Я уже ухожу. Рассчитайте меня, пожалуйста…
Официантка Саша взялась пробивать чек, а когда Тина приложила карту к терминалу, все же не удержалась и робко сказала:
— Знаете, все можно переиграть… Любовь ведь не шахматная партия. Если вы случайно обидели вашего мужчину, просто попросите прощения и скажите, что были неправы. Это сложно, но потом все наладится. Разбитое сердце — это не шутки, — добавила она и серьезно свела брови. — Это на всю жизнь. Особенно если любовь случилась с первого взгляда.
Тут же Саша спохватилась и ойкнула:
— Извините, я лезу не свое дело…
— Ничего страшного, — сказала Тина. — Просто я не знаю, права я или нет. В любви все так сложно…
— Это точно, — с умудренным видом кивнула молоденькая Саша и ушла. Тина начала медленно складывать подарки Федора в сумку.
Вот, останется им с кошкой на память… и еще кулон из метеорита.
Она приложила руку к груди, где под блузкой прятался кусок звезды, подаренный ей самым необыкновенным мужчиной на свете. Подвеска обжигала кожу, и жар шел до сердца.
Тина отодвинула вазу, чтобы взять последнюю игрушку — механического карася, — и вздрогнула. На столе лежала синяя записная книжка Федора.
Он ее забыл! Забрал телефон и бумажник, а книжку за вазой не заметил. Надо ему позвонить, чтобы вернулся и забрал!
Тина со вздохом достала телефон, посмотрела на него и отложила. Нет, сегодня она не вынесет еще одной встречи с Федей. После такого драматического финала! Лучше написать ему сообщение, что тетрадь у нее, а завтра она принесет ее на работу и отдаст Ульяне. Так будет лучше.
Она воровато потрогала гладкую синюю обложку. Интересно, что там внутри? Записи, заметки? Секреты Федора, доверенные бумаге? Ох, как хочется прочитать!
…Нет. Ни за что. Это личное.
Тина решительно убрала книжку в сумку.
39
Утром шел дождь, в квартире было холодно. Тина не решалась выбраться из-под одеяла и чувствовала себя шестиклассницей, которая не хочет идти в школу накануне контрольной.
Может, и правда остаться дома? Сегодня ей точно не стать лучшим работником офиса. Душевное потрясение выбивает из колеи не хуже гриппа.
Да еще кошка так удобно расположилась на животе, что прогнать ее было бы натуральным свинством.
Тина покосилась на телефон, споря сама с собой. Ее ответственная и взрослая часть твердила, что сачковать нельзя и надо взять себя в руки. А невесть откуда возникший подростковый голосок в голове уверял, что разок можно и прогулять, и ничего страшного не случится.
В этот момент позвонил шеф Андреич и избавил Тину от терзаний.
— Ты как? — строго спросил он, сопя в трубку. — Лучше тебе?
— Ну… как сказать…
— Если не уверена, посиди сегодня дома, — сурово оборвал шеф. — Не разноси заразу. Вчера на тебе лица не было. Я сам недавно с больничного, второй раз не хочу. Работай удаленно. Чтоб я тебя сегодня в офисе не видел.
Тина с облегчением откинулась на подушки. Андреич просто золото! Ничего не спросил, поверил на слово, что она больна. А она и правда больна. Как работать продуктивно, когда в голове путаница, а на сердце — раздрай?
Ох, она же сегодня хотела отдать Ульяне записную книжку Федора! Видимо, придется все-таки идти на работу…
Тина пошевелилась, приказывая себе встать, но кошка подняла голову и укоризненно посмотрела на хозяйку, да еще вцепилась когтями в одеяло, показывая, что добровольно с хозяйкиного живота не слезет.
Что ж, весомый аргумент. Ладно, книжку можно и завтра отдать. Или вечером заскочить в офис. А сейчас лучше заняться чем-то приятным. Например, почитать роман. Легкий, глупый и веселый.
Тина протянула руку к столику — но вместо любовного романа там лежала синяя книга Федора. Пальцы сами ухватили обложку.
Только одним глазком! Глянет на первую строчку и тут же закроет! Если вдруг там будет запись «Здравствуй, дорогой дневник…», это тут же избавит ее от любых сомнений.
Невольно хихикнув, Тина решительно открыла книжку. Первая страница оказалась исписана знакомым почерком Федора, на полях полно карандашных пометок. В верхнем правом углу — дата, полгода назад, и название места, которое ей ни о чем не говорило — Дархан. А дальше…
Вновь зазвонил телефон, и Тина поскорей сунула книжку под подушку — долой соблазн! Дальше читать она не будет, нет-нет, и не уговаривайте! Хорошо, что ей сейчас позвонили, иначе она не удержалась бы…
На экране высветилось: «Глеб».
Тина неохотно нажала на кнопку и выслушала поток взволнованных восклицаний.
— Нет, я не сильно заболела, — терпеливо отвечала она. — Завтра буду как огурчик.
— Ты уж постарайся! Мы заявление идем подавать в пятницу, помнишь?
У Тины упало сердце.
— Глеб… к чему такая спешка? — вдруг вырвалось у нее.
— Почему бы и нет? — озадачился Глеб. — Мы и так столько времени потеряли!
«Ты потерял, не я», подумала Тина, и тут же вырвался второй неожиданный вопрос:
— Глебыч, и все же, почему ты хочешь на мне жениться?
— Ну… а что нам остается делать? — ответил Глеб с юмором, но после паузы. — Мы любим друг друга. Мы давно дружим. По-моему, ответ очевиден! Я тебе и вчера об этом же говорил.
— А ты стал бы меня добиваться, если бы я тебе отказала?
Теперь Глеб замолчал надолго. Он подышал в трубку и неуверенно спросил:
— Как… добиваться?
— Не знаю. Как мужчины добиваются девушек? Делают какой-нибудь глупый, но романтически поступок? Ты смог бы забраться в мое окно с розами?
— Ты на четвертом этаже живешь!
— Разве высота бывает препятствием для влюбленных? — спросила Тина уже с раздражением.
Глеб еще немного помолчал. Тина казалось, она слышит, как со скрипом вращаются шестеренки в его мозгу.
— Ну… я мог бы спуститься к тебе с крыши на тросе, — предложил он. — Мой друг Колька — помнишь Кольку из параллельного потока? — сейчас промышленным альпинизмом подрабатывает, я могу, наверное, попросить у него оборудование и пару уроков. Хочешь?
— Да нет, не хочу… это я так. А за что ты меня любишь?
На этот вопрос Глеб ответил почти без запинки.
— За все! — сказал он с энтузиазмом. — За то, что ты красивая. Ты меня понимаешь. Хорошо знаешь и терпишь мои закидоны. И я тебя хорошо знаю. Тин, ты чего вообще? Странный разговор. Мы же вчера все выяснили!
— Да так… это из-за болезни. Лежу в кровати, бездельничаю, вот и лезут разные мысли.
— У тебя, наверное, температура, — озаботился Глеб. — Я к тебе приду после работы. Принесу аспирин и мед. Ладно, мне бежать надо, планерка начинается. Пока! Целую. Я люблю тебя.
— Да… спасибо.
Тина поскорей
