редиса, и поэтому цены опять начали расти. Вот только отец прямо перед этим поругался с тремя гостями, которые попытались после ночевки утащить мешки от тюфяков, вытряхнув из них солому, и зять попал на плохое настроение. Отец пресек все попытки торга и дал понять, что у него все в деревне продают по одной и той же цене, которая не скачет от количества облаков на небе и впервые не позволил завысить цены выше обычного.
И не успел я порадоваться этой маленькой удаче, как пожаловал лично тот, чьих поверенных мы ждали только осенью.
Я как раз заливал в корыто для гостевых лошадей воду, как во двор въехала карета, в сопровождении десятка дружинников. Мельком пройдясь по ней взглядом, я сперва не обратил внимание на герб, но мгновение спустя пришло узнавание. Лиер Хорд Риг Барга, старший род. В этот момент, дверца кареты открылась и на землю выпрыгнул молодой парень, который тут же ловко вытянул пару ступенек и помог выйти полноватому, но довольно крупному мужчине. Я никогда его не видел в живую, каждый год от него приезжал поверенный с охраной, забирал деньги в счет долга и уезжал. И сейчас я даже не знал, что делать. Решил, что самое лучшее — это не привлекать внимания и просто послушать, что будут говорить. Следом во двор въехала открытая повозка владельца местной деревни, в сопровождении всего двух дружинников.
Отец вышел сразу, видать Ивер, что сидел у окна, когда я выходил из таверны, успел его предупредить. Радости на лице отца я не увидел, напротив, выглядел он очень обеспокоенно и недоуменно.
— Это он, ваша милость, — тихонько указал на приближающегося отца молодой парень, что помогал выбраться лиеру из кареты.
— Норд? Мы приехали забрать долг. Рассчитайтесь с моим помощником. Я подожду.
Отец заметно растерялся от такого начала разговора. Само по себе большой нелепостью было присутствие лиера в качестве взыскателя долга, но и то, что кредиторы явились на несколько месяцев раньше обычного сильно сбивало с толку.
Помощник же, между делом, вытащил деревянный тубус и открыв его, достал оттуда документ, делано поводил по тексту пальцем и произнес.
— Сорок восемь малых империалов.
Я ахнул. Да, я знал, что у нашей семьи большие долги, но чтобы настолько…
Не удержался от возгласа и лиер Трайн, спустившийся со своей повозки и шедший в нашу сторону
— Лиер Хорд, — изумленно воскликнул помещик, — это что за баснословные суммы? Как он вам мог столько задолжать?
— Лиер Трайн, — не спеша повернулся к подошедшему дворянину наш кредитор, — так это вы всю дорогу за нами ехали? Приехали собирать налоги?
— Побойтесь Старых Богов, лиер, какие налоги, лето только наступает. Откуда у крестьян деньги. Осенью, после сбора урожая. Просто проверяю свои владения, каждые два — три месяца.
— И охота вам трястись постоянно… Позвольте, мы сейчас решим наши дела и я с удовольствием выпью с вами пару бокалов вина. В этой дыре такого не найти, специально вожу с собой пару ящиков…
— Не откажусь, но позвольте, мне послышалось, что ваш поверенный назвал сумму долга в сорок малых империалов?
— Сорок восемь, если быть точным. Это еще старые дела…
— Я несколько растерян, насколько я знаю Норда, он рачительный хозяин и влезть в долги на такую сумму…
— Лиер Трайн, — с нажимом проговорил лиер Хорд, — вы нанялись в трактир поверенным?
Помещик несколько смутился, однако не отступил, молчаливо ожидая ответа и сам раздумывая, как объяснить причину своего любопытства. Лиер Трайн был сильно уважаем среди его арендаторов, и часто обсуждал со своими крестьянами вопросы налогов, посадок, использования земель и прочее, и для этого собирал всех заинтересованных у нас в таверне, оплачивая сразу по десять чешуек за такие дни. На ночь оставался у нас в таверне, посиживая с отцом за элем, совершенно не заморачиваясь, что тот простолюдин. Как я понял, они будучи детьми играли вместе и с тех пор продолжали общение. Но подтвердить, что готов взять на себя проверку вопросов тяжбы простолюдина и представителя старшего рода — не думаю, что у него хватит духу.
Отец не стал проверять границы их дружбы.
— Одиннадцать лет назад я брал ссуду у лиера, двадцать малых империалов, для расширения таверны. В тот год был неурожай и я не стал беспокоить этим вопросом вас, лиер Трайн. — непривычным тоном, часто останавливаясь и подбирая слова заговорил отец, — К сожалению, я не совсем понял систему образования процентов и так получилось, что проценты набегали быстрее, чем я мог выплачивать… А пристройку так и не закончили, да и необходимость отпала, тракт перестал использоваться как раньше. Вот и гашу каждый год часть процентов, по щедрости лиера Хорда, давшего возможность такой отсрочки.
— Увы трактирщик, отсрочек больше не будет, — теряя терпение, рявкнул дворянин, — мне нужна вся сумма. Сегодня.
Отец пошатнулся. Попробовал что-то сказать, но вместо слов только закашлялся.
— Я так понимаю денег у тебя нет? — тут же подключился помощник лиера, — Мы так и предполагали, учитывая, что до этого вам удавалось собрать только половину набежавших процентов за год. В таком случае, мы готовы прямо сейчас оформить передачу таверны и земель на которых она стоит в счет долга.
Так вот почему приехал лиер — ему надо заверить документы! В обычной ситуации к нему или в суд просто вызвали бы отца, но похоже ждать они не хотели…
— Но мы всегда рассчитывались осенью! — воскликнул отец, наконец собравшись с мыслями, — Я уверен, мы решим вопрос с погашением долга до последнего дня осени!
— Вы должны были рассчитаться с долгом полностью еще семь лет назад, — отрицательно покачал головой поверенный, — начиная с этого дня лиер Хорд может взыскать всю сумму в любой момент. Возможность накопления процентов от суммы долга — это всего лишь его милость, дававшая вам возможность успеть рассчитаться с долгами.
— У вас один час, чтобы собрать свои вещи и убраться с моей земли. — рявкнул лиер, — Дай ему подписать и пусть идет собирает свои вещи, я сегодня великодушен. И найдите мне комнату, где я могу переодеться с дороги и переночевать. Мне еще завтра в обратный путь…
— Прошу прощения, лиер, — между отцом и дворянином встал Ивер, — но такие вещи решаются в суде…
— Это что за самоуверенный калека? Выкиньте его отсюда, я уже теряю терпение! Эти дороги кого угодно доведут до белого каления, а тут еще пытаются со мной спорить, после того, как я им столько лет давал возможность рассчитаться с долгами… Сим, командуй своим людям, пусть начинают…
— Но вы же
