– Ты как? – Это и были его слова.
– Я-то? – Рост себя все-таки не очень хорошо слышал. – Хреново. Помоги подняться.
Гесиг выволок его из-за кресла, усадил на краешек пульта, в само кресло Ростик бы все равно не поместился. Наклонился, сдвинул люк и пропал там. Рост обернулся, лобовое стекло не давало обзора по сторонам, но они определенно не летели. Над Ростом мягко светилось серое Полдневное небо, и в нем на очень длинных и нешироких крыльях, похожих на лезвия мечей, летали птицы. Они кружили, словно чего-то ждали, может быть, трупов, которыми можно будет закусить?
Вытащить из трюма Шипирика, который был в сознании, но не мог двигаться, Гесигу не удалось. Он честно пытался, но без успеха. Тогда пилот быстренько скользнул до выходного люка, открыл его, сбросил лесенку и с этого постамента огляделся по сторонам. Обернулся к Ростику.
– Запаздывают они что-то, – оповестил он. – А ведь тут торопиться надо, иначе прихватят и кончат, даже воды напиться не успеем.
Неожиданно, словно из-под земли, появились трое… Похожие на людей, только диковатые на вид, перемазанные в земле и саже, хотя и без оружия. Они ловко стащили Ростика на землю, уложили у одной из посадочных ног ракеты, словно тюк с грузом, а не живого еще человека. Снова тут же пропали во входном люке.
Ростик лежал у горячей после посадки ракетной ноги, чувствовал ее жар, следил за мангустами, которые затеяли обследование поля вокруг. Кстати, было на что посмотреть, это в самом деле оказалось какое-то странное место.
С той стороны, куда Рост мог взглянуть, склоны не слишком высоких холмиков были сожжены очень сильным и точным огнем. Велся он прицельно, об этом говорили попадания по верхушкам холмов, раздробленные и почерневшие от жара камни, прорубленные в почве полосы. И опять же над ними кружили птицы, те самые, которых Рост уже видел. Тут, на открытом воздухе, они не понравились ему еще больше – определенно относились к падальщикам, не иначе.
Шипирика стянули по лесенке, словно он был еще легче Роста. Или он как-то помогал своим носильщикам, хотя и незаметно. Потом Гесиг постоял над Ростом и вполне мирным тоном, уже не пытаясь кричать, пояснил:
– Я – на дозаправку. Может, для последующей переброски для вас найдут машину пошире.
Роста с пернатым отволокли в сторону, Гесиг тут же легко ушел в небо, оставляя за собой чуть видимый розово-серый хвост отгоревших газов. Командир группы, которая выволокла Роста и Шипирика из ракеты, что-то резко пролаял, сейчас же появились новые… люди. Роста подхватили за руки-ноги, понесли чуть не бегом. Направление вся команда держала к низким скалам, отливающим странным серо-черным блеском. С полдороги Шипирика попробовали вести, но в конце концов снова понесли, хотя и придерживали при этом очень неловко. Он невнятно ворчал и пытался вырваться, чтобы самому бежать, хотя и заплетающимися ногами. Мангусты семенили неподалеку от Роста и не пытались влезть на него, хотя им всем было очень страшно.
И тогда Рост увидел… Из-за одного изрытого пальбой холмика показались… Да, это были комши, гигантские пауки. Но какие! Огромные, раза в два больше, чем из тех гнезд, что стояли на континенте Боловска, увешанные какими-то защитными доспехами или оружием, которое они, как и те, уже знакомые Росту, придерживали под брюхом, в нижних лапах, приспособленных для тонкой работы. Передние их ноги были угрожающе подняты, они и бежали только на задних, чем существенно раздвигали возможный сектор обстрела.
И хотя до них было далеко, Рост опустил голову: этих пауков следовало бояться. А главное, оставалось непонятно, на что же рассчитывали его носильщики.
Вдруг откуда-то издалека, пожалуй, с трех-четырех километров, ударили зеленоватые лучи. По паукам стреляли из крупных пушек, но на таком расстоянии этот огонь их, в общем-то, уже и не пугал. Они и не опасались, догоняли людей, как на лыжах с горки. Некоторые даже пробовали достать беглецов огнем своих ружей, но и для них было еще далековато.
Командир группы спасателей снова что-то проговорил, Рост скорее догадался, чем понял:
– На этот раз успели… Все-таки Гесиг слишком далеко от входа садится, нужно ему будет сказать.
И тотчас, словно в подтверждение этих слов, Рост услышал неприятный, лязгающий звук, где-то поблизости металл скрипел по металлу. Значит, слух к нему постепенно возвращался, это было хорошо. Потом Рост увидел это устройство, когда оно оказалось в поле его зрения. Это были толстенные ворота, даже не сваренные, а словно бы выплавленные из цельного куска металла. Но какими массивными и прочными они были! А поворачивались легко…
Теперь пауки молотили без передышки, но пока ни в кого не попадали. А ведь носильщики с Ростом и пернатым стояли так плотно, что хватило бы даже не выстрела, а лишь его рикошета, когда толстый луч вдруг рассыпается на несколько мелких, бьющих в разные стороны брызг… Ворота закрылись, и почти тотчас где-то над ними, за перекрытиями, заработала мощная, уверенная пушка. Рост, лежа на каменном полу, повернулся к командиру:
– Они, кажется, тоже слишком близко подошли и теперь попались.
Командир кивнул, присел, провел пальцем Росту по лбу и шее, стирая пот, словно бы знакомился… на ощупь. Выровнял дыхание, тоже вытерся тряпочкой, которую извлек из рукава:
– Мне говорили, ты никогда не боишься.
Рост разлепил губы.
– Дай воды… – Подумал. Снова спросил:
– Разве мы знакомы?
Командир улыбнулся, посмотрел на своих солдат, те тоже подвыдохлись, но пара из них поглядывали одобрительно. В их глазах не было враждебности.
– Про тебя-то мы уже кое-что знаем. – Пауза. – Даже многое знаем… Достаточно, чтобы сгонять за тобой ракету.
Это интересно, подумал Ростик. А вслух спросил:
– Я-то думал, вы меня для коллекции сюда доставили. – Поднялся на локте, голова закружилась, но он все-таки спросил, вглядываясь в пернатого, который, как и человек, лежал на голом бетоне и тяжело дышал, даже перья у него на плечах и шее поникли.
– Как Шипирик? – И лишь тогда повторил:
– Так даст мне кто-нибудь воды?
Глава 26
Ростик все присматривался к существам, которые втащили его в этот бункер. Сначала они показались ему совершенно похожими на привычных, виденных в Боловске людей, только с чуть другими выражениями лиц. Или на аймихо, в крайнем случае, уж это он знал очень хорошо, потому что две девушки из этого племени стали его женами. Казалось бы, кому как не ему быть экспертом по аймихошкам? Но чем дольше он смотрел и думал, чем больше перед ним проходило этих ребят, тем сильнее его одолевали сомнения.
Возможно, дело было в том, что он уже очень давно не видел не то что аймиховского, но просто человеческого облика, привык глаз к губискам, их пурпурной коже, ярким зеленым глазам и почти всегда белым, как бумага, волосам. Вот и казалось ему, что его от ракеты несли люди… Ну, почти люди.
А может, все было еще проще. Это были солдаты, причем хорошо обученные, в единообразных, мешковатых комбинезонах. И это значило, что их облик в чем-то неуловимом сходился, совмещался, они все делались похожими как братья и сестры, на разные лица и характеры, но… общая стать закаленных бойцов, суровое, немного даже непрошибаемое выражение, внимательный и одновременно чуть расслабленный взгляд солдат, находящихся в относительной безопасности, которая, впрочем, может рухнуть в одну минуту. От них даже пахло как-то одинаково – начищенной кожей, оружием и потом не слишком хорошо вымытого тела.
Ростик поднялся на ноги почти сразу после Шипирика. Только у бегимлеси это получилось более естественно, все-таки он был намного здоровее человека, даже Ростика. Оставалось только удивляться, как некогда с таким вот здоровенным бойцом, как Шипирик, голыми руками расправился сержант Квадратный? К тому же ему достался еще более мощный… образец, ведь он дрался с вождем, предводителем, тренером остальных пернатых.
Рост понял, что стоит, раскачиваясь, придерживаясь за стену. Шипирик со странной заботой рассмотрел его:
