- Великий Мастер не простит нам провала. Мы так и не узнали кто уничтожил группу Викария. Во всяком случае, у нас нет ничего, кроме догадок…
- Заткнись, Лиман, и без тебя знаю! Просто заткнись…!
Ролонд был настроен очень скептически по поводу их выживания даже сейчас, и от того сильно нервничал. Будь в их распоряжении все пять десятков тяжёлых латников и полная группа мастеров, можно было бы говорить о победе над Золотым Черепом в прямом столкновении. Однако, сейчас их ждала, в этом случае, лишь неминуемая смерть, и даже просто нарушая тишину разговорами ему было не по себе…
- Куда это вы собрались? Пришли на мои земли, громыхая железом, а как жареным запахло, значит сразу в кусты, — на пути колонны посреди узкой лесной проплешины встал огромный всадник, одетый в массивный доспех, чей шлем был один в один как человеческий череп. Доспех его был, скорей всего, из рунической бронзы, но выглядел и сверкал словно золотой. От того и прозвище его хозяин получил такое звучное.
- В кусты?! — тотчас взорвался мастер Ролонд от негодования, подобравшись в ожидании скорой развязки, — А не ты ли, как трус, нападал на нас по ночам? Убивал скакунов под седоками! Не давал спать две ночи подряд! Как бесчестный бандит прятался в лесах, боясь нос высунуть и предстать перед нами в полный рост!
- Клевета, — спокойно ответил всадник, — Знать не знаю кто на вас здесь напал. Но я найду кто это на моих землях шалит, обещаю. Правда только после того как вас в землю зарою!
- Клевета?! — Ролонда чуть удар не хватил, настолько был ответ Дигвера нетипичен и нагл. Этот старомодный воин всегда отличался неукоснительным следованием кону.
- Именно. Если, конечно, ты не сможешь доказать обратного, — подхватив повыше свой круглый бронзовый щит, полностью закрывавший его с левой стороны, старик взмахнул огромным шестопёром, с визгом рассекая воздух быстрыми движениями оружием, — Но можешь не переживать по этому поводу, времени я тебе на это всё равно не дам.
«Сейчас!» — вскинув руки, мастера рун ударили одновременно, выпустив на волю каждый своё личное оружие. Артефакты, созданные для мгновенного убийства сильного противника, выстрелили одновременно: молния толщиной в ногу человека, волна жара, способная раскалить рыцаря до белого каления, сжигая его внутри доспеха заживо, кинетическая сила, способная дробить даже скалы, и наконец самые мерзкие из чар — проклятье земли под ногами жертвы. Вокруг всадника тотчас вспух золотой купол, переливающийся множеством разных символов, по чьей поверхности бессильно растеклись все три прямых атаки, и лишь чёрная земля, под ногами Дигвера, дала результат.
Всадники Общества почти сразу, как золотой купол опал, кинулись в атаку, но их ждала лишь волна взрывающейся земли, пусть и с трудом, но подкинувшая их вместе со скакунами отчего атака сама собой захлебнулась. После чего гигантский шестопёр в руках Дигвера крутанулся пару раз, воткнувшись остриём в землю прямо под Дремо́ром, отчего вся округа задрожала словно при землетрясении. Мастера рун ещё что-то пытались предпринять, но старик вновь спрятался под щитом Бога Недр, флегматично наблюдая за тем, как во всей округе почва начала ползти, перемалываться, и крутиться словно гигантский водоворот, увлекая в свои недра всё подряд. Деревья лопались, падали, увязали своей кроной в зыбучей почве, и снова лопались, разлетаясь от давления веером щепы́, погребая под собой и людей, и зверей. Постепенно крики боли, ржание и рёв зверей затихли, пропав под землёй. Пять минут локального апокалипсиса легко стёрли любые следы существования группы мастера Ролонда, после чего Дигвер, наконец, снял защиту.
* * *
«Дигвер»
- Вот же курвы, мать их… шагай, родной, шагай! — понукая своего старого друга, Дигвер пытался заставить ослабевшего раптора сойти с проклятой земли, полностью покрывшейся прахом и белым песком. Сама земля умерла.
Тот двигался словно сквозь кисель, но семь шагов всё же сделать сумел.
Почти сразу старик попытался слезть, но не смог, рухнув под тяжестью своей брони. Точно также вскоре потерял опору под собой и Дремор, судорожно опустившись на живот, и уронив на землю, чуть погодя, свою голову. Проклятье земли их достало даже сквозь защиту, и теперь всеми силами пыталось убить!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Старик сбросил мокрый от пота шлем, подполз к седельным сумкам, и с трудом нащупав там нужный глиняный пузырёк, спешно влил в себя его содержимое, после чего совсем потерял способность двигаться. Раптор его тоже затих, лишь хрипло выдыхая воздух огромными ноздрями, пытаясь побороть смертоносную силу.
Так и лежали они теперь посреди опустевшей проплешины, больше похожей на жуткую пашню, пока сперва не рассвело, а затем вновь не опустилась на землю мгла.
* * *
Старик отсутствовал уже четыре дня. Вроде бы нормальный срок — он раньше мог и неделю не появляться, особенно если на торжище ездил. Но в этот раз мне всю грудь сдавило плохим предчувствием — аж кусок в горло не лез.
И самое паршивое, что обсудить это было не с кем — Викария я старалась избегать. Не потому что он мужчина, не потому что боялась, нет. Просто я не хотела, чтобы он многое обо мне знал, не хотела случайно проболтаться, выдать себя ненормальным, с точки зрения этого мира, поведением и так далее. Чем меньше он обо мне знает, тем лучше.
Но принимать решение было необходимо, хотя и боязно делать это самой. Слишком я привыкла к тому, что многое в моей жизни теперь решал учитель…
- Надо идти искать! — устав изображать из себя пай девочку, ближе к полудню пятого дня я приступила к сборам. Помня ещё земную мудрость — «собираешься в лес на день — бери еды на неделю» — взялась за дело основательно. Подготовила провизию, минимальный медпакет с травами и перевязочным материалом, кое-какие эликсиры от отравления, спальник, оружие, оделась в кожаный доспех, взяла с собой маскхалат, оседлала Велеса и отправилась в лес. Хотела и рогатку прихватить, но не нашла. Странно, может учитель взял…?
Следы раптора старика было видно вполне неплохо — очень он был тяжёлый. Особенно теперь, когда моё восприятие усилилось многократно — сны так и не перестали мне сниться, с каждым днём всё больше родня нас со зверем. Сумрак, что дал мне эти силы, также был сейчас рядом, осторожно нюхая воздух, пока я разглядывала место, где старик явно задержался надолго. Судя по следам, тот съехал с тропы, и вышел к этому месту, где его ждали какие-то вещи. Потом он долгое время топтался здесь вместе с Дремо́ром, после чего вновь двинулся в путь, но следы раптора были теперь гораздо глубже. Он стал тяжелее!
- Доспехи… — поморщившись от неприятного открытия, я кинулась на дальнейшие поиски. Если учитель облачился в доспехи, значит дело серьёзное. А если скрыл этот факт от меня, значит вообще всё плохо!
А дальше начался мой личный ад. Следы петляли, терялись, двоились, и я никак не могла найти нужное направление, всё больше путаясь в своих ощущениях. Я словно попала в лабиринт из которого не было выхода…. В итоге, я плюнула на следы, начав методично прочёсывать лес, присматриваясь к окружению. И к вечеру мне повезло наткнуться на обломок дерева: треть огромной сосны вместе с поломанной кроной свисала с деревьев так, словно упала с неба. Прикинув с какой стороны это могло произойти, и откуда я пришла, двинулась на поиски дальше. Если здесь есть что-то такое ненормальное, причиной этого, скорей всего, стал учитель — больше не было никого, кто бы мог такое устроить!
Число кусков и обломков деревьев быстро выросло, превратившись в настоящие завалы и даже бурелом. Но зато, пробравшись через него с помощью смекалки и такой-то матери, я нашла что искала — вражеский лагерь. Почему вражеский? Потому что большой! А раз большой, да ещё и вдали от торговых маршрутов, то это организованный вооружённый отряд. И, судя по оставленным следам, серьёзно оснащённый, пусть и поредевший. Более двух десятков сожжённых трупов людей было тому свидетельством — черепа посчитать мне вполне удалось, даже не разрывая пепелище. Также хватало трупов коней и рапторов, смердящих теперь на всю округу — их сжигать даже не потрудились.
