─ Ему бы это не понравилось. ─ говорю больше для себя. ─ Спасибо, что пришел, мы и правда не попрощались! ─ мне захотелось обнять этого мужчину, и он оказался не против. ─ Макар, есть шанс, что мы еще увидимся?
─ Шанс есть всегда. Но в нашем случае он очень мал. Ты сильная девушка, смелая и стойкая. Из тебя получится отличный следователь. ─ говорит также как его начальник. ─ Я рад, что мы познакомились.
─ Это взаимно!
Мангуст ушел, а я не могла уснуть еще очень долго.
И ведь сама виновата во всей этой ситуации. И ведь изначально понимала, что между нами ничего не может быть, что он исчезнет из моей жизни в секунду, но потянуло именно к нему. Мне хотелось отвлечься, он оказался рядом, я говорила себе, что секс ничего не значит и сама же попалась в ловушку от этих слов. Могла ведь просто использовать того же Игната, переспали бы с ним несколько раз и разбежались надоев друг друга, а что теперь…
Дура, я просто дура.
Что ж, не я первая кто страдает от безответных чувств, не я последняя. Жизнь ведь на этом не заканчивается.
Я была у больницы ровно к десяти утра, именно с этого времени разрешен вход родственников. Медсестра сообщила, что врач уже в палате брата, поэтому я поспешила туда. Отдельная палата обустроенная всем необходимым, именно так описала ее медсестра.
─ Хорошо, услышала вас, ─ подхожу к двери и слышу женский голос. ─ делайте все необходимое, насчет препаратов не волнуйтесь, все будет в ближайшие два дня.
Открываю дверь и вижу рядом с постелью брата двух людей. Врача, мужчину в возрасте и с небольшой сединой на висках, который тут же оборачивается, и женщину, стоящую ко мне спиной с накинутым на плечи медицинским халатом.
─ Здравствуйте! ─ закрываю за собой дверь проходя чуть вглубь палаты. ─ Я, Виктория, сестра. Мы должны были встретиться сегодня и обсудить лечение.
─ Павел Валерьевич, оставьте нас. ─ говорит женщина и получает кивок.
─ Виктория, как закончите, зайдите в мой кабинет, он в начале коридора. Все обсудим.
─ Хорошо.
Не понимаю, что происходит, но соглашаюсь. Павел Валерьевич выходит, закрывая за собой дверь.
─ Добрый день, Виктория! ─ женщина поворачивается, и я на секунду теряю дар речи. ─ Воронова Олеся Андреевна, рада встречи. ─ протягивает мне руку.
Его мама. Черт возьми, передо мной его мама.
─ Добрый день! ─ отвечаю на рукопожатие с какой-то опаской.
Женщина еще красивее чем была на фотографии. У нее притягательная улыбка.
─ А вы…
─ Антон попросил меня проследить за ходом лечения и оказать помощь, если что-то пойдет не так. Сказал, что твой брат лучший в городе и вы не можете лишиться такого следователя.
Значит он говорил обо мне со своей мамой. Ого. Такого я не ожидала.
─ Но я далека от медицины, поэтому не расскажу тебе всех тонкостей. Лишь могу уверить, что в этой больнице лучшие врачи страны и они делали невозможное, поэтому шансы на выздоровление велики.
Я окончательно растерялась. Не знаю даже как себя вести.
─ Спасибо… А Антон, он…
─ Его уже нет в стране. Ну, знаешь, его работа предполагает частые разъезды. Хорошо если даст о себе знать хотя бы раз в несколько месяцев, а бывает пропадает по полгода и больше.
─ Ну да, понимаю.
Не думаю, что есть смысл спрашивать ее еще о чем-то касающемся сына.
─ Прости, но мне уже пора. Я лишь хотела убедиться, что все под контролем. Павел Валерьевич прекрасный специалист, он не раз выручал нашу семью. ─ открывает сумочку и достает визитку. ─ Здесь мой номер, прошу тебя, не стесняйся и звони если что-то потребуется.
─ Спасибо. ─ забираю визитку крепко сжимая пальцами.
Обходит меня и идет к двери, разворачиваюсь, когда открывает ее.
─ Виктория…
─ Да?
─ Давай поужинаем в нашу следующую встречу.
─ Следующую встречу?
─ Да. Всему свое время, но, когда мы встретимся вновь я приглашаю тебя на ужин. Мне будет интересно узнать тебя лучше.
─ Эм, хорошо.
Я поняла особенность ее улыбки, от нее становится теплее на душе. Легкий кивок прежде чем выйти из палаты.
Следующий раз… Звучало как-то двояко.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 50. Вика
Несколько недель спустя
Я в столице уже двадцать второй день и чувствую себя словно в какой-то клетке. Город красив, бесспорно, здесь есть чем заняться и как убить время, но у меня совершенно не было желания выходить из номера куда-либо кроме больницы. «День Сурка». Больница ─ гостиничный номер ─ учеба. И так по кругу. Я поняла, что мне нужно чем-то занять себя, чтобы не оставалось времени на мысли и учеба стала спасением. Но никак не могу привыкнуть в образовавшейся в груди пустоте.
Сейчас единственным человеком с кем я говорю больше одной минуты является врач. Павел Валерьевич и правда специалист с золотыми руками и добрым сердцем. Он провел жизненно важную для брата операцию с максимально возможным успешным результатом. А еще у него железное терпение каждый раз отвечать на десятки моих вопросов. Иногда он приглашает меня на чашечку чая в свой кабинет говоря, что друзья семьи Вороновых и его друзья. Я пыталась выпытать хоть что-то об этой семье, но мужчина умело уводил разговор. Поняла лишь одно, он с особым трепетом относится к этой семье.
Мне бы хотелось еще раз встретится с Олесей Андреевной, но она больше не появлялась в больнице, по крайней мере, когда там была я, а позвонить я так и не решилась. Хотя у меня было достаточно времени, чтобы изучить все возможное из открытых ресурсов касательно этой семьи. Иногда я ловила себя на мысли, что похожа на маньяка.
Но сегодняшний день начался иначе, он начался со звонка лечащего врача. Звонка, который заставил меня подорваться с постели и за тридцать минут стоять у палаты брата. Ваня очнулся. Наконец-то пришел в себя. Последнюю неделю наблюдалась лишь положительная динамика его состояния, и Павел Валерьевич заверил меня, что любая возможная угроза жизни миновала.
А еще, к счастью, многие диагнозы врачей из моего города не подтвердились. Ранения сложные, но не критичные.
─ Малышка… ─ слабый, но такой родной голос, который я уже думала и не услышу.
Павел Валерьевич оставил нас наедине, чтобы могли поговорить. Единственное попросил не долго, Ване нужен отдых. Сейчас я рада даже минуте, проведенной вместе.
Сажусь у его постели и беру за руку. Готова расцеловать, но нельзя, не хватало еще повредить датчики.
─ Ты испугал меня, братик! ─ с трудом сдерживаю слезы, не хочу, чтобы он видел их.
─ Значит столица…─ морщится и закрывает глаза.
─ Столица. Приказ Тени, вытащить тебя любым способом. ─ голос дрогнул.
─ Рассказывай. Все рассказывай.
Даже в таком состоянии работа для него превыше всего. Узнаю своего вредного брата. Но он и правда должен все знать, он многое пропустил. Я рассказала все, что касалось дела Художника. Каждую деталь и даже то, что происходило в его палате и как был обезврежен ублюдок. Знаю, что будет переживать за меня, но все уже позади. Дело закрыто. Гаврилюка посадили на столько, что из тюрьмы он уже не выйдет. Полиция приложила максимум усилий, чтобы его не растерзали перед залом суда.
Ваня молчал, не перебивал, но по его мимике было понятно, как сильно злится. Его друг оказался пособником, мой друг оказался убийцей. Мало приятного. Но жизнь продолжается. Просто это дело стало для меня уроком. Теперь я буду лучше следить за тем, какие люди окружают меня, теперь я буду готова к любому повороту судьбы.
─ А Тень?
─ Исчез. ─ говорю, а у самой сердце снова сжимается.
─ Понятно. Значит он был прав во всем. ─ пытается усмехнутся, но вижу, как ему больно.
Может органы в порядке, но кожа все еще повреждена и любое движение должно отдаваться болью.
─ Да. Он оказался настоящим профессионалом. Думаю, полиция сделает правильные выводы и поймет, как действовать в подобных ситуациях.
─ А я на что? Не списывай меня.
─ А тебе нужно сначала встать на ноги, а уже потом думать о работе. Дело закрыто, Ваня. Художника больше нет. И ты заслужил отдых. Считай, что твоя болезнь, это твой отпуск, в который ты не ходил последние лет пять. ─ поднимаюсь, мне пора, скоро придет врач.
