питаться младенцами - ему бы это простили и даже снабжали бы всем необходимым. Казалось бы, чего еще надо? Но ведь основной план-то был не в этом!
Эльфы должны находиться в состоянии перманентной, непрекращающейся ссоры. Касты должны смотреть друг на друга волком, и на вершине этого хаоса должен быть Великий Князь, а точнее, его кукла, которой управляет она, Колет. В подобном хаосе Великий лес лежал бы у ног вампиров и можно было осуществить здесь многое. Очень многое.
Вот только, по факту, не удалось даже жрецов уничтожить.
Остатки касты покинули свои исконные территории обитания и перебрались на границу с Чергорией, а там была такая анархия, что приказы не исполнял никто, да и не было никого, кто бы подчинялся власти Великого князя. Тогда перед куклой правителя эльфов предстали наиболее уважаемые старейшины всех остальных каст и уговорили Колет повременить с окончательным уничтожением жрецов, которые, если и могли покинуть Великий лес, то только в лапы вампиров Чергории. Вампиресса дала себя уговорить, тем более остатки касты жрецов в ее представлении являлись идеальным громоотводом и стороной, которую можно было легко обвинить в любых бедах и несчастьях, да свалить на них возможные собственные промахи. Вот только из жрецов получился не только отличный стрелочник, но они стали также и прекрасным пугалом для всех остальных и заставили их быть едиными даже там, где эльфы традиционно соперничали друг с другом.
А потому, когда Колет устами и руками Великого князя решила провести любимую всеми политиками игру в разделяй и властвуй, у нее ничего не получилось.
По замыслу вампирессы, касты эльфов должны были начать ссориться друг с другом еще на этапе дележа добычи, доставшейся им от побежденных жрецов. Но, к удивлению Колет, ничего подобного не произошло. Никакие намеки Великого князя на нечистоплотность конкурентов не были услышаны. Несколько редчайших и уникальнейших артефактов были поделены так, что недовольных не осталось.
Единственный в своем роде переносной алтарь с мощнейшим накопителем магической энергии, способный заряжать другие накопители, был по всеобщему единогласному решению передан в руки Великого князя и устроить вокруг него свару не получилось даже на секунду. Все просто сказали, что им такое не нужно! Как такое вообще может быть кому-то не нужно? Да любой король полцарства за подобный алтарь отдаст!
Записи, методики и ритуалы по созданию личей - то, за что Колет сама была готова убивать всех и каждого, единогласным решением были приговорены к уничтожению. Еле удалось в последний момента заменить настоящие материалы подделкой.
Да Мур их всех побери! Даже презренные деньги и ценные материалы поделили без ссор и взаимных претензий! И никто не ушел обиженным или просто недовольным. «Все по справедливости, брат.» Ага. Тысячи лет грызлись из-за любого лишнего медяка доставшегося не им. Нескончаемые века интриг и взаимной подлости лишь ради небольшого усиления собственной касты - и вот те раз. Они делят все честно и открыто, без недомолвок и претензий. И даже не вспоминают при этом, как дед какого-нибудь старейшины хренову тучу лет назад в точно такой же ситуации обидел деда другого старейшины.
Как это вообще возможно?
Но даже на этот вопрос плевать! Что делать самой Колет, когда ее интриги, намеки, и даже открытый фаворитизм не помогают?
«Раса на грани гибели, брат, только ты можешь спасти нас».
Передразнила Колет слова делегаций от всех каст, когда она устами Великого князя прямо задала им вопрос: не обижается ли кто-то не его действия.
Никто не обижался.
Так и хотелось дать в эти смиренные морды, но эльфы никогда прямо не врут друг другу, да и кровь говорила о том, что верхушка, и правда, испугалась сложившегося в стране положения и была готова на все, лишь бы единственный, кто хоть что-то делал со всем этим бардаком и хоть как-то его исправлял, и дальше бы занимался своей работой по спасению эльфийской расы из всего того дерьма, в котором она оказалась.
Кстати, ситуация, и правда, была хуже не придумаешь. Несмотря на решительную победу над мятежниками и куда более спокойную ситуацию в Великом лесу, обычные эльфы все еще предпочитали бежать из под его сводов куда подальше. Кобольды и тифлинги уже пару раз присылали свое посольство к Великому князю и намеками, что не очень-то хотят видеть подобных беженцев на своей земле, так как очень уж их нынче много. Гномы и люди пока молчали, но и там все было понятно. Десятки тысяч надменных подданных не нужны никому, а эльфы даже из самых низших каст были надменны.
Но повальное бегство населения было не самой большой проблемой Великого леса. Потрепанная в сражениях армия с трудом контролировала обстановку внутри самого Леса. И это было куда опасней, ведь десятки магических аномалий, хоть и были давно и надежно ограждены и изолированы, тем не менее раз за разом рождали монстров, желающих отведать свежего эльфийского мяса. А еще разведка стала доносить о том, что остатки жрецов смогли организоваться и вновь что-то затевают на границе с Чергорией.
Последнее стало для Колет той соломинкой, что сломала спину верблюду, и вампиресса связалась с Триумвиратом, чтобы сообщить о провале своей миссии. Но Александр лишь посмеялся над ней и приказал ждать Леонида, ведь, как оказалось, армия вампиров после посещения ими гномов, где был заключен наверное самый великий договор между двумя расами, какой только можно представить, направится не в Чергорию, а сюда, прямиком в ставку Великого князя.
- И что мне делать? - растерянно произнесла Колет стоило ей услышать решение Триумвирата.
- Во-первых, дать разрешение на проход для армии. Леонид уже подделал указ Великого князя, но желательно иметь настоящий. Во-вторых, готовься передать управление куклой Великого князя другому вампиру. Это вскоре будет не твоей заботой. Ну, а в-третьих, планируй маршрут к тифлингам. Твоя посольская миссия продолжается.
- Да, экселенц. А как мне быть с остатками жрецов? Они там опять какой-то ритуал мутят.
- Это больше не твоя забота, девочка. С этого дня жрецы это проблема Леонида. Он решит ее на пути в Чергорию.
Глава 14
Даже временно покидать ставший родным город было страшно, а покидать его на дирижабле было страшней вдвойне. Но Злата мужественно давила свой страх и даже не зажмуривала глаза при взлете, за что была вознаграждена восхитительным видом сверху на ставший родным Ебург. Да и в дальнейшем путешествии из Ебурга в Гнездо виды с обзорной площадки дирижабля открывались самые что ни на есть красочные и чудесные, один восхитительнее другого. Из-за подобных картин страх ушел уже на второй минуте полета, и весь дальнейший путь девочка простояла прислонившись к толстому стеклу кабины и
