– Да, мы останемся одни.
Каллен обнял ее и прижал к себе.
– У нас есть мы.
Когда Каллен вышел, Сара прислонилась к закрытой двери и приложила руку к животу. Она сегодня не завтракала, потому что просто не смогла проглотить ни куска.
Хотя Сара и не считала это возможным, она все же надеялась, что уедет в Америку вместе с Калленом и Александром. Ее молитвы были услышаны, но она не могла не задуматься о том, что может ждать ее в будущем.
Правда, сейчас у нее не было времени для размышлений – надо собирать вещи. Придется покинуть родину и семью и, возможно, никогда больше их не увидеть.
Перед ней стояла дилемма, похожая на обоюдоострый меч, – ей предстоит оставить привычный образ жизни и горячо любимую сестру и отца, который отдаст ее в руки жестокого графа Балфорда, но сделает это ради благополучия клана, а не потому, что он не любит свою дочь.
У нее не будет возможности поговорить с отцом до своего бегства, чтобы сказать ему правду и уверить, что она не хотела навредить их клану. Ей придется сказать об этом Терезе, а сестра передаст все отцу.
Сару замутило, когда она подумала о сестре. Но ей опять пришлось наполнить себе, что у нее нет времени, что надо собираться. Ночь наступит гораздо быстрее, если ты этого не хочешь, а ей надо подготовиться.
Каллен почистил лошадей, задал им корм и проверил седла. Он нарочно тянул время, делая вид, что погружен в свои мысли, чтобы любопытствующие глаза – если такие были – приняли его настроение за беспокойство.
– Куда-то собираешься? – В конюшне появился Макхирн.
– Мне надо было занять чем-то руки, чтобы отвлечься от тревожных мыслей, – сказал Каллен, исполняя свою роль в этой игре.
– Тебе есть о чем беспокоиться, – сердито гаркнул Макхирн, усаживаясь на перевернутую бочку, а потом, понизив голос, добавил: – Я и сам не люблю этого Балфорда. Он хитрый и подлый человек, и он находит удовольствие, доставляя людям боль и страдания.
Каллен глянул на него с подозрением:
– Вождь клана обязан защищать своих людей. Всех.
– Защита клана иногда состоит в том, чтобы скрывать правду для его же благополучия. С тем чтобы если какой-нибудь негодяй начнет грозить людям пыткой, они могли бы с чистой совестью промолчать.
– Для этого вождь должен быть умным и храбрым.
– У него должно быть холодное сердце.
– Нет, – улыбнулся Каллен, – сердце у него должно быть храброе.
Макхирн встал и протянул Каллену руку, а потом похлопал его по спине:
– Позаботься о моей девочке. Она очень похожа на меня, да поможет ей Бог.
– Я…
Макхирн молча повернулся и пошел к выходу.
– Я ничего не хочу слышать. И знать не хочу. Тебе лучше быть готовым к приезду Балфорда.
– Я буду готов.
Прежде чем выйти, Макхирн обернулся:
– Не разочаруй меня.
– Можете на меня рассчитывать, сэр.
– Хорошо, я буду об этом помнить. Всегда.
Каллена не удивило поведение Макхирна. Тот любил и восхищался своей дочерью больше, чем хотел это показывать. Он понимал, как ей трудно из-за того, что она так на него похожа. Но она была женщиной, и поэтому ей было намного труднее: женщина не обладала правами мужчин.
Макхирн намеренно заявил перед всем своим кланом, что его дочь и ее муж должны остаться и встретить свою судьбу в лице графа Балфорда, чтобы спасти своих людей от опасности. Они не должны были знать правду, которая была известна ему. Он не сомневался, что Сара и Каллен сбегут.
Каллен обрадовался, что сможет рассказать Саре о том, как сильно отец ее любит и как защитил на самом деле.
Возвратившись в замок, Каллен продолжал разыгрывать из себя человека, придавленного неприятностями, – поникшие плечи, опущенная голова, – хотя на самом деле он чувствовал большое облегчение. Он, конечно, будет осторожен, когда они сегодня ночью покинут замок, но он знал, что Макхирн не выставит дополнительной охраны, чтобы задержать их.
А когда они уже будут в дороге, ему придется иметь дело только с солдатами графа Балфорда, потому что Макхирн не пошлет за ними погоню.
Каллен вошел в спальню и увидел Сару – она сидела на стуле перед камином и смотрела на огонь. Он подошел и опустился перед ней на колени.
– Ты в порядке?
– Я готова, – кивнула она. – Отец прислал сказать, что предпочел бы, чтобы мы не спускались сегодня к ужину. Он действительно меня ненавидит.
– Это не так, – возразил Каллен и пересказал ей свой разговор с Макхирном.
В глазах Сары блеснули слезы.
– Он сказал, что я похожа на него?
– И что он этим гордится.
– Ты себе не представляешь, как я рада это слышать. Я всегда думала, что разочаровала его.
– Что ты! Я думаю, твой отец считает, что мог бы сделать для тебя гораздо больше, но ты была дочерью, а не сыном, и это ограничивало его возможности.
– Я всегда знала, что он хотел, чтобы я родилась мальчиком.
– Но только потому, чтобы ему было легче заботиться о тебе.
– Я счастлива, что в моих воспоминаниях он останется любящим отцом. – Сара вздохнула. – Остается одно.
– И что это?
– Что мы будем делать до того, как наступит ночь и нам надо будет уезжать?
– Отдыхать.
– Но я не устала.
Каллен рассмеялся и поднял ее на руки.
– Ну уж об этом я позабочусь.
Они тихо покинули замок, когда все уснули, и отвели лошадей в лес, прежде чем сесть на них и отправиться в путь.
Сара оглянулась, чтобы бросить последний взгляд на свой дом.
– Я его никогда больше не увижу, ведь так? – грустно спросила она.
– Боюсь, что никогда. Но у тебя будет новый дом, в котором мы будем втроем – ты, я и Александр.
– Потому что так надо, – вздохнула Сара.
Каллен кивнул. Он не хотел бросать ее, не хотел с ней прощаться и больше никогда не видеть. Он не понимал своих чувств к ней. Они были такими непонятными, а может быть, слишком ясными, но он просто не хочет в них признаваться. Что бы там ни было, ей придется поехать вместе с ним.
Они разбудили Терезу и Шеймуса и объяснили, что настало время забрать Александра и что для их же безопасности лучше, чтобы они не задавали никаких вопросов. Тереза быстро собрала вещи Александра и дала Саре несколько советов по уходу за малышом.
Прощание было мучительным. Тереза крепко обняла спящего Александра, потом то же самое сделал Шеймус, после чего передал малыша Каллену, который уже сидел верхом.
– Незачем говорить, чтобы ты его защитил, – сказал Шеймус, и мужчины обменялись крепким рукопожатием.
Сара и Тереза обнялись.
– Я рада, что ты уезжаешь с ними, – шепнула Тереза и смахнула со щеки слезу. – Каллен защитит тебя.
– Я буду так по тебе скучать, – со слезами сказала Сара.
