— Марк, нам необходимо обсудить один вопрос, — раздался её голос у меня за спиной.
— Да, конечно, — спокойно ответил я и, развернувшись, вышел, даже не посмотрев на Лию.
— Ты ведёшь себя глупо и по-детски, — произнесла она, спускаясь по лестнице.
— Знаю, — поморщившись, ответил я. "Вполне достаточно было прислушаться к звукам из-за дверей, а не ломать их сразу. Но что сделано, то сделано" — я вздохнул.
— Не буду вмешиваться в ваши отношения, и думаю, ты найдёшь подход к Амалии, — тем временем сказала Королева. — Просто думай головой, а не сердцем. Но не об этом я хочу с тобой поговорить.
— А о чём? — открывая дверь в свой кабинет и пропуская Тейту вперёд, спросил я.
— Меня волнует рацион питания Амалии и та частота, с которой она ходит на охоту, — сказала она, усаживаясь на кожаный диван.
— Меня и самого это волнует, — мрачно ответил я, сев в кресло.
— Знаешь, когда я была беременна, то испытывала постоянную жажду, и утоляла её каждый день, как сейчас Амалия.
— Она не может быть беременна. Я всегда был очень аккуратен, — уверенно ответил я.
— А кто сказал, что отец ты? Такой аппетит просыпается на втором месяце беременности, — спокойно сказала Королева, а я оцепенел.
"Если второй месяц, то отцом ребёнка может быть только тот дампир. Сучонок! И тут успел наследить! Точно убью гада" — во мне поднялась волна ненависти и я, вскочив на ноги, стал ходить из угла в угол. "Ненавижу! Найду и буду очень долго и медленно убивать!".
— А может дело не в беременности? — с надеждой спросил я. — Она ведь ещё плохо контролирует свою жажду, может, поэтому не может насытиться.
— Я вызвала сюда Авентина, своего врача, чтобы он осмотрел её, — сказала Тейта, наблюдая за мной. — И если она действительно беременна, то будет очень интересно посмотреть на родившего ребёнка. Амалия забеременела им, будучи ещё человеком, и отец этого ребёнка дампир. А потом ты обратил её в вампира. Такого в нашей истории ещё не было, понимаешь? — она с интересом посмотрела на меня. — Ребёнок зачат от дампира, но в его венах течёт кровь вампира. Твоя кровь, Марк, потому что ты её обращал. Мама бывший человек, папа дампир, а кровь у ребёнка от вампира. Это будет ребёнок трёх рас. И если Амалия на самом деле беременна, то сдаётся мне, что беременна будущей Королевой.
— Но ведь дампиры могут иметь только сыновей, — возразил я.
— Да, но кто знает, может именно она смогла забеременеть девочкой. Мы всегда считали, что дампиры являются носителями только Y-хромосомы и не проверяли их, потому что у них рождались только мальчики. А если они носители и X-хромосом, просто она в их организме подавлялась? Кто знает? Или всё дело в том, что Амалию обратили во время беременности?
— Но ведь пол ребёнка закладывается в момент зачатия.
— Верно, но первые три месяца эмбрион развивается как особь женского пола, и обращение Амалии в вампира, могло дать какой-то генетический сдвиг. Боюсь, мы никогда точно не узнаем, что могло произойти, — задумчиво произнесла Тейта.
Я вернулся в кресло и тоже задумался. Вообще-то ситуация действительно получалась нестандартная и такого никогда не было. "Чем тот дампирёныш думал? Ведь останься Лия человеком, она бы умерла. В любом случаи, даже если она родит мальчика, то она не умрёт, а это главное".
— Когда Авентин будет здесь? — спросил я. Мне уже самому не терпелось узнать — беременна Лия или нет.
— В течение часа должен прибыть. Но думаю, с ней стоит поговорить до его приезда. Ты это сделаешь, или мне к ней пойти?
То, что Лия могла носить под сердцем чужого ребёнка, было неприятно, и я закрыл глаза пытаясь примириться с этим. "А с другой стороны — ведь я её обратил и Тейта права, у этого ребёнка моя кровь. Плевать кто биологический отец, это ведь Лия и это её ребёнок в первую очередь, а потом она родит мне и моих детей" — решил я и, встав, произнёс:
— Я сам с ней поговорю.
Поднимаясь по лестнице, я думал о том, как ей всё рассказать и не мог подобрать слов, а оказавшись перед её спальней, поморщился, глядя на то, как убирают последствия моей выходки. Два вампира увидев меня, склонили головы, и отошли, давая мне пройти в комнату. Амалия сидела в кресле, подогнув под себя ноги, и смотрела в окно.
— Извини за дверь, — тихо сказал я.
Она дёрнулась и, не поворачивая головы, сказала:
— Это твой дом, и ты здесь хозяин, делай что хочешь.
— Это и твой дом, — ответил я, но Лия промолчала и продолжила смотреть в окно.
Отчуждение, возникшее между нами, больно отзывалось внутри и мне вдруг стало страшно. "А что если эта беременность только ещё больше увеличит между нами пропасть? Ведь не я отец этого ребёнка и Лия до сих пор может любить того дампира. Вдруг она вообще больше меня к себе не подпустит?" — все эти мысли причиняли ещё больше боли. "Лучше сразу всё выяснить, чем терзать себя незнанием".
— Нам надо серьёзно поговорить, — спокойно произнёс я.
— О чём?
— Пошли в мою комнату. Разговор будет непростым и лишние глаза и уши здесь не нужны, — сказал я, намекая на вампиров, которые занимались починкой дверей. Лия повернула голову и холодно посмотрела на меня, давая понять, что никуда не пойдёт. — Поверь, это в твоих же интересах, — взяв её за руку, я поднял её с кресла и повёл к себе.
Она недовольно фыркнула, но без сопротивления проследовала за мной. Оказавшись в своей спальне, я плотно закрыл дверь и подвёл её к дивану, напротив камина, но она вырвала свою руку и сев в кресло возле окна, выжидающе посмотрела на меня.
— Амалия, ты часто питаешься, потому что испытываешь голод? Или тебе кажется, что чего-то не хватает, но чувства голода нет?
— Голод, — виновато сказала она и опустила голову. — Я пытаюсь сдерживать себя, но не могу. Это ненормально, да? Со мной что-то не так? Ведь раньше я пила раз в четыре дня, потом раз в три, а сейчас вообще каждый день. Это ужасно.
Я подошёл к креслу и присел на корточки. Мне было жалко Лию, хотелось прижать её к себе и успокоить, но я боялся, что она оттолкнёт меня, поэтому позволил себе взять её только за руку. Набрав в лёгкие воздух, я задал самый главный вопрос:
— Когда у тебя последний раз были месячные?
Она испуганно посмотрела на меня и прошептала:
— Ещё дома, в Краснодаре. А что?
— Похоже, что ты беременна…
— Что?! — она вскочила с кресла и с ненавистью посмотрела на меня.
— И отец этого ребёнка не я, — закончив фразу, я внимательно посмотрел на Лию. Она поднесла одну руку ко рту, а вторую положила на живот и замерла. — Это ещё не точно, но твоя жажда говорит именно об этом. Тейта вызвала врача, который всегда у неё принимает роды, и скоро он будет здесь. Ты позволишь себя осмотреть?
