– Незвана, пойдем завтра в Оргощ на торжище, – предложила как-то Ярина, чтобы развеселить подружку. – У меня монетки еще остались от прежней жизни, купим себе диковинку какую-нибудь или паволока заморского на навершники. Родных твоих навестим. Соскучилась небось по братьям-сестрам?
– Да ну их, – махнула рукой Незвана.
Ярина приуныла. Незвана, заметив это, почувствовала угрызения совести. Ярина делает все, чтобы угодить ей, а она еще издевается – то ей не этак и это не так.
– А вообще-то, Ярина, на торжище я с удовольствием схожу. Люблю на заморских купцов смотреть.
Ярина обрадовалась: наконец-то подружка отошла от зимнего холода и проявила тягу к жизни.
Оргощское торжище встретило вдов шумом, гвалтом и разношерстной толпой. В этот день заморских купцов не было, но все равно было весело. Бойко выкрикивали свой товар крестьяне из окрестных весей, давали представление скоморохи, пели гусляры, боян предсказывал судьбу.
Незвана охотно бродила по рядам, с интересом рассматривала полотна крашенины и тонкие льняные ткани. Ярина, глядя на подругу, радовалась, что смогла отвлечь ее от горьких дум.
Торжище – не только место для торгов и увеселений, но и сбор сплетен и новостей. Узнала Ярина, что город Любеч захватили какие-то варяжские воины с князем Олегом во главе. Слух этот толковали на разные лады.
– Олег, добрый воин, прибыл с Новгорода на собственных ладьях. Говорят, мальца какого-то при себе таскает.
– Это не малец, – спорят другие, – это наследник Новгородского стола Игорь, покойного Рюрика сын. Олег при нем опекун.
– Ну это неважно, главное, сила у Олега грозная, несметная. Князек в Любече не стал с ним воевать, сдал город без боя.
– Про это я тоже слышал и еще слышал, что Олег подстрекает всех окрестных князей идти на Киев-град.
– Ишь куда замахнулся, – засомневались вокруг, – да Киев – крепость неприступная, ее с ходу не взять.
– Так ведь и знающие мужи Олегу не советуют к Киеву подступать…
Ярина слушала внимательно обрывки разговоров, и когда речь заходила о Киеве, сердце болезненно сжималось от дум о Белаве и дочери. Она так увлеклась разговором, что не замечала взглядов мужчины, стоящего неподалеку.
Князь Бажан смотрел на нее и думал о том, насколько красива и совершенна эта женщина. Плат ее сбился на макушку, обнажив иссиня-черные волосы и высокий открытый лоб, лицо украшали черные дуги бровей и изящный нос.
Сколько раз он думал о том, что эта женщина не существует, что она лишь плод его воображения. Но почему тогда она приходила в его сны, заставляя просыпаться в поту от горячего желания? Теперь он видел ее воочию и уже хотел шагнуть к ней, но какой-то мужик, вероятно муж, цепко схватил женщину за руку, как свою собственность.
Князь разочарованно отвернулся. Глупец, разве может такая краса ходить по земле свободной! Женщина принадлежит другому, и ни к чему пялить на нее глаза. Пора выбросить ее из головы раз и навсегда.
Ярина вздрогнула, когда грубая холодная рука схватила ее повыше локтя. В лицо дохнуло перегаром. В нечесаном и немытом мужике Ярина с трудом признала бобыля из Чернигова.
– Попалась, ведьма, не уйдешь от меня, – прошипел он со злобой.
– Чего тебе надо? – испугалась женщина. – Отпусти меня.
– Ну уж нет, я тебя по всей северянской земле искал не для того, чтобы только посмотреть.
На них стали с удивлением оглядываться, бабы зашушукались. Вокруг быстро собиралась толпа. Ярина огляделась, ища поддержки, но Незвана куда-то исчезла.
– Да что я сделала плохого? Это ты меня подставил, на смерть хотел брата моего отправить…
– А кто в этом виноват? Не появились бы вы у нас в Чернигове, ничего бы не было. А мне из-за тебя пришлось убить женушку мою любимую, девочку красу ненаглядную, – по грязным щекам мужика потекли крупные слезы.
– О чем ты говоришь?
Ярина почувствовала, как душа холодеет от догадки: бобыль сумасшедший. Но как доказать это людям вокруг, с интересом наблюдавшим за перепалкой между мужиком и бабой?
Если он сейчас крикнет, что она ведьма, воровка и убийца, люди и разбираться не станут, растерзают ее без всякого княжеского извода. Таков уж закон – муж всегда прав.
Ярина резко крутанулась и толкнула бобыля в грудь. От неожиданности он екнул и выпустил ее из рук. Ярина кинулась в толпу, которая невольно разомкнулась, пропуская ее. Вскоре она затерялась среди людей. Бобыль бросился за ней следом, но не догнал, с досады сорвал с головы шапку и шмякнул ее об землю.
Необычный шум за спиной привлек князя. Он обернулся как раз в тот момент, когда черноволосая красавица толкнула мужика и юркнула в толпу. Эта женщина не переставала его удивлять. Зачем она сбежала от мужа? Или этот грязный мужик вовсе ей не муж? Тогда что может быть общего между ними?
– Хватит с нас развлечений, – решила Незвана после того, как подруга рассказала ей о встрече с бобылем. – Больше никуда ходить не будем. И вообще, нам надо жить как можно незаметнее и тише.
Но с этого дня жить незаметно им уже никак не удавалось, как будто происшествие на торжище разрушило безмятежное состояние и открыло полосу тревог и невезения. Куда бы Ярина ни пошла, что бы ни делала, везде за ней наблюдали недобрые взгляды сельчан, и раздавалось их шушуканье.
– Все это происки моей золовки, – огорчалась Незвана. – Ходит по соседям, рассказывает всякие гадости о тебе. Очень ей не нравится, что ты ворожбой занялась.
– Ты же знаешь, – оправдывалась Ярина, – я не колдую. Я только травами лечу.
– Я-то знаю, – вздыхала Незвана. – Я говорила с золовкой, просила ее не настраивать против тебя людей, но она ничего и слушать не желает.
– Может, мне уйти? Подамся к Пселу брата искать.
– Еще чего удумала. Вон вокруг сколько повитух да ворожей, никто же их не трогает. А золовке я еще раз скажу, чтобы отстала от тебя. Ты моя единственная подруга, без тебя я от тоски пропаду. Живи и ничего не бойся.
Княгиня взбудораженно ходила по светелке. Ее взволновало известие, которое только что принесла ключница.
– Так что же, мамка, люд волнуется, говоришь? – переспросила она еще раз, не в силах поверить в удачу.
– Еще как! Купец-то, который из Любеча приехал, рассказывает, что соботку[50] каждый день там собирают: варяги зовут на Киев идти. Только любечане и князья окрест сомневаются. Они знают, как наш город неприступен – не чета нам Смоленск и Любеч. Но купец, когда с любечанского вымола отплывал, видел ладьи варяжские – вооруженные, легкие, со страшными чудищами на носу. На них приплыл князь Олег из Новгорода. Но говорят, что он вовсе вроде и не князь, а поставлен опекуном при маленьком князе Игоре, сыне Рюрика. Ох, княгиня, а вдруг и правда захватит Олег власть в Киеве, куда денемся мы с тобой?
