Читаем без скачивания Загробная жизнь - А. Фомин

Когда две природы в человеке взаимно действуют одна на другую, тогда и физический мир пребывает в союзе, гармонии и во взаимном отношении с духовно-нравственным миром, т.е. его существами, как оживотворяемые одним и тем же Духом Святым, дающим жизнь всему миру. Изменения в нравственном мире не оставались без отношения к миру невидимому – физическому. Во время страдания Богочеловека земля потряслась, завеса церковная разодралась надвое, камни распались, солнце померкло, воскресли многие умершие.

Расстройство нравственного мира дошло до своего предела и отразилось в видимой физической природе, во всемирном потопе, по свидетельству слова Божьего. Падением прародителей начался второй период бытия мира, расстройством в нравственном мире (непослушанием Богу-Творцу). А затем стали все более и более следовать изменения и в физической природе, которые окончательно довершились во всемирном событии – потопе, окончательно изменившем и землю, и небо, т.е. атмосферу. После потопа прежних неба и земли не стало; вода изменила землю, а земля всегда находится в соотношении с атмосферою; следовательно, последовало и изменение неба – атмосферы. И тогда явились, по слову апостола, «нынешние небеса и земля» - состояние лежащего во зле мира, чуждого правды, о которых уже нельзя сказать, что нынешние небо и земли «добро зело», ибо земля лишено благословения, проклята, а с землею и все воздушные стихии враждуют. Значительно – и очень значительно! – сократилась против первого периода, жизнь человеческая, и ухудшились самые условия жизни. Это второй период бытия мира, в котором измененные небо (атмосфера) и земля названы апостолом Павлом нынешними. Этим названием уже подтверждается, что небо и земля настоящего времени не те, какими они были до потопа. Слово «нынешние» соответствует настоящему времени, следовательно, для будущего времени или для выражения преобразованного мира, который должен наступить, находим слово «новые»: и небо и земля, по свидетельству апостолов Иоанна и Петра.

И, наконец, наступит третье состояние мира, или третий период бытия его, где все ново: и человек, и небо, и земля, и где живет только правда, по свидетельству апостола Петра. Итак, в третьем периода бытия мира опять будут и новое небо и новая земля, отличные от настоящих. Нынешние небо и земля не уничтожатся, но изменятся в новые посредством огня, как первый период бытия мира и человека уступил второму посредством воды. Вода и огонь имеют важное, таинственное значение в религии вообще. Как золото очищается от посторонних примесей огнем, так и миру (небу и земле, т.е. земле с ее атмосферой) надлежит очиститься от зла посредством огня, по апостольскому свидетельству. Тогда опять для нового возобновленного человека будут и новое небо и новая земля, в которых живет одна только правда, и к восстановленным миру и человеку опять уже можно будет отнести слово «добро зело». Иначе и быть не может.

Примирить веру с наукой – вот, кажется, прямое назначение современного знания, Если всякая наука есть систематическое изложение истин, относящихся к какому-либо предмету, то разумеется, что эти истины, добытые наукой, должны быть в согласии с откровенными истинами, как об этом засвидетельствовал Сам Бог: «Я – Истина и без Меня не можете творить ничего».

Только в настоящее время откровенные истины стали подтверждаться современным знанием и приходить в согласие с наукой. Апостолы Петр и Иоанн Богослов свидетельствуют нам о третьем периоде бытия мира, об измененных новых земле и небе. И научное изучение устройства вселенной допускает, что умершие миры (следовательно, и наша планета – Земля) могут снова начать жить, а значит, и следаться обиталищем существ. Слово Божье не говорит о смерти, уничтожении земли, но свидетельствует только о ее изменении, какое произойдет и с живущими на ней людьми в момент кончины мира, т.е. все умрут и тотчас же воскреснут в новом лучшем виде со всеми прежде умершими. Вместе с тем произойдет и изменение земли. Наука видит причину, могущую опять возвращать к жизни умершие мировые тела.

Все верования и здравый ум свидетельствуют человеку, о начале и конце мира, и эта мысль принадлежит человеку на всех ступенях его развития. Так, например, верование китайцев о кончине мира состоит в следующем: некто Фесо, первоначально открывший в Китае соль, со временем был признан ими за бога. Фесо придет опять на землю только за тем, чтобы возвестить конец мира. В древнейшей греческой мифологии, в одном из мифов, есть пророчество, или как бы указание на догмат о конце мари и его преобразовании посредством огня: «С победою добра над злом, света над тьмою последует конец этого мира, и для будущей жизни этот мир преобразуется в лучший посредством огня, т.е. старый мир сгорит».  О том, что рано или поздно должен наступить конец мира (не в смысле прекращения, уничтожения, а только преобразования в лучшей мир и именно посредством огня) учил за 500 лет до Рождества Христова Гераклит. Он прямо говорил, что мир, совершая вечные и бесконечные кругообращения, наконец сойдется с началом, которое по его учению есть первобытный огонь, и сгорит. Но не уничтожится а изменится, ибо из пепла произойдет новый мир. Демокрит, творец первого механистического мировоззрения, учил: «ежели миры могут возникать, то они могут и исчезать». Но исчезать не в смысле прекращать бытие, как сам же Демокрит учил, что «ничто из существующего неуничтожимо», а значит, только изменяется образ, вид, бытие старое на новое.

Наука говорит, что наша планета Земля имеет много способов погибели и наивернейшим из всех признает огонь, наполняющий внутренность земного шара. Учение, что мир разрушится огнем, перешло к нам от древних иудеев и теперь есть учение Христианской Церкви и всех ее учителей и писателей. Возможность конца мира посредством огня наука признает за положение, достойное вероятности.

Действительно, можно почти наверняка предполагать, что поверхность шара, на которой мы строим свои города и жилища, имеет небольшую толщину, и что за этим тонким слоем все минералы находятся в расплавленном состоянии. С другой стороны, доказано, что эта тонкая поверхность земного шара постоянно колеблется, и что не проходи тридцати часов без того, чтобы не случилось где-нибудь более или менее сильного землетрясения. Мы, следовательно, живем на тоненьком плоту, который с минуты на минуту может пойти ко дну, т.е. в пропасть огня!..

(из книги монаха Митрофана (Алексеева В.Н.) «Как живут наши умершие и как будем жить и мы после смерти» СПб. 1897)

ОТКРОВЕНИЯ ИЗ ЖИЗНИ СВЯТЫХ

Святые Божии любили размышлять о блаженстве праведников, а некоторые из них и удостоились особенных откровений о райской жизни.

Самого продолжительного по времени и, следовательно, самого отчетливого видения блаженной участи на том свете праведников удостоился св. Андрей, Христа ради юродивый, - тот самый, который видел в храме влахернском «покров Божией Матери», празднуемый Церковью. Андрей жил в Константинополе в V веке. Жизнь его описал самый близкий к нему человек – его духовник,  священник Никифор. Жизнеописатель слышал о нем еще и то, чего сам лично не знал, от другого ближайшего к нему лица – Епифания (это был ученик Андрея, видевший вместе с ним чудное откровение в храме, впоследствии патриарх Царьграда).

Вот рассказ о том, что видел и слышал в своем восхищении в рай блаженный Андрей. «Что со мною было, - говорит  блаженный, - не понимаю. По воле Божией, я пребывал в сладком видении две недели так же, как бы кто всю ночь спал сладко, а утром встал. Я видел себя в раю весьма  красивом и дивном и, восхищаясь духом, размышлял: что это значит? Мне известно, что мое обиталище в Константинополе; но какою силою перенесен сюда, не знаю, да и не понимал себя, с телом ли был я, или вне тела? Богу это известно. Но видел себя облеченным в пресветлую одежду, вытканную как бы из молнии, опоясан был царским поясом, и венец, сплетенный из чудно-прекрасного цвета, был сверху главы моей. Чрезмерно удивляясь несказанной этой красоте, я восхищался умом и сердцем от невыразимой красоты Божьего рая и, пребывая в нем, исполнился веселия. Я видел там много садов с высокими деревьями, они, колеблясь своими ветвями, чрезвычайно услаждали зрение, и великое благоухание разливалось от их ветвей. Одни из деревьев непрестанно цвели, а другие были украшены златовидными листьями, иные были обременены различными плодами неизреченной красоты. Нельзя уподобить деревьев райских ни одному дереву земному, самому красивому: ибо Божия рука рассадила их, а не человеческая. В этих садах было бесчисленное множество птиц,  одни из них имели крылья золотые, другие подобно снегу белые, иные были испещрены различными цветами. Сидя на ветвях райских деревьев, эти птицы пели так прекрасно и усладительно, что от приятного пения их я доходил до самозабвения, и мне казалось, что голос пения их был слышен на самой небесной высоте. Так услаждалось сердце мое!