Они прошли в капитанскую каюту. Фрэнсис рывком посадил призрака на стул, словно полицейский инспектор мелкого хулигана. Райс свесил голову и угрюмо сидел в ожидании.
— Оливье, доставай бумаги!
Старик раскрыл сумку, стараясь не глядеть на покойного капитана Райса. Оливье разложил листы, очинил перо. Чернила слегка загустели и Оливье с трудом вывел пару слов для пробы.
— Пиши, — велел Фрэнсис не своим голосом, — «Контракт. Нижеподписавшийся призрак капитана Райса на веки вечные или же до тех пор, пока не получит прощение, останется прикованным к судну, на котором была поставлена сия подпись и не сможет сделать с него и шагу ни в один из миров».
Призрак поднял глаза, полные ненависти.
— А вам все равно не получить мои сокровища, — сказал он. — Никогда.
— Подписывай, а не то я не размозжу тебе голову еще разок, — пригрозил Фрэнсис.
— Тобой завладеет демон, — пророчил Райс, — ни здесь, ни на том свете не будет тебе покоя!
— Подписывай.
Райс взял перо и черкнул ветвистую подпись.
Тишина.
— Готово? — настороженно спросил Оливье.
— Да, — спустя некоторое время ответил Фрэнсис, посовещавшись с демоном. — Теперь призрак нам не помешает.
Оливье свернул контракт и положил в сумку. Они с Фрэнсисом вышли, а Райс остался сидеть в тишине.
От их шагов проснулся Брайндон.
— Эй! Грязные пираты! Развяжите меня.
— Сделай как он хочет, — сказал Фрэнсис.
Оливье ослабил путы, и лорд сам кое-как высвободился. Он поглядел на Фрэнсиса с торжеством.
— Что!? Понял, с кем связался!?
— Да, пожалуй, — ответил Фрэнсис, — мы возвращаем корабль.
— Ха! Вы поплатитесь за то, что сделали. Жестоко поплатитесь! — пообещал он, растирая затекшие руки.
Фрэнсис пожал плечами:
— Может быть. Прощайте, лорд. Думаю, с новым капитаном этого судна скучать не придется.
Пираты перебрались на свой корабль и подняли команду. Абордажные крючья убрали, судна расцепились. Лорд Брайндон стоял у борта с видом полного превосходства и громко ругался. Он был всецело доволен исходом приключения, пока позади не повеяло тленом и могильным холодом. Брайндон на ватных ногах обернулся и увидел перед собой жуткое призрачное лицо. Лорд бросился к борту и что-то истошно вопил уплывающим пиратам, но Фрэнсис только отдал ему честь. Брайндон вновь повернулся к парящему в полуметре над палубой призраку.
Тот интеллигентно приподнял шляпу и представился:
— Капитан Райс. Начнем же собирать команду, разрази меня гром!
Вернувшись на корабль, Оливье приложился к бутылке, чтобы унять волнение, и больше от него никто ничего не добился. А Фрэнсис первым делом отыскал Дина.
— Призрак нас больше не потревожит, — сообщил он.
— А демон? — озабоченно спросил Дин, — демон потревожит?
Фрэнсис пожал плечами и направился прочь. Он закрылся в своей каюте и промыл глаза из второй колбы.
— Живая вода, позволь мне видеть лишь то, что должно!
Призрачные линии начали размываться и через минуту исчезли, сумрак других миров отступил, и все стало как раньше.
— Белвел! — вслух позвал Фрэнсис.
— Я всегда тут, — напомнил демон.
— Но не всегда отвечаешь.
— Ты избавился от призрака. Поблагодари своего хозяина!
— Иди к черту.
— Я и есть черт, — Белвел захихикал, а потом резко сменил тон, до лютого звериного рыка. — Не зарывайся, ничтожество! Червь!
Фрэнсиса бросило на пол, он судорожно зажал уши, чтобы не оглохнуть.
— Кайся, смертный! — громыхал Белвел. — Ты! Мой! Раб!
Демон словно бы метался по каюте, но когда Фрэнсис открыл глаза, никого не было. Фрэнсис тяжело дышал, но пересилил себя и встал в полный рост.
— Я хозяин в своем теле и разуме! — твердо сказал он. За спиной послышался раскатистый рык, и Фрэнсис приложил всю волю, что не побежать сломя голову. Он медленно развернулся, чтобы предстать лицом к лицу с Белвелом, но позади его не оказалось.
И тут удар в бок, Фрэнсис перевернулся через голову и рухнул. И тут же вскочил, озираясь.
— Акулу мне в глотку! — ругнулся он, — каким смелым ты стал! Не пора ли усмирить тебя?!
Снова толчок. На этот раз Фрэнсис устоял.
— Пошел прочь! — крикнул он. — Ты лишь мой слуга! Пленник внутри моего разума и тела!
Вместо ответа рокот звериной глотки. А потом нахлынуло жуткое невыносимое чувство, будто головой окунули в ведро с пауками. Сотни липких лапок, паутина в ушах, яд и слизь.
Фрэнсис не видел, куда бежал, не слышал, как истошно орал, и не даже не сразу почувствовал, когда все закончилось.
Он очнулся и увидел над собой Дина, который нашептывал над ним заговор.
— Дин, — простонал Фрэнсис, — убери из меня этого демона! Убери, убери!
— Изгнать? — удивился Дин. — Совсем?
Фрэнсис присел и огляделся. Они были в судовой лаборатории Дина.
— Нет… — с трудом ответил Фрэнсис, — совсем не надо. Мне нужна его сила, без нее я — никто. Тут уж ничего не поделаешь… Ты и сам знаешь. Сделай так, чтобы он больше не говорил со мной!
Дин мерил лабораторию шагами. Пять шагов влево, пять вправо, три прямо, три назад. Столы и колбы, колбы, колбы.
— На самом деле это все в твоей власти, — сказал Дин. — Ты был в безвыходном положении и умолял… Не смотри так… ты именно что умолял демона помочь. Кого теперь винить? Он помог, к слову сказать. Призрак бы всех нас перебил. А теперь перестань общаться с Белвелом. Даже если будет говорить что-то — не обращай внимания.
— И поможет? — недоверчиво спросил Фрэнсис.
Дин пожал плечами.
— Вот и узнаем.
— Если это от меня зависит, — сказал Фрэнсис, — тогда считай, что демон нам больше не помешает. Нет никакой абордажной команды Белвела!.. Собирай пиратский совет, — добавил он через секунду раздумья.
— Наш путь к сокровищам покойного капитана Райса был прерван досадным вторжением из потустороннего мира, — сказал Фрэнсис, когда совет собрался. — Завтра к закату мы войдем в гавань острова Лойно. Там мы высадим пленников (пусть идут с миром), и возьмем курс на Сколоперкос. Никакая нечисть не в силах изменить путь, выбранный капитаном Фрэнсисом Эвери!
Глава 27. Высадка на остров
Шел двадцать третий день путешествия. На горизонте, прямо по курсу, показался остров Сколоперкос. Позвали Фаскола, тот взял подзорную трубу и, хмурясь, посмотрел на землю. Об высокие скалистые берега бились волны, пенились и отступали. Голые камни первыми встречали мореплавателей, через сотню шагов располагалась граница леса, где стояли высокие деревья: пальмы, эвкалипты, кипарисы. В чаще царила темень, свет будто избегал этого места.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
