Бессмысленное эхо заставило меня обернуться. Еще не закончив движения, я смутно услышала, как ахнул Джейсон. То, что я увидела, заставило мое сознание пугающе раздвоиться — часть его практически не удивилась при виде расплывчатой женской фигуры, повисшей в воздухе над самым ковром. Вторая же, пожалуй, более здраво рассуждающая половина, ощутила, как взмокли ладони.
— Сийра… — снова послышалось похожее на зов призрака обращение. Голос был еще более смутным, чем еле видимая фигура.
Я услышала еще один очень тихий голос, но этот раздался прямо у моего уха.
— Не отвечай, — прошептал Морган. Его загорелые руки в странном отвращающем жесте взметнулись в сторону видения. Столь же внезапно, как и появился, призрак исчез.
Комната вновь стала до невозможности обычной, как будто ничего из ряда вон выходящего не произошло. Я даже сама могла бы в это поверить, если бы не колотящееся где-то в горле сердце.
— Клан, — прошептала я. — Они нашли нас.
Джейсон подошел к тому месту где только что была женщина — фигура определенно была женской, пусть даже ничего другого мне разглядеть и не удалось. Он провел по ковру ногой.
— Они уже близко, — согласился он. Потом взглянул на меня, и его синие глаза сверкнули. — Если ты уверена… тогда нужно поспешить.
Не говоря ни слова, я подошла к кровати, улеглась, закрыла глаза и начала ждать, когда прикосновение рук Моргана снова погрузит меня в бессознательность. Но ничего такого не произошло.
Как описать то, что последовало затем? Я не уловила ничего, кроме уже привычного невесомого прикосновения его рук — ни образов, ни звуков. Я как будто спала — но только была совершенно уверена, что бодрствую. Хотя что-то такое все же происходило во мне под действием рук Джейсона — что-то собиралось, сначала медленно, потом со все возрастающей скоростью, с каждой секундой набирая силу.
Перед моими закрытыми глазами начали проплывать смутные образы. Я увидела знакомые отсеки «Лиса». Потом мелькнули горящие злобой желтые глаза и угрожающе нахмуренные брови — все, что сохранилось в моих воспоминаниях о Роракке и его сообщниках.
Внезапно в голове у меня что-то всколыхнулось, расширяясь и разрастаясь, — и вдруг взорвалось. Откуда-то из глубин памяти всплыло лицо, строгое, морщинистое, но полное жизни, с пронзительными глазами над орлиным носом.
«Отец», — подумала я с небрежной уверенностью, которая изумила лишенную прошлого часть моего существа.
Я пристально вгляделась в это лицо, пытаясь прочитать на нем хоть что-нибудь, разобрать беззвучные слова, которые произносили его губы.
Образ отца неожиданно померк, уступив место изображению роскошной каюты. Это его яхта, поняла я тотчас. Вот и первый ключик к разгадке — так я попала на Ауорд. А откуда? Впервые я попыталась управлять этим поиском, не довольствуясь более случайными образами.
И увидела это место — или даже очутилась внутри, ибо ощущение было таким отчетливым и сильным, что мне казалось — протяни руку и коснешься стен. Комната — нет, целая анфилада. Обставленная без особой роскоши, не то что каюта на яхте, но зато уютная и заполненная всякими милыми безделушками и привычными вещами. Я подплыла к окну, но оно оказалось зарешеченным, как и следовало ожидать. Откуда-то я знала, что здесь есть и другие запоры — и видимые и незримые, служащие одной и той же цели. Какой? Удержать меня здесь? Или не впустить… не впустить…
Что-то отбросило меня назад, какое-то сокращение мышц, неподвластное моей воле, как и те побуждения, которые управляли мною прежде, но только стократ сильнее, такое, что причиняло боль. Это была ловушка — я поняла это. Ловушка, расставленная для того, кто отважился бы проникнуть в глубь моих мыслей. И Морган угодил в нее, накрепко привязанный ко мне нашей связью-пуповиной.
Я взывала к той части моей натуры, о существовании которой не знала, пыталась укротить эту боль, унять ее. Меня охватило ощущение, будто она пожирает меня, но усилием воли мне удалось отмахнуться от этой мысли. И боль тоже отступала, я отодвигала ее все дальше и дальше. Прошла, казалось, целая вечность, пока все не утихло.
Яростно пробиваясь в свое настоящее, я сходила с ума от страха, что опоздала.
Джейсон ничком лежал на полу у кровати, прикрывая голову руками, как будто пытался защититься от чего-то. Дрожащими пальцами я ощупывала его лицо, руки, стараясь определить, жив ли он. И наконец уловила ритм сердца, бившегося хотя и с усилием, но вполне уверенно.
— Сийра…
Опять она. Взбешенная, я усилием воли отогнала видение прочь, как только что оттеснила боль от Моргана. Очертания женской фигуры расплылись, и она исчезла.
Двигаясь в отчаянной спешке, я подсунула Джейсону под голову подушку и укутала его одеялом. В голове у меня стоял туман, ощущения были очень странными. Да что это Морган со мной сделал? Я коснулась его руки, совсем тихонько. Потом схватила свою сумку и бросилась бежать.
Уверенная, что видение не оставит меня в покое.
ИНТЕРЛЮДИЯ
— Да плевать я хотела на причины, Барэк! Я была совсем близко, я уверена в этом! — Ярость Раэль грозила вот-вот сокрушить его защиту. Напряжение нескольких последних часов не прошло для его кузины даром, и ее лицо прочертили тонкие морщинки. — Как они смели прервать меня!
Садд Сарк видел, что присутствовавшим при этой сцене людям явно не по себе, но ему сейчас было не до них. Если Раэль не успокоить, с нее вполне станется отказаться помогать ему дальше.
— Блюстительница думала…
— Думала она, как же! — Женщина в бешенстве взмахнула рукой. — Объясни им еще раз, Барэк. Никто, никто не должен тревожить меня, когда я исследую м'хир, пусть хоть солнце превратится в сверхновую! А теперь я ее упустила!
— Кого это упустила фем ди Сарк? Она что, почувствовала вашу Сийру? — с разгоревшимися глазами спросила Боумен.
— Она не сказала. Держите текущий курс, — произнес клановец, пересылая сообщение, которое выжгла в его мозгу кузина перед тем как столь эффектно удалиться со сцены. — Мы уже почти у цели. Еще один сеанс, и Раэль определит вам ее точное местонахождение.
Боумен улыбнулась.
— Нас сейчас устроит и «почти», хом садд Сарк. Она на Плексис. Я так и зна…
Внезапно Барэк услышал вскрик, скорее ментальный, чем озвученный, и в следующий миг дверь его каюты захлопнулась перед самым носом онемевшей от изумления Боумен.
Раэль сжалась в комочек, чуть не плача. Когда Барэк одним прыжком преодолел разделявшее их расстояние, она подняла на него полные слез глаза.
— М'хир, — выдавила женщина. — Она вышвырнула меня из него.
— Кто? — с мягкой настойчивостью спросил клановец, опускаясь на колени перед измученной кузиной. Сейчас ни в коем случае нельзя было слишком давить на нее. — Кто «она»?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
