Она взглянула.
— Опись записок. Вы их все расшифровали?
— Все, кроме двух. Тот, кто платил, в левой колонке, затем дата, а в третьей колонке — сумма.
Рокси посмотрела на строку «итого».
— Приличные деньги.
— Четыреста двадцать тысяч долларов за три года. На такие деньги в Глори можно безбедно жить.
— Или покупать кое-кому много побрякушек. — Рокси подумала о бриллиантовых сережках.
Ник протянул ей блокнот с желтыми листами, покрытыми строчками, выведенными ровным, с сильным нажимом, летящим почерком.
— Читая каждый из документов, я делал записи относительно того, что может представлять интерес.
Рокси просмотрела блокнот.
— А как ты решаешь, что важно, а что нет?
— Я ищу связи.
Рокси помолчала, листая страницы. Наконец она сказала:
— У меня есть идея. Когда мы все это систематизируем, мы можем разрезать листы на полоски и использовать каждую из них как точку интереса по делу.
— Точку интереса?
— Ну да. Факт, который можно трактовать как относящийся к делу и не относящийся к делу. — Взгляд ее упал на доску объявлений, покрытую плакатами «Разыскивается полицией». — Мы можем налепить эти полоски на доску, а потом сгруппировать их по темам: поводы для шантажа, история Дойла, его отношения с жителями города. Что-то вроде этого.
— Звучит разумно. Мы можем к ним применить цветной код. Например, розовый для сплетен и непроверенной информации и зеленый для проверенных фактов.
Рокси усмехнулась.
Ник вытащил еще один блокнот из ящика.
— Если мы хотим закончить до полуночи, то пора начинать.
Глава 18
Следующие три часа они провели, сортируя информацию. Когда все было разложено по полочкам, у них оказалось пятьдесят полосок бумаги, прилепленных на большой доске, занимавшей всю дальнюю стену. Они стояли перед доской, расцвеченной узкими полосками бумаги.
Рокси потерла спину.
— У Дойла имелись связи чуть ли не с каждым жителем города. На кого-то он работал, кому-то он приходился родственником, кому-то еще кем-то. — Ник кивнул. Она обхватила себя руками. — У нас будет больше информации, когда вдова пастора соберет все банковские учетные документы покойного мужа. Она обещала позвонить Кларе, как только это сделает.
— Это уже кое-что для началам — Ник взглянул, на свой каталог и обвел еще два имени. — Завтра я опрошу этих двоих. Ты не могла бы еще раз посмотреть свои записи, касающиеся разговора с вдовой? Мы ничего не упустили? — Рокси кивнула и наклонилась, чтобы взглянуть в его листок. И коснулась Ника.
Черт, она его искушала. Тени удлинились, и свет в комнате стал мягче. Волосы Рокси, теперь уже не кричаще желтые, а более сдержанного, более соблазнительного светлого оттенка, привлекли его взгляд к ее губам.
И что-то глубоко внутри его вдруг ожило, тело его напряглось. Желание стало нестерпимо острым. Ни слова не говоря, он положил ладони ей на талию и привлек к себе. Ягодицы ее прижались к его бедрам, спина ее прижалась к его груди. Рокси тихо вскрикнула и замерла, но отстраняться не стала.
Ник провел ладонью вверх и вниз по ее предплечьям, щекой прижавшись к ее шелковистым волосам. Она вздрогнула и прижалась к нему теснее. Воздух в комнате стал густым и тяжелым от желания.
И тогда Рокси повернула голову и прижалась губами к губам Ника, и все мысли разом выветрились из головы. Она застонала и закинула руки ему за шею. Она прижимала губы к его губам, заставляя его стонать от сладкой муки. Она была нимфой, сиреной, искусительницей — все в одной изящной упаковке, а он больше не мог сопротивляться желанию взять ее.
Ник просунул руки под ее короткий топ и накрыл ладонями грудь в кружевном бюстгальтере. Она прогнулась ему навстречу, когда он провел большими пальцами по ее соскам, без труда отодвинув кружево.
Обнажив груди, он нежно приласкал соски. Она вскрикнула, заерзала.
— Ник, — выдохнула Рокси.
Он наклонился и взял в рот ее сосок, проведя по нему языком. Она ерошила его волосы. Он не мог сойти с места, став пленником желания. Он должен был взять ее сейчас — тело его горело.
Он стянул с нее топ через голову и расстегнул бюстгальтер. Рокси привлекла его к себе, целуя в губы.
Когда он на миг прервался, чтобы глотнуть воздуху, Рокси была в его объятиях нагая, если не считать шорт и шпилек. Он протянул руку к застежке на ее шортах, но она покачала головой. Взгляд ее был туманным и чувственным.
— Теперь я сниму с тебя рубашку.
В ту секунду, когда форменная рубашка оказалась на полу, Ник обнял Рокси и прижал к себе. Не прерывая поцелуя, он расстегнул ее шорты и спустил их вниз. Она нетерпеливо отшвырнула их ногой, чтобы не мешали, и кружевные трусики полетели следом. Когда она наклонилась, чтобы расстегнуть босоножку, он остановил ее. — Оставайся в них, — прошептал он ей на ухо.
Рокси дрожала. Она не могла думать, не могла говорить, не могла ничего — могла только чувствовать, и она провела рукой по груди Ника, жадная и нетерпеливая.
Он приподнял ее и усадил на край стола, затем расстегнул ремень и бросил его на стол позади нее. Он вдруг повернулся и вышел из комнаты, но быстро вернулся с серебристым пакетиком в руках.
— Да благословит Бог Сьюзен, — с горячей искренностью сказал Ник. — Пусть у каждого будет диспетчер с вульгарным чувством юмора и коробкой кондомов в столе.
— У нее целая коробка? — Рокси покрывала поцелуями его шею и подбородок.
— Она все покупает оптом.
Рокси многозначительно усмехнулась и положила руку на выразительную припухлость на штанах Ника.
Он разделся за несколько секунд.
Его мускулистая грудь была припорошена волосом ровно в том количестве, которое было приятно для глаз. Его живот был плоским и твердым, а бедра… таких классных бедер она ни у кого не видела.
Ник быстро надел кондом и, шагнув к ней, стал целовать жилку на ее шее, в которой бился пульс. Руки его ласкали ее везде, заставляя ее крупно вздрагивать.
Дыхание его стало хриплым. Когда Ник прижался к ней внизу, она обхватила его ногами.
Глядя ей прямо в глаза, одним толчком он вошел в нее.
Ник держал ее в объятиях, пока волна за волной на нее накатывало наслаждение. Хватая ртом воздух, Рокси наконец отпустила его плечи, лишь тогда осознав, что он все еще глубоко внутри ее, твердый как камень.
Задыхаясь, Рокси крепче обхватила его ногами, вжимая в себя. Крепкие руки Ника поддерживали ее, когда он начал двигаться в ней, каждый раз наполняя ее собой. Она двигалась вместе с ним, и толчки его становились все чаще и чаще, пока, хрипло закричав, он не кончил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
