Убедившись, что безумие, грозившее поглотить её, исчезло, и что враг услышит сказанное, Аджента сделал глубокий вдох и начала произносить слово изгнания. Время для неё словно бы растянулось, как будто каждая секунда длилась целую жизнь, а любому слогу требовалась вечность, чтобы слететь с губ. Теперь Кастарно слышала голос-шум демона не ушами, он раздавался прямо у неё в голове, разносился на всех языках, созданных в этом мире, и на всех наречиях мира иного. Сестра понимала каждое слово, но некоторые звучали громче и яснее остальных.
Переговоры. Снисхождение. Пощада.
Игнорируя голоса, Аджента продолжала говорить, произнося слово с идеальной точностью. Сменив тактику, тварь занесла щупальце для удара, но Кт заметил опасность и отстрелил придаток у основания — на рясу сестры-диалогус плеснула темная жидкость, черные пятна смешались с алыми. Одним плавным движением сержант выщелкнул магазин, загнал на его место новый и поднял болтер, целясь в другой отросток, что угрожал раздавить Кастарно.
Но космодесантник опоздал.
Аджента уже закончила произносить слово изгнания.
Воздух под куполом щита сгустился и сделался жирным, а демон начал превращаться в яркий обжигающий свет. Сестра зажмурилась, но сияние проникало сквозь веки, и Кастарно вынуждена была закрыть лицо ладонью. В следующий момент ослепленная Аджента почувствовала, как наплечник силового доспеха толкает её в спину, а затем, приземлившись на сломанную руку, испытала невообразимую боль и вторично потеряла сознание. С момента первого обморока не прошло и часа.
Когда сестра-диалогус пришла в себя на этот раз, многочисленные космодесантники вокруг неё оказались вполне настоящими. И все они смотрели на Кастарно.
Буря утихла, и в пустыне вокруг виднелись обломки «Носорогов» и лэндспидеров, а также тела погибших. Но казалось, что выживших мало интересуют павшие братья, и даже библиарий глядел на Адженту с выражением лица, которое она могла назвать только «обеспокоенным».
Охваченная паникой, сестра проверила, не подевалась ли куда-то её одежда. Убедившись, что благопристойность по-прежнему при ней, Кастарно выяснила, можно ли сказать то же самое о её конечностях. Все они тоже оказались на месте, и, не считая сломанной руки, в порядке.
— В чем дело? — раздраженно спросила Аджента. — Почему вы все на меня уставились?
Библиарий посмотрел на Лата, который, в свою очередь, посмотрел на Кта. На нем делегирование ответственности прервалось.
— Твои волосы, сестра.
— Что значит «мои… — начала Кастарно, схватив прядь волос и поднеся её к целой линзе очков. Увидев, в чем дело, Аджента потрясенно умолкла. Её локоны, прежде ярко-рыжие, почти под цвет рясы, приобрели идеальный, чистейший белый цвет.
VI
— Всё хорошо, сестра, я убедился, что в тебе нет остаточной порчи. Теперь можешь идти, — произнес библиарий, а Кт и Лат, последние пару часов державшие сестру-диалогус на прицеле, опустили болтеры. В ответ Кастарно ещё раз сблевала, расширив лужу, которая впитывалась в песок у ножек стола, служившего ей сиденьем.
— Только дайте мне минутку, — ответила она, вытирая рот. Голова Адженты пульсировала мигренью, всё мышцы ныли, словно сестра только что пробежала стомильный марафон, а сердце билось в груди вдвое быстрее нормы. Единственный положительный момент состоял в том, что эти новые страдания заглушили боль в сломанной руке. Космодесантники перевязали её и наложили шину перед тем, как библиарий начал пси-зондирование, определяя последствия встречи Кастарно с демоном.
Откинув полог палатки для псайкера, Лат вышел следом за ним в тихую утреннюю пустыню. Внутрь вплыл запах горящего топлива: космодесантники подожгли свои поврежденные и не подлежащие восстановлению машины, чтобы любопытные сборщики металлолома — или кто-нибудь похуже — не разгадали секреты их создания. При помощи уцелевших «Носорогов» технику оттащили к МА-616 и расставили вокруг немыслимой могилы, сложив погребальный костер, в огне которого сгинула демоническая темница из черного камня.
— Что ты теперь собираешься делать? — спросил Кт, задержавшийся под истрепанным бурей тентом. К большой радости Адженты, крепкая ткань и прочный каркас палатки в основном уцелели под натиском песчаных вихрей, защитив скудные пожитки сестры и её драгоценную коллекцию книг.
— Вернусь в столицу. Продолжу работать писцом. Буду дальше молиться Императору, чтобы однажды здесь появился корабль, способный к варп-переходу, а я каким-то образом успела скопить достаточно монет для оплаты обратного путешествия в мой орден.
Шрамы на лице сержанта натянулись, придав ему неясное выражение. Кастарно не сразу поняла, что воин улыбается.
— Подожди здесь, — сказал он и вышел из палатки вслед за Латом и библиарием.
— Я никуда и не ухожу, — тихо произнесла Кастарно, слезая с крышки стола. Подойдя к пологу тента, служившему дверью, она осторожно выглянула наружу и увидела, что Кт зовет капитана и псайкера. Затем между космодесантниками, судя по всему, разгорелся спор. Дискуссия продолжалась около минуты — сержант, при поддержке Лата, пытался в чем-то убедить библиария. Как будто уступив давлению, воин-псайкер зашагал к одному из «Носорогов» с работавшим двигателем и скрылся в заднем десантном люке. Вскоре он вылез обратно, держа в руке свиток пергамента, который передал Кту. Увидев, что сержант опять шагает к палатке, Аджента осторожно залезла на стол, помогая себе здоровой рукой, и сделала вид, что всё время оставалась там.
— Библиарий составил для тебя проездную грамоту, — сообщил сержант, заходя под навес. — В этом регионе действует вольный торговец, корабль которого должен пришвартоваться здесь в течение года. Когда судно появится, тебе нужно будет передать это капитану, и он доставит тебя до самой границы сегментума. После этого тебе самой придется искать способы добраться до твоего ордена.
Кт передал женщине скатанный свиток.
— Спасибо вам, — сказала Кастарно.
Шрамы сержанта вновь натянулись, он кивнул и вышел из палатки. Сидя на краю стола, Аджента развернула пергамент и прочла безупречные строчки высокого готика, в которых библиарий ручался за добрую сестру и приказывал Самину Варли, капитану «Необычайной благодати», предоставить ей безопасный проезд до окраины сегментума. В конце письма стояла подпись воина, начертанная теми же символами, что и последний отрывок в письменах из подземелья, и текст на печати чистоты Кта.
— И тебе спасибо, — добавила Кастарно, — «библиарий Зот из Экзорцистов, ордена Адептус Астартес».
Вновь скатав свиток, она аккуратно убрала его в карман рясы, слезла со стола и высунула голову наружу.
— Сержант Кт? — позвала Аджента.
Экзорцист, который шел к ожидавшему его отделению, остановился и повернулся.
— До столицы не подбросите?
Даррен-Джон Эшмор
Лезвие веры
Судя по показаниям хронометра уже несколько часов как рассвело. Сестра ордена госпитальеров Верина вместе со старшим сержантом Гвардии Аленой Филоновой выбралась из траншеи, огибавшей их бастион, чтобы осмотреть дорогу, забиравшую вверх по направлению к перевалу Дин. На самом деле, было не так уж и важно, сколько прошло времени с рассвета. Из-за варп-шторма, вызванного колдовским воздействием, небо было затянуто непроницаемыми для солнечных лучей тучами. В таких условиях любые полеты в атмосфере были невозможны. Единственным источником света теперь остались красные отблески пламени горящего на юге Фалькенского леса. Этот неверный свет заливал поле боя, на которое женщины глядели сквозь свои инфракрасные визоры.
Земля была испещрена воронками взрывов, словно оспой, и завалена телами культистов Хаоса. Изо дня в день на рассвете эти фанатики шли штурмовать склоны, на вершинах которых спешно возводилась цепь крепостей. Последний штурм был отбит не больше получаса назад, и некоторые трупы еще горели — от них по полю стелился жирный дым, пропитанный омерзительной вонью тухлятины, вонью столь сильной, что с ней не справлялись шлемные фильтры Верины. Однако женщины выбрались из укрытия вовсе не для того, чтобы полюбоваться полем боя. Воительниц интересовали огромные ямы у подножия склона, на котором возвышался их бастион, ямы, находившиеся в слепой зоне для имперской артиллерии. Там, в этих ямах, приспешники Хаоса медленно воздвигали осадные орудия колоссального калибра. По чудовищным, невероятно древним, некогда принадлежавшим одной из сгинувших императорских армий стальным колоссам, ощетинившимся стволами и мощной броней, ползали подобно муравьям приспешники Хаоса, ни на секунду не прекращая работу. Несмотря на расстояние, Верина смогла сделать вывод, что какие-то несколько часов — и осадные орудия будут готовы открыть огонь.
