«Интересно, что же он здесь делает?» — не сводя восхищенных глаз с невесть откуда взявшегося верзилы, подумала Эльга.
А красавчик действительно вел себя довольно странно — то и дело подходил к монастырской ограде, внимательно осматривал и ощупывал потемневшую от времени кирпичную кладку. Потом шел дальше, время от времени наклонялся, придерживая ножны, как будто искал что-то в траве…
«Такой милашка и совсем один, — жалостливо подумала Эльга. — Поздним вечером не к кому ему пойти, совершенно не к кому. Видно, в этом задрипанном городишке не осталось хороших девушек…»
Эльга присела на траву, прильнула глазами к широкой расщелине в самом низу забора, долго смотрела на молодца. Изо всех сил пыталась угадать его мысли. А что, если он тоже думает о ней? О самой красивой девушке города, которая по воле злой судьбы оказалась заточенной в монастыре. И чтобы жениться на ней, нужно совершить множество подвигов.
Мечты уносили Эльгу все дальше и дальше от грустной действительности. Но что-то мешало им, что-то грубо врывалось в тихую идиллию сегодняшнего вечера. Какие-то мерзкие звуки, похожие на разрывающий сердце жалобный вой. Девушка с досадой оглянулась. Точно, и в самом деле выла собака. Прикормленный матушкой Ганой паршивый пес, изводивший весь монастырь своим громким лаем, теперь издавал непередаваемо жуткие звуки. И при этом само животное вело себя чрезвычайно странно. Тощая черная псина ни с того ни с сего вдруг начала разгребать лапами мусор, продолжая все громче и громче завывать.
Неизвестный красавец тем временем тоже прильнул к щели и внимательно посмотрел на Эльгу. Молодая монашка позабыла про все на свете. Скинула с головы тяжелую темную накидку, поправила пышные волосы, упавшие на лицо. Какое-то время они молча глядели друг на друга. Потом Эльга смущенно отвела глаза. И тут же снова увидела собаку. Та громко выла, продолжая разгребать лапами кучу мусора, из которой теперь торчала кисть руки.
«Опять мерещится Гангмар знает что, — в ужасе подумала Эльга. — Нужно молчать, а не то в подвале запрут. Вот ведь никто же, кроме меня, эту руку не видит. Красавчик-то совершенно спокоен, улыбается в пышные усы, манит пальчиком…»
Монашка покраснела.
— А ну-ка, красотка, ворота мне открой, да поживей, — низким, завораживающе нежным голосом приказал незнакомец.
— Да как же, это ведь монастырь, сюда нельзя, — еле слышно пролепетала Эльга. — Не приведи Гилфинг, кто-то вас увидит.
Незнакомец мгновенно перестал улыбаться. Густые черные брови сердито насупились.
— В общем, так, — резко переменившимся голосом отрезал он, — на территории монастыря обнаружен труп.
Он выразительно покосился на воющую собаку. Эльга тоже обернулась и в ужасе вскрикнула. Из кучи мусора показалась окровавленная голова матушки Ганы.
Темные глаза незнакомца недобро сощурились. В голосе появились металлические нотки.
— Ежели меня, сержанта городской стражи, сию же минуту не пустят осмотреть место преступления, я разнесу в щепки все это воронье гнездо, так что камня на камне от него не останется!
Эльга слабо охнула. Красавец внимательно оглядел ее с головы до ног.
— Монастырь в щепки разнесу, ну а тебя, красотка, увезу с собой, — хитро подмигнув, шепотом добавил он и улыбнулся в роскошные усы.
Глава 29
Начальник городской стражи Бэр был чернее тучи.
— А ну, давай, голубчик, рассказывай о своих подвигах, — сердито приказал он Свену.
Слово «голубчик» теперь звучало не слишком-то дружелюбно. Сержант и сам чувствовал, что виноват. Но признавать это, естественно, не хотелось.
— Ну, у меня же того… все правильно было рассчитано, — довольно бодро начал он. — Заманили преступника в ловушку. Впереди и сзади охранники, слева ручей, справа стена монастыря. Некуда, значит, разбойнику деваться.
— Ну а дальше, дальше-то что было? — зловеще прошипел Бэр.
— Не знаю, — тяжело вздохнув, признался Свен. — Сам-то я, как по башке получил, так маленько… это… отстал. Я же чего — я думал, бандит уже у нас в руках, он ведь от меня прямо на засаду побежал. А потом вдруг исчез, будто сквозь землю провалился. Солдаты с холма спустились — говорят, никого не видели. То есть из-за стены он, выходит, так и не появлялся. А по башке мне дал, когда мы у самого монастыря столкнулись… Чудеса какие-то…
Начальник стражи еще больше нахмурился.
— Чудеса? Вот и народ теперь в городе волнуется, говорит, что от колдовства никакого житья не стало. Этот кубок — он же от общины! Все переполошились… эх, зачем я тебя послушал… И тут еще события такие на носу. Сам епископ едет в монастырь за Слезой Гунгиллы.
— За чем едет? За какой еще слезой? — переспросил Свен.
Бравый сержант настолько был захвачен собственной неудачей, что почти не слушал начальника.
— Не слыхал, что ли, про драгоценную реликвию, главную гордость пинедского монастыря? — снисходительно улыбнулся Бэр. Похоже, он просто не мог долго сердиться на Свена. — Что ж, неудивительно. Никто ее в городе и не видел. Заперта Слеза Гунгиллы в подземном склепе, а ключи у самого епископа.
— Ах эта… — Свен взял себя в руки. — Слыхал что-то. Еще сказка какая-то об этой штуке имеется, о священной реликвии. Только я позабыл, чего там со Слезой… А епископу она зачем?
— Экий ты… — Бэр покачал головой, — недогадливый. Причина все та же самая. Предстоит коронация нашего славного императора Алекиана. Прелаты свезут в столицу, откуда только можно, всевозможные реликвии, чтоб торжественно, стало быть, венчался на царство наш повелитель. Так что его священство Фенокс тоже желает не с пустыми руками… Ну и… Слушай, Свен, рассказываю тебе это по секрету, смотри не трепись!
— Да я никому! — с готовностью выпалил сержант.
Поскольку было видно, что начальник на него не сердит, раз такие доверительные разговоры заводит, у парня отлегло от сердца.
— Так вот, решено собрать все священные талисманы и божественные реликвии, чтобы церемония поторжественней была. Ну а поскольку Слеза Гунгиллы хранится у нас, то его священство за ней и приедет. Ключи-то у него.
— Чтобы, ежели что, никто до сокровища не добрался, даже сама настоятельница? — догадался сержант.
— Вот именно, — подтвердил начальник стражи. — Только помни, шибко распространяться на эту тему не надо.
Свен криво усмехнулся.
— Хороша тайна, о которой разбойники знают, — довольно бестактно заметил он.
— Откуда же им знать? — мрачно спросил Бэр.
— Вот и я не понимаю откуда. Но то, что знают, не сомневайтесь. Недавнее ограбление монастыря помните? Дело рискованное, а украли-то сущую ерунду. Мне только теперь понятно стало, преступник к реликвии подбирался. И убийство матушки Ганы тоже, наверно, с этим связано.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
