Князь, поперхнувшись от наглости, забрызгавшей его лицо вместе со слюнями, исполнил просьбу. А когда стух с другой стороны утих, кое-как он вернул свой меч в ножны и недобро посмотрел на хозяина лаборатории.
– Всё-таки не врала. Твоя дочурка, выходит, ага? – крякнул Виго вытянув крючковатый палец в сторону бледной от испуга, трясущейся девчонке, смиренно ожидающей в углу, как наказанный ребёнок. – Ну, я так и подумал. Что коли не врёт, ты за ней быстренько явишься. Ты уж прости, князь, но не могу я верить на слово каждой соплячке, которая бормочет невесть чего. Одевал бы её поприличней что ли? Как ещё отличить княжну от попрошайки то?
– Я… – князь уже и забыл, какого это слушать, как его отчитывают, точно нерадивого отрока. Ему было стыдно. Но найти свою дочь живой и невредимой он несомненно был рад. – Спасибо, что дождались…
– Больно уж знакомым показался мне её запашок, – скрипнул алхимик. – Эх, если б не мой чудесный нюх и не мой мальчонка… из малой получился бы превосходный материальчик…
– Не мог бы ты?.. – сгустил брови князь.
– Ах, конечно же, – кивнул Виго и скрючил очередной жест своему стражу. – Негоже так правителя встречать. Негоже.
Освободившись от мертвецкой хватки, князь отряхнулся, помедлил какое-то время, а после сурово приказал своей дочери:
– Мира! Сейчас же объяснись, что ты тут забыла?
– Послушай, князь, – предупредил назревающую драму Виго. – Давай-ка вы свои семейные дела решать будете подальше отсюда, ага? Ни одну, ни второго я не приглашал, так что не нужно чувствовать себя, как дома и вообще… убрались бы вы отсюда поскорей. У меня тут… важное дельце.
– Ты истязаешь человека, старик? – насупился князь. – Не забывай, с кем ты говоришь! Я в праве знать, чем он заслужил такое.
– Как ты говоришь? Не забывайся? – глумливо Виго расхохотался, напоказ. – Думаешь, есть мне хоть какое-то дело до глупых твоих титулов? Ладно уж, не хмурься так. Не собираюсь я с тобой ругаться. – Виго захромал к человеку на дыбе, а когда добрался, издевательски медленно вытащил длинную спицу из его колена. – А ну заткнись! Хватит орать попусту! Открывай рот только по делу!
Умело он влепил острым, сухим кулаком, страдальцу в живот.
Инстинктивно князь развернул дочь спиной к этому безобразию, а сам осмелился подойти ближе.
– Самый настоящий жнец магов из Ковантии, – загадочно пробурчал Виго, выцеливая спицей очередное особенно чувствительное место на теле жертвы. – Нанятый высокопоставленными шишками Ваундвилла, чтоб умертвить моего… подопечного.
– О чем ты, безумец? – кривился княз, глядя, как с трясущимися от удовольствия губами Виго пронзал спицей локоть ковантийца до тех пор, пока конец её не вылез из его плеча. – Да заткни же ты ему чем-нибудь пасть! Это же невозможно!
– А как он мне тогда расскажет?..
– Мне нечего!.. Нечего больше сказать! Остановитесь! – с броским акцентом вопил истязаемый. – Это всё! Я передал даже больше, чем знаю!.. Прекратите!..
– Да у тебя ж тут сотня зелий, испив которые он тебе, как на духу все выложит, – помотал головой князь. – Почему не воспользуешься ими?
– Так этими я его уже давно напоил, – захлебнулся от озорства алхимик.
– Ты отвратителен, старик! – строго осудил князь и выругался грязно. – Да тебе же просто в удовольствие его пытать. И только!
– В удовольствие мне делать то, за что я принялся – без соринок и задоринок. Безукоризненно! – парировал Виго вредно. – Видишь ли, князь, уже если я за что-то взялся, то дельце исполню чисто. А если не обработаю этого, как следует, так за ним и другие придут и будут мальчонку моего тревожить, а значит, и мне вместе с ним. Я повторю, не лезь не своё дело, ага? Забирай девчушку и скройтесь с глаз моих, чтоб я вас больше не видел. А иначе… в следующий раз ты будешь говорить не со мной, а с господином!
– Ты господином своим меня не пугай, – грозно, но будто бы слишком тихо ответил князь, взяв дочь за плечи, уводя её к выходу. – И открой уже эту проклятую дверь наконец!
– Да, да, – буркнул Виго и страж его отпер дверь, выпустив незваных гостей. – Скоро… Очень скоро и ты будешь звать его господином, глупец. – Отравлено улыбаясь шикнул под нос алхимик и вернулся к экзекуции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Наемник доложил, что цель ликвидирована. Совершенно точно в этот раз, – вытянулся, как по струнке черный охотник. – К сожалению, достать голову мятежного мага ему не удалось. Пришлось спасаться бегством и срочно покинуть Брол.
– Что-то не верится, – не находил себе места Сенд. – Он сообщил, когда явится за наградой?
– Так точно. Ровно через три недели он будет ждать в Мордагрде.
– Пусть будет так, – не предавал смятения комендант. – Я подожду, а после крайне тщательно расспрошу его. Лично!
– Как прикажете, сэр, – наклонил голову черный охотник. – Что-то ещё?
– Связь с ковантийцем не прерывать, – скомандовал Сенд. – И пусть поторопится. Я хочу скорее увидеть его. Наши агенты в Броле ещё остались?
– Никак нет. К сожалению, все они направились к столице, – оповестил чародей. – Кажется, в Крокснорте намечается переворот…
– Да, да. Я осведомлен, – небрежно отмахнулся Сенд. – Как же не вовремя, забери их пустота! – Он задумался. – Нам нужен тот, кто сможет удостовериться в смерти этого выродка наверняка. Найдите способ!
– Но, сэр. Ведь всё и так… – не понимал черный охотник. – Боюсь, что быстрее всего будет дождаться возвращения ковантийца в Мордгард…
– Проклятье! – выругался комендант. – Три недели. Слишком долго!
Глава 13. Мира
Как это ни странно, магия и культура разных народностей Мирового Круга – вещи, вполне себе соответствующие друг другу. Да, именно культурные ценности и некоторые исторические факторы определили к сегодняшнему дню популярность тех или иных колдовских наук и стилей в разных частях мира.
Взять, к примеру, тот же Крокснорт, почитающий Черное Слово, как часть колдовства, какой его основатели обязаны жизнью. Или Ванудвилл, величайшие маги которого черпают силу в стихиях, неизменно стараясь разгадать тайны их возникновения и получить как можно больше власти и контроля над ними. Каждый живущий маг сегодня сосредоточен на изучении и развитии того, чем занимались его предки и, как ни странно, на магии этой строится образ жизни и даже склад ума всего прочего, окружающего их общества, казалось бы, не имеющего ничего общего ни с чем волшебным.
Если говорить об остальных государствах, то вкратце дела обстоят примерно так.
Жители Свободных Земель Запада – Венгалы и Анаямая чувствуют себя ближе остальных к природе и издавна укрепляют свою связь с ней. Звери, деревья, реки и даже камни имеют для них особенную ценность, и они лучше прочих научились черпать свою энергию и знания из них, уважая и принимая их, как и всё прочие творения Небесного Сердца.
Ковантийцы магию не любят совсем. Наверное, от того и тела их противятся её влиянию особенно усердно. Испокон веков чародеи порицались предками пустынных кланов, а в самые давние, доисторические времена, со всяким волшебником они враждовали. И было принято среди них казнить всех расположенных к колдовству без длительных разбирательств, и только к недавнему времени традицию эту они решили позабыть. Но потомки их, всё же, не предают завещания отцов окончательно и избавляются теперь от неугодных миру волшебников иначе – ради собственной выгоды и славы.
Раввария, имея обширную территорию и культуры различные, принимает любое колдовство, кроме Черного Слова, и призывает за хорошую плату чародеев и алхимиков с других стран сотрудничать с их институтами и исследователями. Жадно имперцы ищут ответы, именно они и основали Независимое Общество Астрономов и Географов, спонсируя его деятельность тщательней остальных. А особенной страстью пылают её правители к минералам и только тем и живут, что приобретают, перевозят и накапливают их в своих несметных сокровищницах, неизвестно для каких дел.
