перед той же дилеммой, что и десятилетия назад — они потеряли море.
'Проклятые персы, они точно разжигают смуту! '. — Внутренне ругался Агесилай, но он явно забыл, что его действия в Малой Азии привели к этой проблеме.
В это время кто-то открыл шатер и сказал: «Царь Агесилай, я прибыл».
«Фидий». — Агесилай собирался сесть, но Фидий смело шагнул вперед, удержал его и сказал с беспокойством: «Не вставайте, Я слышал, что у вас сейчас слабое здоровье, что вы вчера даже упали в обморок».
Агесилай без всякого притворства, все еще полулежа на своей кушетке, сказал: «Это просто моя старая проблема. После нескольких дней отдыха станет лучше (на самом деле это из-за полиомиелита). Причина, по которой я позвал тебя на этот раз, в том, что Герусия прислала срочное письмо».
Агесилай стал серьезным: «Сиракузы собираются напасть на Магна-Грецию, поэтому Дионисий обратился к нам за помощью и попросил прислать стратега, знающего толк в военном деле, чтобы помочь им победить Теонию.»
«Что?! Дионисий собирается начать войну в Магна-Греции в это время? А как же помощь, которую он нам обещал?!». — Удивлся Фидий.
«Конечно, есть…». — Агесилай беспомощно вздохнул: «Согласно Сиракузам, именно Теония первой объявила войну Локри, что заставило их сражаться и защищать своих союзников… Но мы то все знаем, что кто-то пытался убить архонта Теонии более десяти дней назад. И хотя Теония утверждает, что это сделал Локри, правда, вероятно, не так проста».
«Проклятый Дионисий! Ублюдок даже не смог сдержать свое обещание!». — Гневно воскликнул Фидий: «Если бы мы, спартанцы, не поддержали его в самом начале, как бы он смог удержаться на посту тирана Сиракуз!».
«Хотя поведение Дионисия вызывает беспокойство, Теония и Афины некоторое время назад укрепили свои связи. Как ты должен знать, именно Афины основали Турии, и они всегда были союзниками Афин…». — Агесилай посмотрел на Фидия и серьезно сказал: «Поэтому, поскольку война в Магна-Греции неизбежна, мы не должны позволить Теонии победить! Вот почему я рекомендовал тебя в Герусию. Хотя я прекрасно знаю о твоих способностях, я все же надеюсь, что ты сможешь отбросить обиду на Дионисия и сделать все возможное, чтобы помочь ему выиграть эту войну ради Спарты!».
Услышав это, Фидий тяжело кивнул и: «Царь Агесилай, вам нет нужды беспокоиться. Я пойду и помогу Дионисию победить Теонию как можно скорее, а затем попрошу его послать войска на помощь Спарте!».
Агесилай осторожно напомнил ему: «Не будь беспечным и тем более недооценивай молодого архонта Теонии, Давоса! Насколько нам известно, он никогда не проигрывал в сражениях. Иначе Союз Теонии не поднялся бы так быстро, гораздо быстрее, чем мы, спартанцы, ожидали! И именно из-за этого давления Дионисий обратился к нам за помощью, ведь даже когда он раньше сражался с карфагенянами, он не брал на себя инициативу просить нашей помощи, как в этот раз! Он даже сказал, что если начнется война с Теонией и Южно-Итальянским союзом, он готов позволить стратегу Спарты принять командование.»
«Дионисий действительно не силен в военном деле, но Давос…». — После тщательного размышления Фидий взволнованно сказал: «Хотя мне не нравится этот человек, я должен признать, что он действительно великий противник. И все же я уверен, что смогу победить его!».
Агесилай некоторое время смотрел на него, затем кивнул и сказал: «Верно. Мы, спартанцы, должны быть бесстрашными. А теперь возвращайся к своей команде и подготовь передачу. После этого немедленно отправляйся в Сиракузы».
«Да!».
Когда он смотрел вслед уходящему Фидию, в голове Агесилая зародилось беспокойство. Молодой архонт Теонии, которого он никогда не встречал, но всегда побеждал, не только оказывал давление на Дионисия, но даже оказывал невидимое давление на спартанского царя, который уделял внимание Теонии.
***
В это же время в резиденции Афинского Полемарха Фрасибул беседовал с Исократом.
Простой и благородный Исократ был весьма почтителен при встрече с Фрасибулом, так как в душе он был человеком, достойным его уважения.
Во время правления «тридцати тиранов» многие Афинские граждане подвергались гонениям и были вынуждены бежать отовсюду. Фрасибул, который был демократом, не сбежал и вместо этого возглавил группу Афинских граждан, чтобы создать базу сопротивления на стыке Аттики и Боэтии (в то время, хотя Афины были врагами Фив в течение многих лет, они все еще финансировали эту команду против Афин, которую контролировала Спарта), в попытке свергнуть жестокое правление тирана и восстановить независимость и демократию Афин. Под руководством Фрасибула этой небольшой команде удается победить мощную армию тирана.
Глава 389
После освобождения Афин, Фрасибул и другие, вернувшие себе власть, восстановили в Афинах демократию. Однако они не стали мстить сторонникам бывших тиранов. Вместо этого они объявили политическую амнистию и строго выполняли ее. Они даже сделали все возможное, чтобы преодолеть противоречия и обиды между мирными жителями и богачами, демократами и аристократами, чтобы сделать нынешние Афины более сплоченными, чем во времена Пелопоннесской войны. С другой стороны, Фрасибул и другие также проводили осторожную и умеренную политику, забыв о предательстве своих союзников по Делийской лиге, и при этом одинаково относились к другим городам-государствам, что заставило эти города-государства постепенно снова собраться вокруг Афин посредством торговли и дипломатии. Хотя Афины уже не были такими доминирующими, как во времена правления Перикла, им все же удалось постепенно восстановить свою былую мощь.
Исократ восхищался Фрасибулом, так как, несмотря на его выдающийся вклад в возрождение Афин, Афиняне намеренно не избирали его стратегом в течение нескольких лет, опасаясь, что он станет диктатором. Однако даже несмотря на все это, он по-прежнему безропотно давал советы и предложения для города-государства.
«Исократ, я думаю, что ты уже знаешь об объявлении Теонией войны Локри некоторое время назад». — Затем Фрасибул с беспокойством спросил: «Из твоих суждений как человека, побывавшего в Турии. Считаешь ли ты, что существует возможность войны между Теонией и Сиракузами?».
«Война будет!». — Решительно сказал Исократ, не колеблясь.
«О?». — Фрасибул был удивлен утверждением Исократа.
«Хотя я и не был в Сиракузах, я все же знаю о злодеяниях Дионисия в Сицилии. Он разрушил несколько Сицилийских греческих городов-государств, таких как Катания и Леонтинои. Из-за крайней жадности этого человека к земле, он даже послал своих людей нарушить политический порядок Теонии, и я боюсь, что именно он стоит за покушением на Архонта Теонии, совершенным не так давно. Поэтому мы можем сделать вывод, что Магна- Греция — следующее место, которое он хочет аннексировать. А поскольку Теония нацелилась на его единственного
