ни тоски, ни сожаления, ни желания что-то исправить. Лишь удивительная легкость и шальное чувство свободы, будто от многолетних оков избавилась и полной грудью задышала.
— И это все? — потрясенно произносит Олег после долгой паузы. — Никаких сцен, истерик, разбитой посуды? У нас с тобой брак распадается, а тебя только детали развода волнуют?
Он явно поражен моим спокойствием. Должно быть, в очередной раз убеждается, что был женат на бесчувственной ледышке. Бедный мужик старался, изменял, на сцену ревности рассчитывал, а на него даже ни разу не прикрикнули. Вот это разочарование.
— Наш с тобой брак распался уже очень давно, а сейчас просто настал момент истины, — философски замечаю я, вставая с дивана и направляясь в гостевую спальню, в которой планирую ночевать. — Ложись спать, Олег, а то впереди еще много бессонных ночей. Ты же знаешь, новорожденные дети много плачут.
Глава 48
Четыре месяца спустя
Карина
— Боже мой, дорогая! Я не могу поверить, что мы наконец встретились! — щебечет Инесса, распахивая входную дверь и затаскивая меня внутрь своего просторного дома. — Сколько уже прошло? Года два, не меньше?
— Да, около того, — с улыбкой отзываясь я, протягивая ей гостинец. — Очень рада встрече!
Минувшее время ничуть не испортило Инессу. Она все такая же цветущая, благоухающая и даже как будто помолодела. Все-таки не зря говорят, что материнство красит женщину. Даже если ей за сорок.
— А я-то как рада! Проходи скорее, — она принимает из моих рук глянцевый подарочный пакет и, бегло заглянув в него, рассыпается в благодарностях. — Ой, сколько всего притащала! Спасибо большое!
Насколько я знаю, после развода Инесса ни с кем подолгу и всерьез не встречалась, меняя любовников как перчатки. А в прошлом году неожиданно взяла и вышла замуж за успешного биржевого брокера, который помогал ей выгодно инвестировать капитал, отсуженный у бывшего мужа. И вот пару месяцев назад новоиспеченные супруги стали родителями — Инесса произвела на свет здорового трехкилограммового мальчика и полностью погрузилась в материнство.
— Как у вас красиво, — говорю я, озираясь по сторонам. — Потрясающий дизайн!
— Нравится, да? — довольно усмехается приятельница. — Ленар Файзуллин делал.
— Правда? — удивляюсь я. — К нему же вроде очередь на несколько лет вперед.
— Связи, моя милая, решают все, — с видом знатока заявляет Инесса. — Для особых клиентов Ленар может выкроить время и пораньше. Если нужны его услуги, дай знать — по своим каналам организую.
— Хорошо, буду иметь в виду, — отзываюсь я, мотая на ус новую информацию. — Как раз в скором времени ремонт планировала.
Мы заходим в уютную, хорошо освещенную столовую, где расторопная домработница уже вовсю накрывает на стол и разливает по чашкам ароматный чай.
— Ну, как дела, дорогая? — усадив меня на стул, Инесса располагается напротив. — Держишься?
Очевидно, последний вопрос связан с разводом, который хоть и прошел мирно, но все равно успел наделать кучу шума. Чертовы репортеры зацепились за новость о нашем с Олегом разрыве, как голодные рыбы за крючок с червями, и раздули из нее бог знает что. Слухи, домыслы, грязные статейки в желтой прессе — обсуждений личной жизни избежать не удалось.
Однако теперь непростой период позади, и я безумно этому рада. С возрастом спокойствие начинаешь ценить куда больше дешевой «популярности».
— Да все нормально, — искренне говорю я. — Я много гуляю, занимаюсь пилатесом, пишу новый роман. Жизнь идет своим чередом.
— Неудобно было по телефону спрашивать, — мнется Инесса, — но сейчас рискну. В чем причина, Карин? Почему развелись-то? Мне казалось, у вас все прекрасно…
— Ты же знаешь, как бывает, — пожимаю плечами я, — со стороны все прекрасно, а на деле — у мужа роман с секретаршей.
Обычно я не распространяюсь об этом, но внутреннее чутье подсказывает, что Инессе можно доверять. Как-никак с первым мужем она разошлась по той же причине.
— Вот Гольдман говнюк! — приятельница возмущенно разводит руками. — Не думала, что он падет так низко!
— Ну, знаешь, все мы не без греха, — уклончиво отвечаю я. — И вообще, что ни делается — все к лучшему.
Во время развода Олег вел себя очень по-мужски и выполнил все наши договоренности, поэтому я стараюсь быть сдержанной и не поливать его грязью за глаза. Само собой, колкие словечки в адрес бывшего мужа порой вырываются из моего рта, но это во мне говорит уязвленная женская гордость. Ей простительно.
Поначалу после возвращения из Нью-Йорка в Москву я чувствовала себя одиноко и потерянно. Не знала, куда податься и как отвлечься от мрачных мыслей, не дающих покоя ни днем, ни ночью. Обсуждать со знакомыми личные проблемы я была еще не готова, поэтому возобновила сеансы психотерапии, которые снова помогли мне пережить тяжелейший период жизни.
Потихоньку, в комфортном для себя темпе я работала над собой и своим внутренним миром. Изучала различные духовные практики, проводила много времени за медитациями и старалась избегать общества токсичных людей. Я слушала музыку, нарезала километры пешком и досыта наедалась круассанами, которые раньше себе не позволяла из-за страха испортить фигуру.
И вот как-то незаметно я вдруг стала жить той жизнью, о которой всегда мечтала. Без нервов, суеты, притворства и бесконечной гонки за успехом. Мир заиграл новыми красками и, кажется, впервые за много лет повернулся ко мне солнечной стороной. Ни драмы, ни стресса, ни угрызений совести, ни даже бессонницы — шаг за шагом я превращалась в по-настоящему спокойную женщину и искренне наслаждалась процессом.
— Молодец, Карин! Отличный настрой, — одобрительно изрекает Инесса. — Ты права, нам не нужны те, кто нас не ценит! Ты такая умная и красивая, еще сто раз кого-нибудь получше Гольдмана найдешь! Если уже не нашла, м?
Приятельница заговорщически мне подмигивает, а я отрицательно качаю головой:
— Нет, не нашла. Мне пока хорошо одной. Правда хорошо.
За разговором и вкусным чаем время летит быстро. Мы с Инессой обсуждаем жизни друг друга, много смеемся, вспоминаем прошлое и делимся сплетнями об общих знакомых. Нас сложно назвать закадычными подругами, потому что видимся мы непростительно редко, но, когда видимся — речь и веселье льются рекой.
— Мамочка! — за моей спиной раздается высокий детский голос. — Меня Арина просила передать, что Сашка проснулся и хочет есть.
Обернувшись, я замечаю милую русоволосую девочку с ангельскими ямочками на щеках. Это дочь Инессы от первого брака — Василиса. В последнюю нашу встречу она была еще совсем крошкой, а сейчас подросла и сделалась настоящей красавицей. Должно быть, уже и в школу ходит.
— Хорошо, сейчас, — мгновенно встрепенувшись, Инесса поднимается на ноги и, обращаясь ко мне, добавляет. — Пойду покормлю, ладно? А то у меня
