королевскому складу; хотя обычно здесь было тихо, люди могли прийти в любое время. Открытое противостояние двух принцев принесет неприятности; как только Филип пронюхает об этом, ничего хорошего из этого не выйдет. Лесть ничего не стоит перед императором, и Филип сможет выяснить, кто прав, а кто нет, всего за несколько вопросов. Никто из его последователей не осмеливался лгать в присутствии императора.
Том 3. Глава 106
Книга 3, Глава 106
Конспирация
Лицо Третьего Принца несколько раз исказилось, но в конце концов он просто посмотрел на Нириса и отпустил его. Шаги Нириса были грациозными и уверенными, и когда он шел вперед, выражение лица Третьего принца становилось все мрачнее, пока его глаза не стали почти огненными. “Иди, узнай, куда он спустил все деньги! Используйте любой метод, мне нужно знать!”
В этот самый момент, двери склада медленно открылись. Группа сильных, мускулистых мужчин вынесла наружу тяжелые магические сундуки и сложила их в кареты неподалеку. Вскоре после этого отряд Королевской гвардии сопроводил три кареты к воротам острова.
“Подожди!” Третий принц остановил капитана: "что это такое и к кому их посылают?”
Увидев это капитан стражи почтительно ответил: “магическое снаряжение, купленное молодым мастером Ричардом из семьи Археронов.”
“Ну ладно. Ты можешь идти” - принц отступил в сторону, сохраняя самообладание. В его глазах мелькнула тень. “Не говори мне, что он уже сговорился с Нирис…”
“Ричардом?” последователь спросил: "Это новый королевский рунный мастер?”
Выражение лица Третьего принца стало еще мрачнее. “Кого волнует его статус”, - фыркнул он, “Я могу дать ему вдвое больше, чем Нирис! Но если он не заинтересован... ”
“Я слышал, мертвецам интереснее!” последователь подхватил, но принц ничего не ответил.
……
На следующий день в самом знаменитом ресторане Фауста. Нирис снова сидел рядом с Агамемноном, но, глядя на расставленные на столе блюда, казалось, что у него нет аппетита.
Агамемнон поднял голову, посмотрел на него и резко сказал: “Я оплачу счет.”
“Перестань смотреть на меня свысока!” Нирис сказал в ответ: “я должен оплачивать счета в этом месяце!”
“Нищий не имеет права быть высокомерным”, -ответил обычно молчаливый юноша, это заставило Нириса замолчать. Затем принц склонил голову, изливая свой гнев на стол с посудой. Даже полный стол не выдержал бы, если бы двое молодых людей в мгновение ока ударили по нему.
Агамемнон подозвал официанта: “Еще стод”
Его тон был очень тусклым, но перед столом, полным блюд стоимостью почти 10 000 золотых, эти слова звучали несколько властно. “Ты выглядишь так, будто недавно разбогател”, - фыркнул Нирис.
“Да, я выиграл пари и преподал нескольким недалеким людям суровый урок.” Агамемнон явно гордился своей победой, сказав так много слов.
Однако, Нирису было наплевать. Вместо этого он вяло прислонился к столу: “Ох, все мои планы в этом году... их ждет конец!”
Однако к принцу мгновенно вернулось хорошее настроение. Он потянул Агамемнона: "скажи, Аг, есть ли метод заработать много очков без особых усилий?”
Агамемнон фыркнул, ответив одним словом: “Дипблю”
Нирис опять загрустил. Филип был эксцентричным императором. Много лет назад он внезапно ввел чрезвычайно сложную систему баллов для оценки деятельности своих детей. Каждому королевскому ребенку давали годовой бюджет, который зависел от его успеваемости в предыдущие годы, но больше ему ничего не давали. Все, что угодно, могло заработать очки - от роста собственной мощи до получения большей поддержки семьи и участия в планарных войнах. Чем выше накапливаются баллы, тем выше их бюджет. И более высокий бюджет также был более простым способом накопления очков. Поэтому было довольно легко попасть в спираль, которая шла либо вверх, либо вниз; каждый король ломал голову, чтобы максимизировать свои преимущества.
И эта до сих пор неизвестная система пришла именно с Дипблю. Суть всего этого исходила от Ее Превосходительства Шарон. Нирис понял, что имел в виду Агамемнон, когда упомянул о Дипблю; легендарный маг была мастером в математике, поэтому он не сможет найти никаких недостатков в ее системе.
Покончив с едой, Нирис внезапно обнаружил, что Агамемнон смотрит на него с выражением, в котором были гнев и сожаление.
“Что случилось?” Нирис начал паниковать.
“Ты забыл кое-что важное.”
“Что?” принц чувствовал себя все более и более обескураженным.
“Ричард. Он уже вернулся в Фэйлор. Разве ты не хотелаю пойти с ним?”
“ЧЕРТ!” принц тут же вскрикнул.
“Считай это уроком. Ты должен знать, что нужно сохранять спокойствие, несмотря на неудачи…” - тон Агамемнона был почти таким же, как у Филипа. Только ругая друга, он не пускал слюни.
……
Действительно, Ричард уже вернулся в Фэйлор. Он провел время в Норланде, и сделав все свои дела, он спокойно вернулся. Если бы Нирис не дал ему такую большую партию припасов с королевского склада, он не смог бы так быстро вернуться. В Фэйлоре была уже поздняя ночь, прошло семь дней с тех пор, как он уехал.
Однако, как только он вышел из портала, издалека донесся слабый крик-похоже, это был голос виконта Зима.
Ричард вздрогнул и немедленно приказал своим последователям: “Быстрее, посмотрите, что происходит!”
Хоть те, кто был рядом, и выбежали, Ричард все равно просканировал свой разум на предмет присутствия кого-либо на месте происшествия. Он почувствовал присутствие Фазер, послав ей приказ немедленно проверить виконта. Однако она не ответила.
У Ричарда тоже не было времени дожидаться ее ответа; он выскочил из Маяка Времени, наскоро наложив на себя заклинание, прежде чем броситься на крик. Виконт был чувствительной мишенью; в БлюУотере находилось более 10 000 служивших ему элит, так что он не мог столкнуться с какой-либо неудачей. Узнав о значении родословной единорогов, Ричард забеспокоился; все его тело засияло лунной силой, когда он активировал бафф, увеличив скорость еще наполовину, и прыгнул вдаль, как молния.
Крики доносились из обычного дома. Первоначально сгоревшая во время атаки, казалось, что крыша была только недавно восстановлена. Фазер стояла прямо за дверью, делая вид, что ее это не касается.
“Где зим?” - Спросил Ричард, подходя к двери, она указала внутрь дома. Войдя, он увидел, что Зим лежит на спине, закрыв руками шею, а на груди у него лужа крови. Ричард был ошеломлен, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что сердце виконта бьется по-прежнему сильно и живо; серьезных повреждений он не получил.
Ричард присел на корточки рядом с юношей, похлопал его по плечу и тихо позвал: “Зим?”
Глаза толстяка слегка шевельнулись, в расширенных зрачках отразилась фигура Ричарда. “А, Ричард?” он слабо ответил: “Ты вернулся?”
Ричард нахмурился:
