— Ни с кем, — ответила я. — Сейчас Дана не с ними.
— А где?
— Здесь, в Срединных мирах. Правда, в Авалоне появляться не рискует.
— Вот как! Сегодня утром я разговаривала с Артуром, но он ничего мне не сказал.
— Ему не хотелось расстраивать тебя.
— Еще бы… Так она поссорилась с Брендоном?
— Они культурно разошлись. В силу некоторых обстоятельств Дана не могла оставаться в Экваторе.
— В силу каких обстоятельств?
Я помедлила с ответом. Собственно, я затем и пришла к Дэйре, чтобы сказать ей всю правду, но только теперь я в полной мере осознала, какой это будет для нее удар. Однако выхода нет. Дэйра д о л ж н а знать о своей тезке, она д о л ж н а принять решение. Корона Света ждет ее, а Брендон в ней о ч е н ь нуждается.
— Дэйра, — мягко произнесла я. — То, что я скажу, вряд ли обрадует тебя, но я обязана это сделать. Мы не вправе скрывать от тебя настоящее положение вещей.
Дэйра поднялась с кресла, отошла к окну и, глядя на вечнозеленый дворцовый парк, с каким-то неестественным спокойствием спросила:
— Дана ждет от Артура ребенка?
— Мм… Вроде того, — ответила я.
Она повернула ко мне свое лицо, на котором было написано недоумение.
— Как это «вроде»? Нельзя в р о д е ждать ребенка… Или она не знает, от кого беременна?
Я глубоко вдохнула, затем выдохнула.
— Видишь ли, в чем дело. У Даны у ж е есть ребенок. Девочка. Она родила ее в мире, где время течет очень быстро.
Дэйра судорожно сцепила пальцы рук и, закусив губу, с болью и мукой посмотрела на меня. По щеке ее покатилась крупная слеза, а из груди вырвалось несколько сдавленных всхлипов. Затем она, не сказав ни слова, опрометью бросилась к двери, ведущей в спальню, и скрылась за ней.
Я тяжело вздохнула, но за Дэйрой не последовала. Сейчас бедняжке нужно побыть одной, оплакать свою ушедшую любовь, утраченные иллюзии, потерянное счастье. Она должна пройти босиком по осколкам разбитых надежд, чтобы выбраться из тупика, в который завела ее жизнь, и вступить на новый путь. Он не будет устлан розами, но, надеюсь, Брендон позаботится о целебных травах для ее израненных ступней и о ласке и нежности для ее страдающего сердца…
В дверь постучали, и я разрешила войти. Явились Морган и Пенелопа.
— Она уже знает? — спросил Морган.
— Да.
— Ну, и как отреагировала?
— Закрылась у себя в спальне и плачет.
Он пожал плечами:
— Что ж, это естественно. Иного я не ожидал.
— Зря ты это сделала, Бренда, — отозвалась Пенелопа. — Зачем было травмировать ее?
— Рано или поздно пришлось бы. И лучше сейчас, чем позже.
— Загорелась идеей устроить личную жизнь Брендона?
— Не отрицаю, такая мысль бродит в моей голове. Но прежде всего я забочусь о том, чтобы твоя младшая сестричка росла в полноценной семье, с отцом и матерью, которые любили бы ее и друг друга. Здоровая психологическая атмосфера необходима для нормального развития любого ребенка, а тем более такого чувствительного.
— Но…
— Ты просто ревнуешь, Пенни. Ты уже немного притерлась к Дэйре и теперь не хочешь, чтобы ее место заняла другая женщина. Однако с этим придется смириться.
Пенелопа вздохнула:
— Ладно, Бренда, ты права. Я действительно ревную. — Она немного помолчала, затем добавила: — Пожалуй, мы можем идти. Не думаю, что Дэйра захочет присоединиться к нам.
— А я думаю, что захочет, — возразила я.
— Я уверен в этом, — поддержал меня Морган. — Пусть только она успокоится.
Будто в подтверждение наших слов (а может, она слышала нас), из спальни вышла Дэйра. Ее бледное лицо и воспаленные глаза свидетельствовали о том, что она плакала.
— Я хочу видеть ее. Дочку Артура и Даны.
— Мы с Пенни тоже хотим, — ответила я. — Морган уже договорился с Даной и сейчас проведет нас к ней.
— Я с вами, — решительно заявила Дэйра.
— Разумеется, миледи, — сказал Морган. — Затем мы и пришли к вам, чтобы узнать ваше мнение.
— Хорошо. Ведите нас.
Мои личные апартаменты примыкали к покоям Дэйры, и гостиная была у нас общая. Мы миновали несколько комнат и вошли в мой рабочий кабинет, в одну из стен которого была встроена потайная дверь, замаскированная под шкаф. Когда месяц назад мы с Артуром устанавливали чары, блокирующие доступ к Тоннелю в пределах всего Авалона, то предусмотрительно создали во дворце несколько таких «ниш», специально предназначенных для адептов Источника — и то не для всех, а только для «своих». Попытка стороннего адепта воспользоваться «нишей» для перемещения во дворец или из него приведет к тому, что многоуровневая и сверхнадежная система охраны, не опознав Образ, поднимет тревогу и мгновенно приведет в действие мощные изолирующие чары, четко локализованные в пределах данной «ниши». Непрошеный гость окажется запертым в комнате и лишенным доступа как внешним источникам силы, так и к своим внутренним магическим ресурсам. А что касается обычных Властелинов, коих в Авалоне насчитывалось уже больше дюжины, то для них Тоннель в «нише» был так же недоступен, как и в любом другом месте королевского дворца и всего города за исключением Зала Перехода. Кстати сказать, в последнее время Пенелопа все больше ленится спускаться в подземелье и все чаще обращается ко мне с просьбой переправить ее из «ниши» в Тоннель. Постепенно она осознает чисто бытовые преимущества высокого приобщения к силам и, думаю, вскоре преодолеет свой страх перед Источником. Благо, как в шутку говаривает Артур, уже есть претендент на роль Одиссея… Нет, кто бы мог подумать, что Дионис, который качал малышку Пенни на руках и рассказывал ей на ночь сказки, неравнодушен к ней как к женщине!
Мы вошли в небольшое тускло освещенное помещение без окон. Комната, тем не менее, производила приятное впечатление: стены были увешаны гобеленами, пол устлан ковром, негаснущий светильник находился в люстре с алмазными подвесками, у противоположной от входа стены стоял мягкий удобный диванчик, а рядом — туалетный столик с зеркалом. Не в пример этой, «ниша» в кабинете Артура производит гнетущее впечатление: яркий свет, пол, стены и потолок выложены белой кафельной плиткой, не хватает только унитаза. А я всегда, везде и во всем стремлюсь к уюту, это мой почерк, мой стиль жизни. Здесь можно привести себя в порядок после длительного путешествия, передохнуть, если угодно — поспать и даже заняться любовью… Впрочем, последнее мне не дано.
Я закрыла за собой дверь, заперла ее и обратилась к Моргану:
— Так что, поехали?
— Поехали, — сказал он, взял Дэйру и Пенелопу за руки и вызвал Образ Источника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
