаются, но мы уверенно берем верх.
— База взята, — ответил он почти сразу, видимо, эта информация у него была. После чего оставил вилку в чаше с лапшой и начал елозить мышкой по коврику. — А вот склады… Блин.
— Что там? — напрягся я.
— Комплекс взят, — поморщился он. — Но треть складов порушена. Потерь… нет. Странно.
— Там в основном тяжелая техника была, — вздохнул я, склады себе хотелось оставить. — Так что и потерь там не должно было быть много.
— Они треть складов порушили, — глянул он на меня. — Явно бой серьезный был. И без потерь?
После чего отложил чашу с едой и начал более активно работать с клавиатурой и мышью. Как чуть позже выяснилось, Щукин решил связаться с Фанелем.
— Я знал, что ты проявишься, — послышался голос из динамиков.
— Что у вас там произошло? — спросил Щукин.
— «Адский высер», мать их, — ответил Фанель.
Бывший ПП-66?
— Не зли меня. Француз, — нахмурился Щукин. — Давай по делу.
— Отчет позже напишу, но если вкратце, эти неудачники во время разведки подходов к складам умудрились нос к носу столкнуться со средним МД, и вместо того, чтобы отступить в нашу сторону, они ломанулись на территорию противника. Собственно, разрушенные склады именно их рук дело. Я… Я сам до сих пор пытаюсь понять, как так вышло, но ребята оттянули на себя все внимание, значительные силы, в том числе два МД, и при этом умудрились выжить. Ах да, те МД они похоронили под обломками одного из зданий. Я тогда думал, что они всё, кончились, здание-то парни на себя обрушили, когда их прижали, — тоже, кстати, вопрос, как именно, — но нет, выжили. Мы их как раз рядом с одним из МД и откопали, они им как прикрытием воспользовались. Реально адский высер, тут и добавить нечего. И Тоётоми в них вляпались. Мне после их приключений и сражаться-то толком не с кем было.
Немного помолчав, Щукин произнес:
— Ни фига не понял. Их же всего десять бойцов. Как?
— Эх, командир… — услышал я вздох Фанеля. — Я там непосредственно находился, только с другой стороны складов, и то ничего не понял. Сижу вот, разбираюсь.
— Ладно, жду твоего доклада, — покачал головой Щукин.
А «Адский высер», я смотрю, по-прежнему отжигает. Вот ведь неубиваемые ребята. Чему я, естественно, только рад. Правда, если все так и дальше пойдет, мне будет неловко называть себя Разрушителем.
— Надо бы для них какую-нибудь медальку придумать, — сказал я, улыбаясь.
— За то, что они все разрушают вокруг себя? — хмыкнул Щукин.
— За то, что выживают, — покачал я головой. — К тому же на моей памяти это первый раз, когда их действия пошли вразрез с планом операции. Между прочим, приказа брать склады исключительно в целом виде не было. Лишь рекомендации.
— Ну, так-то да, — произнес он задумчиво, после чего коротко пожал плечами и вновь взял чашу с едой в руки. — Можно и медальку выпустить. Хех, — добавил он, глядя на меня с улыбкой. — А на ней выгравировать золотую какашку в языках пламени.
Было бы прикольно.
— Пожалуй, не стоит, — сдержал я улыбку. — Слишком жестко.
— Кстати, — вспомнил он, наматывая лапшу на вилку, — а у нас вообще есть медали? Что-то я с подобным не сталкивался. Одни наградные листы и нашивки были.
— У Аматэру медалей нет, — ответил я.
— Чё так? — спросил он, проглотив еду.
— Без понятия, — пожал я плечами. — Традиция, наверное. Я Аматэру пару лет как стал и не могу знать всего. У нас вместо медалей золотая монета используется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— В смысле? — не понял он. — Монета?
— Ну… — не сразу я понял, чему он удивляется. — Это просто называется монетой, на деле двухсотграммовая золотая чушка с уникальной гравировкой.
