Кратос рассудил, что из замкнутого круга, в котором он оказался, обязательно должен быть выход. С какой стати сомневаться в обещании архитектора, высеченном в камне перед входом в храм? Подбежав к лестнице, он вскочил на нижнюю ступень, и каток лишь содрал с его руки лоскут кожи. Спартанец посмотрел наверх, но подниматься дальше не решился, а вместо этого засек время — ровно через минуту каток опять со скрежетом пронесся мимо.
Спрыгнув на землю и устремившись следом, Кратос по-прежнему не находил выхода. Нельзя было отставать ни на шаг, иначе каток, неумолимо приближаясь со спины, в конце концов просто раздавит его. Взбежав по каменным ступеням на внутреннюю стену, он обнаружил в центре круга большой бассейн с водой, но интуиция говорила, что его путь лежит не там. В противоположном конце коридора виднелся перекидной мост, исчезавший в центре храма.
Добраться туда было непросто — Кратос подозревал, что ступени, которые вели к мосту из коридора, наверняка окажутся такими же ненадежными, как и остальные деревянные лестницы. Снова рядом прогремел каток — спартанец хитро улыбнулся и, когда смертоносное орудие вернулось, перескочил на него.
К вращающемуся камню под ногами требовалось приноровиться. Лишь когда каток сделал полный круг, Кратос перебрался на его край и, поравнявшись с перекидным мостом, прыгнул. Но как ни сильны были его ноги, спартанец не смог дотянуться до моста. Падая, он в отчаянии ухватился за деревянную лестницу и убедился в своей правоте: ловушка! Ступени обрушились под его тяжестью.
Кратос мгновенно выхватил из-за спины клинок Хаоса и швырнул его вверх — конец меча воткнулся в каменную стену. Пролетев еще пяток локтей, спартанец повис на прикованной к запястью цепи, затем уперся в стену ногами и стал подниматься. Каток возвращался, причем быстрее, чем раньше. Одним могучим рывком Кратос перенесся на перекидной мост буквально за долю секунды до того, как грохочущий колосс промчался мимо.
Миновав мост, спартанец свернул в туннель, который длинной вереницей ступеней вел вверх. Дуновение ветра подсказало, что Кратос движется из храма. Он замедлил шаг, затем остановился, пытаясь понять, могли не заметить другой выход из кольцевого коридора, который бы вел в глубь храма. В следующий миг всякая надежда на возвращение растаяла. Наверху раздался оглушительный рев. В тускло освещенном туннеле, размахивая мечом, показался мертвый легионер. Повернуться спиной к нечисти для Кратоса было немыслимо.
Он бросился вверх по ступенькам, создав перед собой смертельную завесу из вращающихся клинков Хаоса. Наткнувшись на длинный меч легионера, клинки отскочили. Мертвец нанес удар снизу, метя Кратосу в грудь, но тот ловко увернулся. Новая атака легионера сопровождалась отвратительными криками. Яростно отбиваясь, спартанец понемногу вытеснил его из туннеля на открытое пространство. На широкой площади не было ничего, кроме огромного ящика, вдвое превышавшего его по высоте. Сердце Кратоса екнуло — неужели это ящик Пандоры? Он усилил натиск, однако живой мертвец оказался храбрым противником, хитрым, быстрым и даже смертельно опасным — спартанец понял это, когда легионер рассек ему ногу и, зацепившись за наголенник, повалил на землю.
Зазубренный меч застрял в бронзовых доспехах, что позволило Кратосу развернуться, с силой наступить на вражеский клинок и обезоружить легионера. Спартанец вскочил на ноги — меч все еще торчал из его наголенника — и едва успел защититься клинками Хаоса от яростных ударов костлявых кулаков и бронированных локтей. Мертвец норовил выпотрошить Кратоса прикрепленными к локтям длинными шипами, но тот ловко ушел от удара, получив лишь кровавую царапину на животе.
Легионер попытался ухватиться за свой меч, чтобы снова повалить человека, но тщетно. Кратос предпочел клинкам собственные кулаки, и вскоре его противник рухнул на колени. Ничего другого спартанцу и не требовалось. Увернувшись от шипастого наплечника, он подошел к легионеру со спины, схватил его облаченную в шлем голову за подбородок и мощным рывком сломал шею.
Наклонившись, Кратос вытащил из наголенника застрявший меч и отшвырнул в сторону, потом внимательно посмотрел на доспехи поверженного противника. Они были лучше, чем та импровизированная амуниция, которую спартанец бросил в Афинах. Стирая с открытых участков тела засохшую кровь, он прикоснулся к своей красной татуировке — отличительному знаку спартанских полководцев. Снова вокруг начала сгущаться тьма. Кратос с трудом контролировал себя, однако сумел отогнать воспоминания прочь — только нечеловеческое усилие воли помогло ему противостоять глубокому отчаянию и ужасным кошмарам. Он надел крепкие доспехи из бронзовых пластин и с удовлетворением обнаружил, что они сидят на его могучей фигуре лучше, чем большинство из тех, которые ему доводилось носить, не считая амуниции, изготовленной специально для него. И только потом подошел к огромному ящику.
— О боги, возможно ли это?
Кратос приложил руку к гладкой стенке ящика, надеясь почувствовать энергию, которую наверняка излучает столь мощный артефакт. Ничего. Тогда он подпрыгнул, зацепился руками за верхний край ящика и подтянулся. Крышка закрывалась на простой крюк, и, откинув ее, Кратос увидел, что ящик пуст! Боги издевались над ним, сначала подарив надежду, а потом отняв! Но не успел спартанец послать в их адрес проклятия, как в его только что обретенные доспехи врезалась горящая стрела. Поначалу он пытался сохранить равновесие, но затем понял, что лучше этого не делать, и упал позади ящика. В следующий миг уже десяток огненных стрел пронеслись над его головой. Там, куда они попадали, от небольших взрывов камни разлетались во все стороны. Кратос оглядел вмятину на доспехах — стрела едва не пробила их.
Проклятый легионер находился под прикрытием отряда проклятых лучников.
Спартанец рискнул на миг выглянуть из-за ящика и заметил на выступе, над дорогой, обвивавшей гору, шестерых живых мертвецов с луками.
— Вперед, — пробормотал он. — Ради самого Зевса, никогда не отступать!
Уперевшись ногами в землю, Кратос изо всех сил толкнул ящик — тот со скрежетом передвинулся на пять пальцев, потом застрял, но наконец под непрерывным натиском спартанца поддался и поехал быстрее. Стрелы одна за другой вонзались в переднюю стенку ящика и взрывались. Выйти под такой огонь без защиты означало бы неминуемую смерть.
Кратос продвигался все ближе к выступу, откуда в него били лучники. Когда ящик врезался в скалу, скрываться за ним стало практически невозможно, кроме того, скрываться было не в характере Спартанского Призрака. Он выхватил клинки Хаоса и бросил правый на всю длину цепи. Меч никого не ранил, но вынудил одного из лучников отпрянуть и выпустить стрелу прямо под ноги остальным, а они, в свою очередь, выстрелили мимо цели и принялись перезаряжать луки одновременно. Кратос воспользовался секундной заминкой и ринулся в атаку. Цепляясь клинками, он взобрался по стенке ящика, прыгнул в самую гущу лучников и закружился юлой. Смертоносные мечи на цепях, описав стремительный круг, отсекли несколько рук и ног, после чего спартанец предпринял направленную атаку.
