В середине октября «Поиск»и «Надежда» прибыли к острову Тенериф. Ла-Биллардьер решил во что бы то ни стало взобраться на вершину пика.
— Меня письменами дьявола не остановишь, — говорил он. — Монерон и Ламанон слишком полагались на своих проводников. А мне проводники не нужны.
В спутники себе он выбрал здоровенного матроса, и они вдвоем налегке отправились в путь. Для восхождения они воспользовались не тем склоном пика, по которому карабкались их предшественники, а противоположным. Это очень удлинило дорогу, потому что два дня им пришлось проблуждать у подошвы горы, но зато выбранный ими склон оказался гораздо более пологим.
Добравшись до соснового леса, они вступили в полосу густого тумана. В двух шагах они не видели друг друга. Туман этот был большой тучей, нависшей над островом. Усталые, озябшие, промокшие до костей, они взбирались все выше и выше и наконец выбрались из тучи. В синем небе над ними сверкала лысая острая вершина пика. Под ними клубилось облако, похожее на клокочущий океан.
— Глядите! Глядите! — в страхе закричал матрос. — Нас здесь сторожат великаны. Недаром испанцы внизу говорили, что вершина этой горы заколдована.
Ла-Биллардьер обернулся. В первую секунду он и сам был испуган. В воздухе под ним реяли два огромных великана, ростом в километр.
— Это наши тени! — вскричал ученый, оправившийся наконец от изумления. — Наши тени легли на облако. На таких исполинских горах это часто случается. Видишь, я подымаю ногу — и великан подымает ногу, я подымаю руку — и великан подымает руку.
Действительно, великан поднял сначала полуверстовую ногу, потом полуверстовую руку. Матрос рассмеялся и принялся прыгать, заставляя своего огромного двойника принимать самые забавные позы.
Налюбовавшись этим веселым зрелищем, оба путника полезли дальше. Часто отвесные скалы преграждали им путь, но всякий раз им удавалось найти какую-нибудь боковую тропинку, по которой можно было двигаться вверх. Они на четвереньках ползли по каменным карнизам, боясь глянуть вниз, в пропасть. Они с разбегу перепрыгивали через ущелья.
Лес кончился. Кругом были мох да камни. На многих камнях они находили высеченные гуанчами надписи. Ла-Биллардьер тщательно перерисовывал их к себе в тетрадку.
После четырехдневного восхождения им, несмотря на все трудности, удалось — первыми из всех европейцев — достигнуть вершины Тенерифского пика.
Три дня спустя, полумертвые от голода и усталости, они вернулись на «Поиск». Путешествие к вершине горы заняло больше недели.
Честолюбие и упрямство
23 октября корабли д'Антркасто покинули остров Тенериф и направились к мысу Доброй Надежды — самой южной оконечности Африки.
17 января 1792 года «Поиск»и «Надежда» вошли в гавань Капштадта8.
В гавани стоял большой торговый английский корабль, на корме которого была надпись «Сириус». «Сириус» уже готовился к отплытию и подымал паруса. Увидев входящие в гавань французские корабли, командир «Сириуса» капитан Гэнтер решил посетить адмирала д'Антркасто. Таков был обычай: капитаны судов, стоящих на одном рейде, наносят друг другу визиты. И едва французы бросили якорь, как на «Поиск» явился капитан Гэнтер. Он привез адмиралу в подарок ящик вина.
Д'Антркасто, человек надменный и гордый, встретил гостя учтиво, но холодно. Капитан Гэнтер попробовал завязать разговор, но д'Антркасто отвечал односложно и с явной неохотой. Тогда замолчал и Гэнтер. Просидев полчаса в адмиральской каюте и не сказав почти ни слова, английский капитан попрощался.
Ла-Биллардьер вышел его провожать.
— Скажите, какая цель вашего плавания? — спросил его на палубе англичанин, — Если это, конечно, не тайна…
— Совсем не тайна, — ответил Ла-Биллардьер. — Мы отправлены на розыски пропавших кораблей Лаперуза. Попутно мы рассчитываем заняться научными исследованиями и открытиями.
Капитан Гэнтер задумался, ничего не сказал, сел в шлюпку и уехал. Через полчаса «Сириус» покинул Капштадтскую гавань и отправился в Англию.
Д'Антркасто поехал в город, чтобы посетить голландского губернатора. Вернувшись на «Поиск», он вызвал к себе капитана Гюона де Кармадека и Ла-Биллардьера.
— Господа, — сказал д'Антркасто, — губернатор передал мне письмо, оставленное для меня одним французским судном месяц назад. Письмо это необходимо обсудить. Вот оно:
«Адмирал!
В Калькутте мне сообщили очень важное известие. Некий Гэнтер, капитан английского торгового судна» Сириус «, плывя в прошлом году мимо островов Адмиралтейства, видел там островитян, одетых в мундиры моряков французского флота. У меня явилась мысль, что несчастный капитан Лаперуз погиб у Адмиралтейского архипелага и фрегат его был разграблен туземцами. Считаю долгом поставить вас об этом в известность.
Командующий военными и морскими силами Франции в Ост-Индии генерал Сен-Феликс».
— Невероятно! — вскричал Гюон де Кармадек, когда д'Антркасто кончил читать. — Каким образом Лаперуз мог попасть к островам Адмиралтейства? Ведь в бумагах, привезенных капитаном Филиппом, ясно указано, что Лаперуз собирался сначала осмотреть берега Австралии, потом отправиться к островам Дружбы, а оттуда — к Новым Гебридам. Да так было ему предписано и инструкцией морского министерства. Адмиралтейский архипелаг расположен к северу от Новой Гвинеи, и туда Лаперузу было совсем не по пути.
— Я хорошо знал капитана Лаперуза, — сказал д'Антркасто, бледнея от гнева. — От него можно ждать всего, что угодно. Не стоит слишком доверять его словам. Он мог сказать, что едет на юг, а отправиться на север.
— Не стану с вами спорить, адмирал, — возразил Гюон до Кармадек, — но до встречи с капитаном Филиппом Лаперуз весьма точно исполнил инструкцию морского министра.
— Признаться, я не слишком доверяю письму генерала Сен-Феликса, — заметил Ла-Биллардьер. — Сен-Феликс не видел капитана Гэнтера. Он пишет по слухам. Капитан Гэнтер только что был здесь. Почему он ничего не сказал о французских мундирах на островах Адмиралтейства?
— Капитан Гэнтер не знал, что мы посланы на розыски Лаперуза, — возразил д'Антркасто.
— Нет, знал, — возразил Ла-Биллардьер.
— Откуда?
— Я сам ему сказал.
Д'Антркасто рассердился.
Дальнейший спор был невозможен. Отдохнув и запасшись провизией, французские моряки 16 февраля покинули Капштадтскую гавань и вышли в Индийский океан.
Трудное плавание
Бурей, дождями, порывистым ветром встретил корабли Индийский океан. А им предстояло пересечь его в самом широком месте. Д'Антркасто держал курс на остров Тасмания.
