Читаем без скачивания Хранительница. Ученица мага - Светлана Кузнецова

Пройдя несколько шагов под пристальными взглядами толпы полупьяных мужиков, Хандар показал на подготовленные «беговые дорожки» и наших «спортсменов».

— У вас всех будет десять минут на то, чтоб определиться, кто из наших спортсменов ему нравится больше и на кого он готов поставить несколько монет, чтоб в случае победы получить значительный выигрыш. Ставки принимаются за этим столиком, и здесь же будут выдаваться выигрыши. В том, что здесь нет никакого обмана, каждый может убедиться лично, подойдя и осмотрев наших спортсменов, а также абсолютно одинаковые беговые дорожки. — По мере того как Хандар говорил, вокруг поднимался удивленный гул. Стараясь его перекричать, Хандар закончил свою речь: — Ну а после соревнования и получения выигрышей каждому участнику, независимо от того, выиграл он или проиграл, будет налита полная мерка отличнейшего, свежего эля!

Если вы думаете, что все сразу же кинулись делать ставки, то жестоко ошибаетесь. Поднялся недовольный шум, который все нарастал и нарастал, и неизвестно, чем все это могло бы кончиться, но мне тут пришла в голову одна мысль. Я наклонилась к уху гнома и жарко зашептала ему свои инструкции. Кивнув в знак того, что все понял, Драрг ухмыльнулся, пригладил рукой встопорщенную бороду, встал с места и степенно подошел к растерянному Хандару. Громкий голос жителя подгорного народа сумел перекрыть даже взволнованный шум толпы, который по мере того, как говорил гном, начал стихать:

— А что? Интересное развлечение, клянусь моей бородой! И я с удовольствием в нем поучаствую, испытав в очередной раз свою удачу и везение. Здесь, говоришь, ставки принимают? Ну давай, ставлю три серебряные монеты вот на этого свина. — Драрг указал рукой на маркиза, прислушивающегося к происходящему, и демонстративно, чтоб как можно больше желающих могли это увидеть, выложил на дубовый стол одну за другой три монеты.

Следующими, как это ни странно, к столу протиснулись два тролля. Вот уж чего я никак не ожидала, так это их участия! Оба очень придирчиво осмотрели клетку и наших спортсменов, о чем-то немного поспорили между собой на своем языке и наконец сделали ставки. Судя по всему, они так и не сошлись во мнении, и каждый выбрал своего претендента на победу, поставив по несколько медных монеток. Ну а после такого народ уже потянулся к столу, сначала тоненьким ручейком, а потом уже полноводной рекой, и через каких-то пять минут образовалась очередь. Я уже начала беспокоиться, как бы в пылу и начавшейся давке ненароком не снесли клетку с нашими спортсменами. Но Хандар и здесь оказался на высоте, сделав незаметный знак рукой, он моментально обзавелся двумя дюжими помощниками, которые быстро навели порядок и оттеснили особенно рьяных подальше от клетки. А я все больше и больше убеждалась, что наш трактирщик не всю свою жизнь был мирным предпринимателем. Слишком уж специфические у него слуги и помощники, да и бандитская физиономия самого трактирщика не внушала особого доверия.

Когда все ставки наконец-то были сделаны, Хандар объявил о начале соревнования. Его помощники вытащили сопротивляющегося маркиза из клетки и засунули в тесный загон в начале бегового коридора. Соседка маркиза — свинка вела себя куда как спокойнее и никакого сопротивления не оказала. К этому моменту уже достаточно стемнело, но на дворе было светло от горящих факелов, которые не пожалел для такого случая трактирщик, и все желающие могли видеть происходящее в мельчайших деталях. Мы с ребятами подобрались и уставились на нашего спортсмена, невольно захваченные всеобщим азартом. Чтоб не было осечек, у загонов стояли два человека, задача которых, оказывается, заключалась в том, чтоб вовремя, по сигналу, открыть загон и для ускорения слегка подпалить им задницы, сунув сквозь прутья специально подготовленный для такого случая факел. Поэтому начало соревнований ознаменовалось бешеным свинячьим визгом и таким спринтерским забегом, которого, наверное, не видел никто из здесь присутствующих. Наш маркиз, вначале показывающий полное нежелание участия в каком-либо мероприятии, получив соответствующее ускорение, рванул так, что я начала серьезно опасаться, как бы он не снес деревянную загородку в конце бегового коридора.

Распаленные зрители орали и свистели так громко, поддерживая своих претендентов, что стадион «Лужники» отдыхает! Конец забега выигравшие встретили громогласными воплями и улюлюканьем, перекрывшими недовольные возгласы проигравшей части. Наш гном тоже не сдержался и так бухнул своим пудовым кулаком по столу, что мне даже послышался жалобный треск бедной деревяшки. Как это ни странно, но наш маркиз победил, и сейчас куча мужиков, чрезмерно возбужденных победой, с раскрасневшимися лицами, толпились около бочонка, где приставленный к нему парень наливал пенящийся эль в кружки всем желающим. За всей этой суматохой я и не заметила, как из моего поля зрения исчез Драрг. Повертев головой, я с изумлением увидела нашего гнома в компании двух троллей, с чувством попивающего эль.

— Ну и черт с ним, я его предупредила, а дальше пусть решает сам. В конце концов, он не маленький, чтоб я с ним нянчилась. Хочет травиться местным пойлом, пусть травится! — Я обиженно отвернулась от Драрга, уже затеявшего какой-то спор с троллями.

— Лика, ты чего-то сказала? — Дакк наклонился ко мне, стараясь перекричать гул голосов.

— Ничего особенного. Не обращай внимания.

— Эй, партнерша! Давай присоединяйся, а то я в счете не силен, а желающие получить свой выигрыш сейчас разорвут меня на части. — Подошедший Хандар схватил меня за рукав и чуть ли не волоком потащил к своему столику.

Успокаивающе кивнув Дакку, который уже напрягся, собираясь прийти мне на помощь, я поплелась наводить порядок в местной бухгалтерии. Сама придумала, самой и выкручиваться. Быстро разобрав взносы на несколько разных кучек, по степени ценности монет (серебро к серебру, медяшки к медяшкам), я в первую очередь выделила наши двадцать процентов (как устроителей соревнования). Получилась очень даже ничего себе кучка, на которую можно было бы купить как минимум пять таких бочонков эля, который трактирщик выставил в качестве бесплатной выпивки. Минут двадцать мне понадобилось, чтоб разобраться в каракулях, представленных мне в качестве доказательства сделанных взносов и оделить всех выигравших дополнительными монетами. Когда все победители получили свои выигрыши, и в их числе нахальный гном, который сграбастал деньги, хитро подмигнул мне и быстро затесался в толпу, я облегченно передохнула. Пересчитав выручку, Хандар расплылся в счастливой улыбке и поспешил громогласно объявить всем о продолжении веселого вечера в его таверне и о том, что завтра пройдут новые соревнования с другими участниками. Поэтому те, кто сегодня проиграл, смогут отыграться здесь же завтра вечером. Теперь уже ни у кого не было сомнений, что новый для этого города вид развлечения приживется и станет едва ли не самым любимым среди местных жителей.

Получив от Хандара свою долю, я стала выбираться из этой толпы, надеясь как можно быстрее отыскать своих друзей. Внезапно мое внимание привлек веселый хохот и не очень цензурные выражения, вызвавшие дополнительные взрывы смеха. Посмотрев в эту сторону, я заметила мелькнувший плащ Дакка и решила подойти посмотреть, что там такое происходит. Протиснувшись сквозь плотную толпу, я с изумлением увидела, что так развеселило народ. Один из троллей, зажал своими огромными лапищами нашего маркиза и с утробным рычанием вливал в его глотку огромную кружку эля. Маркиз, скрывающийся под личиной несчастного порося, уже выпучил глаза и, не в силах сопротивляться такому напору, обреченно глотал вливающийся в него алкоголь. Именно эти действия и вызвали такой нездоровый ажиотаж и кучу замечаний и подсказок, как лучше это сделать. Напоив бедного маркиза до поросячьего визга, тролль наконец-то его отпустил, и тот, сделав несколько шагов, свалился на месте, задрав в небо все свои четыре копытца и громко захрапев. Эти действия порося вызвали дополнительный смех в толпе и даже новые предложения по продолжению забавы. А так как контингент в этом трактире был специфический, то и забава выглядела так же. Какой-то умник предложил облагодетельствовать их победителя и отметить его соответствующим образом, сделав татуировку. Как это ни странно, но такая бредовая идея получила полное одобрение, и только в плане того, что должно быть изображено на розовой шкурке поросенка, поднялся ожесточенный спор. Схватившись за голову, я вылезла из толпы, попутно вцепившись в плащ Дакка и вытащив его, несмотря на некоторое сопротивление, следом за собой.

— Ну Лика-а, ну что ты? Интересно же! — Дакк попытался нырнуть обратно, но я была настороже и не дала ему такой возможности, вцепившись в него как клещ обеими руками.

— У тебя совсем мозгов нет? Ты, случаем, не забыл, кому там сейчас рисуют татуировку? — злобно прошипела я, мечтая только об одном — побыстрее отсюда убраться, так как совершенно не представляла реакции маркиза и всех этих мужиков, когда вскроется мой обман.