вырваться из хватки, но меня не отпустили, наоборот схватили крепче и встряхнули:
— Сдурел?! Да кто тебя пустит? Или думаешь, что привратник без разрешения позволит...
— Я его попрошу. Также, как ты просишь, — мрачно усмехнулся я.
Я видел, что Рефорн волнуется, буквально места себе не находит, но сейчас меня словно отрезало: никаких чувств, кроме раздражения, что он мешает.
— Хэй, да не в этом дело! Ты умереть можешь, понимаешь?!
— Еще никого спуск на землю не убил, — огрызнулся я.
Я направил заклинание в Рефорна — больше для предупреждения, чтобы отпустил. Но тот, увы, мое предупреждение проигнорировал, наоборот, он использовал магические путы.
— Никто и никогда не был настолько силен, как ты! Закон этого мира защищает людей от вмешательства божеств. Чем больше сила — тем сильнее отдача. Как думаешь, что произойдет с тобой? Твоя сила веры тебя попросту убьет!
— Не убьет, — ответил я, сбрасывая с себя путы и злясь на то, что Рефорн перегораживает мне путь. — На крайний случай, я ведь могу развеять силу веры — и дело с концом.
— С ума сошел?! Хэй, успокойся, ты сейчас взбудоражен. Тебе нужно выдохнуть и...
— Дождаться того, как тигры умрут? — спросил я.
— Хочешь умереть сам? Или силу веры развеять, как сошедшее с ума божество? — вторил мне Рефорн.
— А это идея, — улыбнулся я.
— Хэй... ты ведь... осознаешь, насколько важна сила веры?
— Сила верыы-ы-ы, сила веры, — рассмеялся я, чувствуя небывалую горечь. — Вы на ней все помешаны, что ли?
— Хэй, сила веры — это важная часть...
— Это неважная часть. Это неважная часть, если из-за нее меня вечно пытаются ограничить или использовать. Какой в ней смысл, Рефорн? — улыбнулся я.
— Она делает тебя сильнее, чем ты сильнее, тем...
— Да какой толк от всей этой силы? Зачем мне эта сила, если я ничего не могу с ней сделать, Рефорн? Если я даже не могу помочь тому, кто мне дорог?!
— Но это не повод умирать, — рявкнул Рефорн, а после почти взмолился: — Приди в себя, Хэй.
— Рефорн, спасибо тебе за все, — сказал я, улыбнувшись. — Но я все равно пойду. И если Ксора нет на небесах, то ты сам должен понимать, что остановить меня некому.
— Посмотри на меня, — неожиданно спокойно сказал Рефорн. — Покажи свои бесстыжие глаза, чтобы я понял, что в тебе сидит — решимость или глупость.
Не знаю, что Рефорн увидел в моих глазах, но больше удержать меня не пытался. Но пошел со мной.
— Рефорн? Ты куда?
— Помогать всяким глупцам, — ответил он. — У меня почти нет времени на земле, но вдвоем все-таки будет лучше, чем в одному. Да и привратника получится быстрее... попросить.
Тогда я так и не смог сказать Рефорну спасибо — моя благодарность оказалась слишком велика, чтобы выразить её простыми словами.
***
До земли мы добрались без происшествий: привратник, увидев Рефорна, даже не стал спрашивать пропуск, позволив нам пройти на небесные тропы, а потом и на землю. Людские земли встретили нас неприветливо: холодной погодой и ледяным ветром. Хорошо, что тела божеств отличаются особой стойкостью.
— Ты примерно представляешь, где мы, Хэй? — тут же спросил Рефорн. — Нельзя терять время.
— Я огляделся и с облегчением увидел свою статую, на которую и ориентировался при спуске. Она и впрямь была великолепна: словно взяли меня самого и исправили все возможные несовершенства, присутствующие во внешности.
— Мы в деревне у тигров, но я не чувствую Сейру, сейчас... — сказал я, собираясь использовать заклинание, но Рефорн меня остановил:
— Подожди. Как только используешь силы, отдача сразу же тебя настигнет. Позволь мне найти её и показать, где она. Не думаю, что я смогу находиться на земле дольше — я исчерпал лимит еще в прошлом году.
Я кивнул: даже за несколько секунд нахождения на земле у меня начинала болеть голова, а во всем теле была жуткая тяжесть. Что будет через минуту — страшно представить. Рефорн испытывал то же самое?
— Нашел, — сказал Рефорн через пару секунд, подходя ко мне.
Его ладонь легла на мою голову, передавая информацию о местонахождении тигров. Повозки с тиграми находились в нескольких километрах от нас. К счастью, эти мерзкие людишки не убили никого, потому что возобладала жадность: уж слишком выгодно можно было продать монстров. Ничтожества! Они...
— Хэй, я ухожу, — сказал мне Рефорн: его лицо впервые выглядело таким бледным. — Бери. Лекарства. Ты же не можешь исцелять.
В руки мне впихнули пространственный мешок. И когда только Рефорн успел все это подготовить? Спросить я не успел, потому как Рефорн исчез. Быстро. И мне нужно поторопиться.
Я активировал заклинание ускорения и осознал, что не могу двинуться даже на миллиметр от пронзившей меня боли. Она начиналась с самой макушки и растекалась по телу словно сильнейший яд. Тело немело, а потом по нему проходились волны боли — постоянно, без малейшей передышки. Я попятился и натолкнулся на свою статую. Если бы не она, то упал бы навзничь. А так медленно сполз вниз по неровной поверхности.
Я не мог не усмехнуться — так вот о чем меня предупреждали. Больно! Дико больно! Я снял заклинание, пытаясь чуть утихомирить боль. Это помогло, но не слишком: с каждой секундой мне становилось все хуже.
Развеять силу веры? Да пока я буду её развеивать, я сойду с ума от этой боли. Вернуться на небеса? И бросить все... нельзя...
Нельзя!
собрал силу веры в ладони и начал медленно отпускать в землю, но потом заметил, что её частично забирает статуя.
Точно! Сродство! Чем оно выше, тем проще отдать энергию, а ведь статуя и сила веры в чем-то сходны. Я передавал силу веры сначала медленно, а потом все быстрее, быстрее. Статуя была подобно губке и охотно принимала даваемую магию.
Какое гениальное решение с силой веры! И даже Сейра меня не царапнет за то, что я так бессовестно пустил благодарность всех монстров по ветру. Я осторожно встал, опасаясь, что появится новая вспышка боли. Но сейчас все было достаточно неплохо. Заклинание я накладывал медленно, но опасения не подтвердились: чувствовал себя отлично.
Что ж, мне определенно стоило поторопиться.
Я оказался рядом с повозками с тиграми в мгновение ока. Охотники даже пикнуть не успели, как попадали на землю без сознания. Как бы я не желал, чтобы их существование прервалось, это было бы нечестно: пусть лучше тигры выплеснут на них свой гнев.
Отправив охрану в глубокий обморок, я добрался до повозок и стал постепенно освобождать тигров. Не единожды за все время я возблагодарил Рефорна за сумку с лекарствами: слишком уж много раненых, причем серьезно, было среди тигров. Не будь у меня кристаллов и зелий исцеления, многие тигры не пережили бы это нападение.
Сейра, чье состояние напугало меня еще в тот момент, когда я был на небесах, оказалась не настолько серьезно раненой: магия, которой я постоянно с не делился, частично справилась с опасными ранами.
Волнение за тигрицу полностью перекрыло другие мои опасения. Например, что я получу несколько внушительный царапин за то, что сделал. Собственно, опасался я не зря. Как только я и Сейра закончили с помощью остальным тиграм, а также со связыванием пленников, Сейра позвала меня поговорить.
— Ты дурак, — сказала Сейра, совершенно бесцеремонно полоснув меня когтями по одному мягкому месту.
Не то что сильно, но ощутимо. Это было неприятно и обидно! Уж извините, кто-то обещал повредить эту часть тела Эберу, а не мне!
— За что?!
— За то, что дурак.
— Думаешь? — фыркнул я.
— Знаю. Отказаться от силы веры? Ради чего? Нет, Хэй, я примерно понимаю... Но в то же время не понимаю! — зарычала на меня Сейра. — Жизнь монстра в сравнении с твоей так быстротечна! Мне нравится
