Читаем без скачивания Непослушание (ЛП) - Линч Карен

Хамид раздражённо выдохнул.

— Серафима — могущественная колдунья, которая специализируется на любовных заклинаниях. Она может вытягивать лица из воспоминаний и заставить тебя видеть любого, кого она захочет.

Я задвигала головой, давая ему понять, что хочу кое-что сказать, и он убрал руку с моего рта.

— Ох, серьёзно. И чьё же лицо видел ты, что с такой прытью готов был сбросить свои штаны?

Он склонился, и его лицо замерло в нескольких сантиметрах от моего.

— Твоё.

ГЛАВА 15

От потрясения у меня приоткрылся рот, и я усиленно пыталась подобрать слова, но мой мозг подвёл меня.

Хамид склонил голову и ласково коснулся губами моей нижней губы. Такой ласки я никогда от него не ожидала, учитывая наш один-единственный поцелуй. Я затаила дыхание, и он снова вкусил мою губу, а потом нежно прикусил её зубами. Он отпустил мою губу и успокоил языком, послав по мне изысканную дрожь.

Нуждаясь в большем, я подняла голову и накрыла его рот губами. Он отпустил мои руки и упёрся локтями по обе стороны от моей головы, заключив меня в ловушку. А потом он поцеловал меня мучительно долго и глубоко; его язык танцевал с моим, а моё тело извивалось под ним. Я руками обвила его шею, удерживая его рядом с собой.

Его рот покинул мои губы, и я запротестовала. Но мои возражения были быстро заглушены его губами, оставляющими дорожку из поцелуев на моём подбородке. Я наклонила голову в сторону, давая ему доступ к горлу, и он принял моё безмолвное приглашение.

Он сместился, и его губы прожгли дорожку по моей ключице, спустившись ниже к V-образному вырезу, ведущему к ложбинке меж грудей. Царапанье его мягкой бороды по моей коже лишало меня дыхания с каждым касанием его губ.

Я остро осознавала, что на мне нет бюстгальтера, и его низкое одобрительное рычание подсказало мне, что он только что выяснил это. Казалось, моя кровь воспылала огнём, когда он приподнялся и, подхватив край моей футболки, задрал её, обнажив мою грудь. Из меня вырвался стон, который я сдерживала, когда он склонил голову и обхватил губами сосок.

Крошечная часть моего мозга говорила мне, что я должна прекратить это, но горевшая во мне страсть заглушила здравый смысл. Единственным моим желанием было избавиться от разделявшей нас одежды и почувствовать его твёрдое, обнажённое тело на мне. Всего одна эта мысль заставила меня потереться об него, простонать его имя.

Хамид поднял голову и встретился со мной взглядом, его глаза были тёмными от похоти.

— Скажи, что хочешь этого, — хрипло произнёс он — Если мы зайдём дальше, я не остановлюсь, пока не овладею всецело тобой.

Ушло несколько секунд, пока его слова обрели для меня смысл, и меня прокололо холодом, когда я осознала, что чуть не натворила. Если бы он не заговорил, я бы отдалась своему желанию и закрепила бы с ним связь.

Я закрыла глаза и прерывисто выдохнула.

— Я не могу.

Он опустил мою футболку и скатился с меня. Единственным звуком в комнате стало наше тяжёлое дыхание, пока мы лежали рядом друг с другом.

Впервые в своей жизни я не знала что делать. Я не знала, должна ли встать и уйти, или ждать пока он это сделает.

Хамид не спешил уходить. Спусти пять минут гляделок в потолок, я повернула к нему голову и обнаружила, что он закрыл рукой глаза. Чувство вины стянуло моё горло. Уже дважды я позволила событиям между нами зайти слишком далеко, а после отталкивала его. Что со мной было не так?

— Прости, — тихо произнесла я.

Он убрал руку с глаз и посмотрел на меня без толики негодования или злобы, которую я ожидала увидеть в его глазах.

— Тебе не за что извиняться.

Я с трудом сглотнула.

— Я не должна была увлекать тебя.

— Я первым тебя поцеловал, — резко сказал он. — Тебе не надо соблазнять меня, чтобы заставить меня хотеть тебя.

От его признания у меня защемило в груди, и я снова упёрлась взглядом в потолок, чтобы он не смог увидеть какой эффект произвели на меня его слова.

— Не говори так.

— Почему? Потому что ты не хочешь слышать, что я хочу тебя, или ты боишься признаться, что чувствуешь то же самое ко мне?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я покачала головой.

— Нет, я хочу сказать... да, я хочу тебя, но это всего лишь связь заставляет нас...

Его сильные пальцы коснулись моего подбородка и заставили меня встретиться с ним взглядом.

— Хочешь сказать, что не хотела меня до того, как нас связали узы?

Я вспомнила тот самый первый раз, когда я увидела его, и покраснела от воспоминаний о том сколько раз он украшал мои фантазии с того дня. Я прочистила горло.

— Физическое влечение ничего не значит. Никто из нас не хочет пару, помнишь?

Он прожигал меня пристальным взглядом.

— А так ли это?

Что он пытался сказать? Месяц назад он терпеть меня не мог, а теперь хотел видеть меня в роли своей пары?

— Я не хочу пару, — торопливо ответила я.

— Ты боишься, что, по-твоему, тебе придётся от чего-то отказаться, если ты примешь пару, — он пальцем провёл по моему подбородку, отвлекая меня. — Ответь мне. Расстроилась бы ты из-за увиденного у Серафимы, если бы испытывала ко мне только физическое влечение?

Я вывернулась из его хватки и отвела глаза до того, как он смог увидеть в них правду. Созерцание его с той женщиной опустошило меня, потому что он стал дорог мне, гораздо больше, чем я хотела признаться самой себе. Всем сердцем я понимала, что он был идеальной парой для меня, но некая часть меня отказывалась отпускать будущее, которое я всегда воображала, то будущее, в котором не было пары.

Хамид едва слышно вздохнул.

— Это нормально, если ты пока что не готова отвечать.

Я села, держась к нему спиной, и встала бы с кровати, если бы он не схватил меня за руку.

— Нам надо ещё кое-что обсудить, — сказал он, потянув меня обратно на кровать.

Я попыталась вырвать руку, но безуспешно.

— Что?

Он перекатился на бок и лёг ко мне лицом.

— Я понимаю, почему ты расстроилась и разозлилась вчера, но провести вот так всю ночь, и отправиться на охоту в одиночку было безрассудно. И потом ты выкинула трекеры и выключила телефон, — он резко втянул воздух и выдохнул. — Большую часть ночи мы с Николасом искали тебя, а ты просто не отвечала на звонки, и мы понятия, не имели всё ли с тобой в порядке. И так длилось до той минуты, пока ты не появилась в конспиративном доме, только после этого мы прекратили поиски.

Я нахмурилась.

— Откуда ты узнал, что я в конспиративном доме?

— Мы разослали весть всем воинам в этом городе, чтобы те искали тебя и как только заметят тебя, незамедлительно сообщили нам.

— Отлично. Вы выставили меня сбежавшим из дома ребёнком.

— А ты себя так и повела, — парировал он. — Тебе повезло, что Николас отговорил меня идти за тобой в конспиративный дом. Учитывая настроение, в котором я пребывал, я бы отшлёпал тебя.

Его голос сквозил обещанием, давая понять, что именно так бы он и поступил. Лёгкая дрожь пробежала по мне от всплывшего в голове образа.

— Теперь, когда мы знаем что противостоим Аларону, мы должны быть более бдительны и осторожны, — сказал Хамид. — Мы понятия не имеем где он появится. Ты разозлила его, выстояв в схватке с ним, и он испытает огромное удовольствие, мучая и убивая тебя.

От прозвучавшей душевной боли в его голосе, моё сердце словно сжали в тиски, когда чувства вины и стыда накатили на меня.

Он сжал мои пальцы.

— Мы утаили твоё бегство от Совета, но если они прознают, они потребуют приставить к нам отряд охраны, или ещё что хуже. Они уже и так на взводе после того, как узнали про Кайя и Аларона.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я сухо сглотнула, стоило мне подумать о том, как меня запрут для моей же собственной защиты. Мои действия влияли не только на меня. Куда я, туда и он. Я не могла так поступить с ним.

Я повернулась лицом к нему.

— Прости, что тебе пришлось из-за меня пережить это, — хрипло произнесла я. — Такого больше не повторится.