стоим в очереди, но когда Уэст мягко поднимает меня на ноги, я без колебаний следую за ним. Особенно учитывая, что он не отпускает мою руку.
Я смотрю на него под этим углом – он, ведя меня за собой, неторопливо направляется к тому месту, на которое нацелился. Ошеломляющий рост Голденов объясняет, почему они немного пригибаются, чтобы не удариться головами. Что ж, как бы я на него ни смотрела, Уэст всегда впечатляет.
Мы останавливаемся у ряда кресел. Когда Уэст поворачивается ко мне лицом, одна из его идеальных бровей выгибается. Он спрашивает:
– У окна или у прохода?
– У окна, – отвечаю я, и меня подводят к сиденью, после чего Уэст опускается рядом.
Он берет мой напиток и маффин, пока я снимаю рюкзак. Затем я делаю то же самое для него. Клянусь, кажется, будто мы делаем так всегда, что только усиливает ощущение правильности всего происходящего.
Автобус заполняется, и Дэйн со Стерлингом занимают места через проход, в то время как Джосс садится прямо перед нами. Вместо того, чтобы оставить место для кого-то еще, она складывает на свободное сиденье все наши сумки.
– Итак, – бодро говорит она, широко улыбаясь. – Я слышала, ты сегодня идешь с нами на вечеринку. Это правда?
Я киваю.
– По крайней мере, таков план.
– Круто. Короче, там есть клуб «для взрослых», все думают, что мы в этот раз туда сходим. Он практически по соседству с нашим отелем. Я глянула местечко в инете, и, судя по отзывам, у них очень классная музыка, – добавляет она, отхлебывая из стакана.
– Я так давно не была в клубе, что даже и не припомню, – признаюсь я.
– Не твоя тема? – спрашивает Джосс.
Я пожимаю плечами и отщипываю маленький кусочек от своего маффина.
– Скорее, у меня нет времени, – шучу я. – С учебой, тренировками, работой и присмотром за сестрой единственное, чего мне хочется, – это поспать.
Замечаю, что я единственная, кто после этих слов по-прежнему улыбается. Похоже, я порчу всем настроение своими реальными проблемами.
Упс.
Когда автобус трогается, мой взгляд устремляется в окно. Уже стемнело, и мы будем заперты здесь несколько часов. Заметка для себя: только не сделай эту ситуацию неловкой.
– Сколько лет твоей сестре? – спрашивает Джосс, удивляя меня своим мгновенным возвращением к теме, которой, как я думала, они все хотели избежать.
– Четырнадцать. Скоро у нее день рождения, в январе.
– Вы близки?
Я киваю, и этот вопрос напоминает мне, как сильно я буду скучать по этой соплячке в выходные.
– Да, – признаю я. – Но ей уже надоело, что я командую.
Джосс смеется, и я допиваю остатки своего горячего шоколада, а после ставлю стакан рядом с собой на пол.
– А как насчет тебя? У тебя есть братья или сестры? – спрашиваю я.
Она качает головой, и ее длинные косы шевелятся.
– Нет, только я. Я бы хотела, чтобы у родителей был еще один ребенок. Может, тогда они бы меньше наседали на меня.
– О да, черт подери, – поддразнивает Дэйн. – Но они все равно нашли бы причину, чтобы доставать тебя.
Комментарий заставляет Джосс рассмеяться, но потом она вскакивает и шлепает Дэйна по руке.
Она откидывается на спинку сиденья, когда автобус сворачивает на шоссе, раскачивая пассажиров. Мы доедаем те закуски, что парни взяли в кофейне, а затем Стерлинг наконец подмечает очевидное. Тихо, наклоняясь через проход, чтобы никто за пределами нашей маленькой группы его не услышал:
– Так что, у вас двоих все в порядке?
Глубокий рык Уэста рушит серьезную атмосферу, которую Стерлинг излучал всего секунду назад.
– Чувак, хорош уже строить из себя доктора Фила. Сколько тебе заплатить, чтобы ты на хрен не лез в это? – вопрошает Уэст.
– Значит, напряженно? – говорит Стерлинг с невозмутимым лицом, а потом на его лице появляется улыбка, и я понимаю, что он всего лишь шутил.
– Очень напряженно, – поддакивает Джосс.
Уэст явно держит свою компашку в курсе всех событий, что я нахожу довольно милым. Это значит, что он говорит обо мне, когда меня нет рядом. Возможно, даже иногда получает советы от этой троицы.
– Черт. Извини за это, – говорит он, наклоняясь ко мне.
– Даже не знаю, – отвечаю я. – Может, он и прав в чем-то. Небольшая консультация могла бы пойти нам на пользу.
На губах Уэста появляется легкая улыбка, когда он понимает, что я не переживаю насчет замечания его брата.
– Ты просто очаровательна, Саутсайд, – ворчит он в своей сексуальной, задумчивой манере.
Нам трудно оторвать друг от друга взгляд, но когда Дэйн заговаривает, мы оба поворачиваемся в его сторону.
– Может, стоит сыграть в «Правду или действие», – говорит он.
– Не-а.
– Нет.
– Ни за что.
Ответы Уэста, Стерлинга и Джосс дают мне понять, что они явно знают что-то, чего не знаю я, когда речь заходит о Дэйне и этой игре.
– Ты что-то торопишь события, – признается Джосс. – Давай дадим Блу привыкнуть к нам нормальным, прежде чем отпугнем бедную девочку. Лады?
– Да нет никаких «нормальных нас», – парирует Дэйн, на что Джосс пожимает плечами, пересматривая свои слова.
– Возможно, ты прав, – признает она.
Они заводят свой собственный разговор – Джосс и Золотые мальчики номер два и три, – оставляя нас с Уэстом в стороне. На улице кромешная тьма, и в воздухе все еще витает прохлада, даже внутри автобуса. Тогда Уэст, – будто он еще недостаточно был моим рыцарем в сверкающих доспехах на сегодня, – лезет в свою сумку и достает оттуда маленькое черное одеяло с гербом школы по центру. Он не спрашивает, холодно ли мне, просто накрывает им мои ноги и свои заодно.
Затем он предлагает мне один из наушников, и я принимаю его, позволяя тексту и мягкому ритму одной из моих любимых песен – «Right» Мака Миллера, – наводнить мои мысли. Одна мелодия перетекает в другую, и через некоторое время мы устраиваемся поудобнее в нашем маленьком пространстве. Моя голова покоится на плече Уэста, а его рука под одеялом лежит на моем бедре.
Я чувствую нечто такое, о чем раньше и подумать не могла. Будто бы… возможно… было бы не так уж паршиво стать его девушкой.
Глава 30
Уэст
Дэйн и Стерлинг сказали мне не напирать, так что я не напираю – просто наблюдаю, сидя за столиком в углу, как сталкер, в которого меня превратила Саутсайд. Да, она согласилась пойти со мной в этот клуб сегодня, но совет моих братьев состоял в том, чтобы помнить – она мне не принадлежит. Что мне нужно дать ей подышать,
