Также можно взять серебряную монетку, провертеть в ней дырочку и навязать на шелковинку, но, конечно, она не будет так четко указывать движения, ибо лучше, когда есть маленькая тяжесть и нить натянута. Конус лучше.
Упражняйтесь на известных вам людях, ведь карточки всегда можно найти. Также интересно, что в разные годы жизни получаются разной силы движения в соответствии с развитием».
Этим советом завершает Елена Ивановна свое открытие по использованию маятника — по сути, варианта лозоходства — своим друзьям.
«Плохие» квартиры
Не знаю, чем именно объяснить еще один странный феномен, но в последнее время и в нашем городе, и в Волгограде участились случаи жалоб жителей на неспокойное проживание в их собственных квартирах. Мы выезжали на места происшествий, подробно расспрашивали обитателей квартир, приглашали экстрасенсов с их повышенной чувствительностью к разного рода аномалиям, однако четкой ясности о причинах беспокойного житья пока не получили.
Вот один из типичных случаев…
— Может, вы мне хоть что–то объясните? — голос в телефонной трубке заметно дрожал: похоже, женщина едва сдерживала слезы. — У меня в квартире творится какая–то чертовщина…
Она стала объяснять штрихи и события последних полутора лет после вселения в новую квартиру на углу улиц Ленина и Королева, и я понял, что здесь телефонным разговором не обойдешься, надо встречаться с хозяйкой. Лидия Дмитриевна (назовем ее так), миловидная, располагающая к себе женщина «бальзаковского» возраста, была встревожена, хотя изо всех сил старалась держаться спокойно.
— Мы с мужем заселились сюда в июле 2006 года, и, конечно, радовались новому просторному жилью, — рассказывала она. — Но вскоре, буквально через два месяца, умерла моя собака боксер, хотя по годам это был вполне молодой пес. Признали лейкемию…
Странности с собакой были замечены вскоре после переезда.
— Он привык спать на кушетке, а после вселения, как отрезало: не ложится на то место, а пристраивался между кушеткой и окном. И вскоре стал чахнуть…
— А вы как себя чувствуете в новой квартире? — спросил я.
— Как–то неважно… — задумалась она. — Периодически мучают какие–то кошмары, видения, бывает ощущение, будто кто–то маленький ходит по ногам. Пару раз кто–то душил… Это случается раз в три месяца. А сегодня ночью приключилось такое, что я решила позвонить вам…
Оказывается, женщину разбудили чье–то хождение по постели и полное оцепенение тела, но при этом внутри нее все тряслось, словно от страха или озноба. С трудом открыла глаза, и с изумлением увидела спину мальчика лет 3‑х и женщину в полный рост, которые исчезли, словно нырнули в другое пространство.
— Я пробовала позвать мужа из другой комнаты, но выходило какое–то слабое мычание.
И вдруг около кровати появился отчетливо видимый мужчина в трико и с оголенным торсом. Он зло смотрел в глаза женщины, словно был недоволен, что она звала мужа, и когда та тряхнула головой, — исчез. Тут и голос у нее прорезался, а следом муж вбежал в спальню. Конечно, сна уже не было до рассвета.
Первое, что подумалось — так «шутит» чем–то рассерженный домовой: некоторые признаки совпадают. Но… квартира в новом доме, ее жильцы — первые в нем… И эти странные фигуры из иного измерения… Такое бывает, если на месте дома было, допустим, кладбище или захоронение. Здесь же был пустырь, а давно, как вспоминает Лидия Дмитриевна, — овраг, где они бегали ребятишками. Излучение из земли? Тогда оно бы действовало и на другие квартиры этажами выше. Однако женщина не опрашивала соседей, «чтобы не подумали, будто я не в себе».
Когда я проверил по карте место расположения дома — да, оно оказалось в геопатогенной зоне. В тот раз я посоветовал Лидии Дмитриевне провести ряд обрядов, которые делают во время полтергейстов и шумных домовых в надежде, что это успокоит невидимых мытарей. По возможности, надо переставить кровать, и неплохо бы почистить и освятить квартиру с помощью батюшки.
Недавно позвонил, поинтересовался состоянием в квартире. Обряд освящения священник сделал, причем свечи сильно трещали и дымили при обходе, особенно в спальне. Лидия Дмитриевна завела новую собаку, и та избрала для сна место под кроватью, но некоторых уголков явно избегает. У хозяйки квартиры сны иногда тяжелые, но не в такой степени, как год назад. В общем, стало поспокойнее, но полного комфорта по–прежнему нет.
Позже кто–то из старожилов города уверенно говорил мне, что примерно в том месте было старое кладбище села Безродное. Его заровняли, но при рытье фундаментов иногда натыкались на человеческие кости; их засыпали обратно. Возможно, так сказывается на квартире и жильцах потревоженный покой погребенных. Увы, мы слишком мало знаем о законах Тонкого мира и, благодаря повсеместному торжеству материализма в науке и образовании, даже не пытаемся их понять, оттого, вероятно, и живем, как в тумане, тыркаясь, словно слепые щенки в разные препятствия…
С другой квартирой, или, вернее, домом — ситуация похуже. Микрорайон не буду обозначать, чтобы не вызывать ненужных страхов, тем более что далеко не все жильцы этой девятиэтажки, вероятно, согласятся с опасениями одной из обитательниц подъезда. Впрочем, не исключено, что, наоборот, — сами добавят новых красок к без того жутковатой картине.
В доме слишком часто умирают люди. Сначала заболевают, а потом, глядишь, выносят очередной гроб. За минувшие полтора года, по словам обеспокоенной женщины, вынесли не менее 15 домовин. И отнюдь не все — пожилые люди. А в доме–башне лишь два подъезда.
— Я здесь живу уже более 20 лет, но в последние годы здесь творится что–то невообразимое, — рассказывала о доме Зинаида Андреевна, пенсионерка.
Впрочем, началось лет 8–9 назад, не с самого заселения дома.
— Я страстная любительница цветов, и моя однокомнатная квартира была вся уставлена цветами в горшочках. Вот следы от полочек на стенах, где они размещались: подоконников не хватало, — рассказывала она. — Но с какого–то времени все они стали чахнуть, засыхать — пока не погибли все до единого. И сколько я ни пыталась восстановить растительность — они здесь не приживаются.
Пожалуй, все началось после смерти одного из пьющих жильцов, которого не сразу хватились — когда уже запах разложения заставил вызвать милицию. После этого в их подъезде что–то изменилось, словно из параллельного мира сюда устремилась всякая нечисть. Зинаида Андреевна ощутила, что не может спать на кровати, где обычно почивала. Постоянные кошмары, видения, недосыпы… Она воочию видела по ночам людей в чалмах, лошадей, пробегавших из стены в стену… Да многое! Начни все рассказывать — точно подумают, будто у нее нелады с психикой. Но врачи ничего «такого» у нее не обнаруживают. К тому же объективным показателем неблагополучия в доме стали погибшие цветы. Обеспокоенная женщина стала спать на кресле–кровати, устанавливая ее чуть ли не посреди комнатки.
Как человек деятельный, она взывала и к СЭС, и призывала экстрасенсов, даже нашла меня… Одна женщина приходила с биорамками — они сразу показали сильную геопатогенную зону в районе ниши, где стояла кровать. «Как вы здесь живете! — изумилась биооператор. — Здесь вообще нельзя находиться!»
Но главное — в доме стали заболевать и умирать люди.
— Сначала, как правило, заболевали ноги, бывала парализация, а потом человека хоронили, — объясняла она. — Вот по памяти: на втором этаже мужчина — сначала отказали ноги, потом умирает. У другой сын пришел из армии, нормальный парень, глядь, мать идет в черном платке: умер! Соседка привезла мать из деревни — вскоре умерла. У Нади — паралич ног, у той муж умирает, Карим… Другую знакомую внук увез на дачу жить, так ей плохо здесь было. Ожила! Вернулась — опять обезножила… Попросилась обратно на дачу. И так со многими.
— Внук–студент как–то пришел и прилег вздремнуть в нише, — вспомнила моя собеседница. — Вдруг вскакивает: «Ой, что–то плохо мне здесь, крутит голову!..» — и с тех пор никогда здесь не ложится, а больше и негде.
Ее подруга из соседнего дома все не верила в странности квартиры и однажды ради пробы легла на ту кровать… Потом едва не пришлось вызывать скорую — так плохо ей было, и так кружилась голова.
— А что в санэпидемстанции говорят?
— Начальство говорит, что подобные дома в городе имеются, но имеющимися приборами и средствами будто бы ничего определить нельзя, — сетует Зинаида Андреевна.
— А если сменить квартиру?
— Так кто ж сюда поменяется? — удивляется она. — К тому же это нечестно по отношению к людям. И пенсия моя вообще не позволяет с этим затеиваться. Уж как–нибудь…
Я не раз посещал эту квартиру, мы приглашали экстрасенса для чистки комнаты, но ему самому стало плохо. Подруга из соседнего дома подтвердила факт резкого ухудшения самочувствия: «Весь вечер потом голова болела, никакие таблетки не действовали. У них здесь в доме какая–то плохая, темная энергетика, — пояснила она, — лишний раз не захочешь прийти…»
