— Вот оно что, — сказал хирург. — И все это время вы разгуливали, нося в себе кусочек его мундира.
Во рту у Хьюго появился острый привкус тошноты. Бедняга Бейнбридж. Будь Хьюго командиром получше, этот юноша, возможно, остался бы жив. Равно как и другие его подчиненные. Хьюго отвлек себя от запаха пороха и грохота пушки. Эта часть его жизни закончилась, и лучше всего забыть о ней, как и вообще о большей части его жизни.
Хирург бросил окровавленный кусочек галуна на поднос.
— Теперь остается только прочистить рану, наложить шов, и вы будете почти как новенький. Если в рану не попадет инфекция. Тогда ногу придется ампутировать.
Зачем он говорит с такой надеждой? Хьюго напрягся.
— Вы уверены, что не хотите ничего выпить от боли?
— Нет.
Хирург продел нить в иглу.
— Знаете, если бы вы еще потянули время, мне пришлось бы искать признаки гангрены. Вы были на волосок от ампутации, милорд.
Значит, нужно поблагодарить Люсинду за его ничего нестоящую жизнь. И он нашел отличный способ сделать это. Способ этот пришел ему в голову в ночь праздника. Поскольку у нее уже есть ребенок, она не очень захочет иметь еще детей. Он может жениться на ней, зная, что ей никогда не придется испытать мучения жены Уонстеда.
Он позволил робкой надежде на будущее заслонить страдания прошлого. Он зажал в зубах кожаную полоску, а врач принялся за свою работу.
Через две недели после операции боль превратилась, в далекое воспоминание. Теперь Хьюго мог ходить, не опираясь на Трента. Бодрой походкой Хьюго шел в толпе по Бонд-стрит, весело крутя в руках свою трость. Пешеходы обтекали его, как обтекают пушку кавалеристы, идущие в атаку. Ему оставалось сделать еще одно дело и побывать в игорном доме с Артуром, а потом можно будет ехать домой. К Люсинде.
Он представил себе, какое у нее будет лицо, когда он попросит ее стать его женой, и ему захотелось пуститься в пляс прямо на улице. Разве это не прекрасно? Он усмехнулся метельщику, который расчистил перед ним улицу, когда он собрался перейти на другую сторону, и бросил ему шиллинг. Мальчишка сунул монету в карман, словно опасаясь, что Хьюго заметит свою ошибку.
Переулок, который он искал, был по правую руку. Он замедлил шаг, высматривая вывеску над незаметной дверью в лавку. «Миссис Симс, товары для джентльменов». Когда он вошел, звякнул звонок, висевший на двери.
— Добрый вечер, сэр, — проговорила женщина средних лет, стоявшая за прилавком. — Чем могу быть полезна?
— Кондомы.
— Хорошо, сэр. Сколько?
— Я бы хотел, чтобы мне постоянно доставляли их на дом. Дюжину.
— Хорошо, сэр. Это заказ на каждые три месяца?
Ну, уж нет, он надеялся, что этого не хватит.
— На каждый месяц. Счет пошлете на этот адрес. — И он подал женщине свою визитную карточку.
Она улыбнулась.
— Хотите, как старый солдат, всегда быть наготове и участвовать в парадах постоянно, сэр?
Он безучастно посмотрел в ее понимающие мутные глаза, а потом понял, что она говорит о его анатомии, а не о его бывшей профессии. Хьюго усмехнулся:
— Да. Собираюсь.
Она хрипло хохотнула.
— Значит, вы желаете забрать с собой запас на первый месяц, сэр?
— Это хорошая мысль, — Он порылся в поисках денег.
— Не беспокойтесь, сэр. Я припишу сумму к вашему счету. Заказ будет доставляться вам первого числа каждого месяца регулярно. Если вам понадобится большее количество, пришлите мне записку.
Большее количество.
— Пусть лучше доставят две дюжины. На всякий случай.
— Вот оно что. Новый роман, не так ли? Потому что я представить себе не могу, чтобы такой джентльмен, как вы, открыл бордель.
— Бог мой. Разумеется, нет.
— И я не могу себе представить, что вы будете посещать ее три раза в день.
— Мадам, вас это не касается. Женщина наклонила голову набок.
— А если это постоянная связь, вам не подарят французскую болезнь. Значит, вы пользуетесь ими, чтобы не иметь детей. Весьма благородно с вашей стороны, — женщина бросила взгляд на его карточку, — лорд Уонстед. Не каждый джентльмен думает о том, в каком положении окажется свет его любви, родив незаконного ребенка.
Жена. Она будет его женой. Он едва удержался, чтобы не похлопать себя по карману, где лежало специальное разрешение на брак, которое он получил еще до своего визита к хирургу.
Судя по всему, женщина и не рассчитывала на ответ, потому что она сняла с полки коробку и поставила на прилавок.
— Это вас обеспечит на то время, пока не доставят заказ. Заказ будет, завернут в коричневую бумагу, обратного адреса не будет, только пометка «лично и конфиденциально». Могу ли я предложить вашему сиятельству что-нибудь еще? — Она кивнула на стеклянный шкаф, в котором лежало все — от таблеток, повышающих либидо, до искусственных пенисов всех размеров.
— Нет, благодарю.
Она окинула его взглядом.
— В самом деле. Судя по вашему виду, вы вполне можете обойтись собственной оснасткой и не нуждаетесь ни в каких добавочных средствах.
— Всего хорошего, миссис Симс.
— Всего хорошего, лорд Уонстед.
Выйдя на улицу, Хьюго почувствовал, что по спине у него сбегает струйка пота. А чего он ожидал? Когда заказываешь такое количество кондомов, это не может не вызвать комментариев. Но он знал наверняка, что не посмеет подойти к Люсинде без предохранительного средства. Он не повторит ошибки, совершенной в ту ночь, как бы ни был возбужден. Он не хочет быть виновником еще одной смерти.
Дойдя до угла, Хьюго увидел, что мальчишки-метельщика и след простыл. Наверное, побежал в соседний трактир, радуясь золотой монете, которую бросил ему сумасшедший господин. Хьюго обошел кучку навоза, дымившуюся на мостовой, увернулся от тяжело груженной повозки угольщика, обошел извозчика, наклонившегося над стопорами колес, и пошел в свою гостиницу.
Еще одна ночь в этом вонючем шумном городе — и можно возвращаться в Грейндж.
Домой.
Впервые после стольких лет ему захотелось домой. Он сам себе не поверил — все дело было в Люсинде. Он шел по улице, и его ничуть не тревожило, что кто-то увидит его дурацкую улыбку.
Глава 16
Трент смахнул с фрака Хьюго кусочек корпии и отступил.
— Что-нибудь еще, милорд?
— Нет. Идите, веселитесь. — Хьюго указал на пакет, лежавший на кровати. — Запаситесь парочкой этих штуковин. Не забудьте подержать их перед применением пару часов в воде.
Трент поморщился.
— Терпеть не могу пользоваться ими. Это все равно, что купаться в высоких сапогах.
— Это лучше, чем пустить все на самотек.
