смеялся, мол, шпиономания захлестнула страну. Ладно, спишем это на профдеформацию. Всё-таки, участие в работе подпольной партийно-комсомольской группировки накладывает свой отпечаток. Не говоря уже об опыте девяностых, когда возможно было все…
* * *
Московская область. Балашиха.
Оксана успела на ночной поезд из Брянска в Москву и к обеду на следующий день уже звонила в дверь сестры.
— Ты⁈ — страшно удивилась Мария, увидев ее на пороге, но быстро опомнилась и помрачнела. — Зачем ты приехала?
— Поговорить хочу. Узнать, что у вас с моим зятем случилось? — ответила Оксана озабоченным, усталым голосом. — Загит два месяца во время пожаров здесь прослужил и не хочет теперь домой возвращаться. У зятя жить остался…
— Да ты что⁈ Загит совсем сдурел, что ли⁈ — воскликнула потрясённая Мария и распахнула перед сестрой дверь, приглашая в дом. Не устояла перед такой новостью и желанием узнать подробности.
— А твой где? — поинтересовалась Оксана, раздеваясь, и заметив только племянников, выбежавших посмотреть, кто пришёл.
— На демонстрации, — махнула рукой Мария. — А потом у них мероприятия будут праздничные.
— Какие ещё мероприятия?
— Какие?.. Бухать будут, — раздражённо ответила сестра и поманила Оксану в кухню. — Так что у вас случилось-то?
— Загита в командировку на усиление отправили во время пожаров, он прожил здесь летом два месяца, и заявил мне, что не может со мной больше жить. Взял после командировки отпуск и уехал на полтора месяца в Москву к зятю с Галиёй. А сейчас отпуск у него заканчивается, ему надо возвращаться, а он отказывается. Вот я и подумала… Ты с моим зятем пообщалась и теперь не хочешь со мной разговаривать… Загит с ним пообщался и не хочет теперь со мной жить… А вдруг это не случайно?
Мария не сразу решилась. Посмотрела почему-то на входную дверь, словно боялась там кого-то увидеть. Но потом все же наклонилась к сестре:
— Не знаю, что твой зять мог сделать или сказать Загиту, а нас он попросту ограбил!
— Как⁈
— Вот так! Раздел до нитки, до трусов!
Оксана потрясённо смотрела на сестру, не в силах поверить в то, что только что услышала.
— Знаешь, что я думаю, — перешла на шёпот Мария. — Что твой зять как-то с бандитами связан. И с очень серьезными. Да-да! — подтвердила она, увидев, как расширяются от ужаса глаза Оксаны. — Я никогда не видела, чтобы мой Епихин был так напуган. Ты ж его знаешь, он сам кого хочешь напугает. А тут прибежал, собрал все деньги, всё, что в доме ценного было… На меня наорал, что я его подставила. У меня ни одного кольца золотого приличного не осталось! Вот, посмотри! — растопырила Мария пальцы обеих рук перед сестрой. — Одна обручалка!
— Я так и знала! Я же чувствовала! — потрясённо прошептала Оксана, начиная всхлипывать. — Но ты! Как ты могла⁈ Почему ты раньше мне всё это не рассказала⁈ Бедная моя Галия, девочка! Что же с ней теперь будет и с детьми от этого бандита⁈
* * *
Святославль. Квартира Якубовых.
Не застав дома Оксану, Загит и Марат подумали, что, может, она на демонстрации или в гости к кому-то ушла. Загит принялся собирать свои вещи, а Марат помчался по друзьям.
Вещей оказалось не так много, Загит скоро освободился и решил сходить в свою часть, навестить сослуживцев и, если получится, узнать насчёт перевода. Понятно, что командира части сейчас не будет на месте, но, может, начальник караула что-то знает. Кто там сейчас, интересно?
В дежурном карауле сегодня оказался Володька Сахаров. Он так обрадовался старому другу, что чуть не надорвался, попытавшись поднять его. В итоге они просто крепко обнялись.
— Ну что? Когда выходишь? — спросил Сахаров.
— Никогда… Рапорт буду писать. В Москву перевожусь. — ответил Загит с таким печальным видом, что старый друг сразу заподозрил неладное.
— Ну-ка, пошли покурим, — предложил он.
* * *
Из-за проверки документов пришлось задержаться на дороге минут на двадцать, но потом мне всё вежливо вернули и отпустили. Подумал, может какого сбежавшего из тюрьмы уголовника ловили… Правда, они серьезно рассчитывали найти его за рулем машины с двумя младенцами???
Когда мы приехали, наши уже все были в сборе. Жариковы тоже приехали и Гриша с Родионом.
Малый мне напомнил, что я ему обещал фотографии печатать.
— Давай у меня ремонт закончится в квартире, и мы с тобой сразу и займёмся, — ответил я. — Как раз, вторая ванная будет готова, а то нам надолго надо будет её занять. Не будет же Галия с малышами по соседям бегать, когда им понадобится.
— К нам приходите, если что, — подмигнул Гриша. — Один чёрт, на одной лестничной клетке находимся, недалеко идти.
Не стал никому ничего объяснять насчёт своих планов по поводу второй двери. Сами увидят, при случае, что там прохода не будет.
В какой-то момент рядом оказалась Инна.
— А я на работу вчера звонила, — радостно сообщила она.
— Ну и как? — улыбнулся я, глядя на её счастливое лицо.
— Серафима Михайловна так обрадовалась, что я готова на полставки выйти, ты не представляешь. Они, оказывается, никого не взяли на моё место. Договорились с ней, что я сейчас начну Сашу в ясли готовить, за декабрь-январь он пообвыкнется и с февраля я выйду на работу.
— А Пётр как к этому всему отнёсся? — полюбопытствовал я.
— Хорошо, — улыбнулась сестра. — Он абсолютно не против.
— Ну и отлично.
Потом получилась возможность поговорить наедине с Ахмадом. Рассказал ему, что, возможно, квартира кооперативная над нами освободится и надо будет срочно её выкупать, чтобы не ушла.
— Вы как, не надумали в Москву перебраться? — спросил я.
— Что толку от того, что мы надумаем перебраться, — скептически посмотрел на меня Ахмад. — Для вступления в Москве в кооператив надо московскую прописку иметь.
— Так я же о чём и говорю, — улыбнулся я. — Заранее надо готовиться начинать. Перевестись куда-то, где есть общежитие, прописаться там и ждать, когда квартира освободится.
— А если не освободится?
— Другую купим.
— Над вами это значит такая же, двухкомнатная? — спросил Ахмад.
Я кивнул.
— Ну так мы с Полей вдвоём по метражу не пройдём…
— А мы сделаем справочку о беременности, — тихонько шепнул я ему.
