Незаметно под столом огромные руки Джеффа сжались в кулаки. «Черт возьми! — думал он. — Это, оказывается, дьявольски трудное дело. Из завтрашних газет он узнает, что меня подозревают в убийстве. Он или побоится связываться, или заломит баснословную цену». Джефф подумал о бриллиантах. Можно было бы отдать за паспорт бриллиант или два. Но это смертельно опасно. Если Блэки догадается, где бриллианты генерала Нгуен Ван Тхо, он наверняка попытается их похитить. Нужно быть очень осторожным! Не следует терять голову!
— Я должен переговорить с приятелем, — сказал он, не глядя на Блэки. — Без его позволения я ничего больше не смогу вам сказать.
— Понятно, — ответил Блэки. — Хороший друг умеет хранить тайны.
Джефф внимательно посмотрел на него, но жирное желтое лицо было непроницаемым.
«Он не дурак, — подумал Джефф. — Он уже понял, что паспорт нужен для меня. Не довериться ли ему? Все равно узнает, когда прочтет завтрашние газеты. Нет, лучше пока не надо. Пусть у меня будет немного времени. Лучше вначале посоветуюсь с Нхан».
— Полагаю, ваш друг хочет покинуть страну? — вежливо сказал Блоки. — Видимо, он представляет, насколько это сложная процедура. Эмиграционные власти потребуют фотографию вашего друга. Необходимо будет подкупить ряд людей. Если неприятности не очень серьезные, все, конечно, может быть улажено. Например, если у вашего приятеля нелады с полицией из-за подделки чеков, совращения малолетки, присвоения чужих вещей, то все это не представит особых затруднений. Но если он совершил крупное политическое или уголовное преступление, вряд ли можно будет помочь.
Джеффу показалось, будто бы его душат за горло.
— Я поговорю с ним, — сказал он.
Блэки поднялся, видя, что разговор окончен.
— Вы, безусловно, можете рассчитывать на меня, — проговорил он, — но, естественно, я должен избегать любых осложнений.
— Понятно, — ответил Джефф.
Блэки ушел.
Джефф посмотрел на часы.
Половина десятого.
Вряд ли Нхан придет до половины одиннадцатого.
Он неожиданно почувствовал голод, резко отодвинул стул, поднялся и, обогнув танцплощадку, направился к выходу.
Напротив клуба размещался китайский ресторан. Джефф часто его посещал. Он вошел, кивнул хозяину, который с непостижимой для европейца скоростью щелкал костяшками счетов. На минуту он прервал свое занятие, наклонил голову и обнажил в улыбке большие желтые зубы.
Девочка-китаянка, одетая на манер хозяйки, проводила Джеффа за занавеску к одноместному столику.
Джефф заказал суп, свинину под сладким соусом и жареный рис. Он обтер лицо и руки нагретым полотенцем, которое подала девочка с помощью блестящих хромированных щипцов.
Ожидая, пока накроют стол, Джефф обдумывал волновавшие его проблемы. Разговор с Блэки окончательно лишил его спокойствия. Он понял, что покинуть Вьетнам без спроса очень трудно. Что же делать? Будь у него побольше денег, вопрос, он не сомневался в этом, значительно упростился бы. Чтобы раздобыть денег, надо продать несколько бриллиантов. Но кто способен купить подобные драгоценности в нищем Сайгоне?
Появление пищи прервало бесплодные размышления. Джефф съел первое и второе с аппетитом, запивая теплым китайским вином.
Когда он закончил трапезу, девочка подала свежее полотенце. Он вытер руки и попросил счет.
Девочка отошла, не прикрыв полностью занавески. Ожидая ее, он увидел появившегося из-за занавески Сэма Уэйда с китаянкой. Они направлялись к выходу.
Джефф с интересом рассматривал его очередную пассию. У нее была удивительно стройная фигура. Одета она была в ярко-красное платье, подчеркивавшее все ее выпуклости и извивы. Но как ложка дегтя выпирало свойственное порочным женщинам сознание собственной физической привлекательности. Такие женщины не нравились Джеффу. Сравнивая ее с простотой и естественностью Нхан, он мысленно поблагодарил судьбу за то, что она послала ему такую девушку.
Подождав, пока парочка исчезнет, он спустился по лестнице, оплатил счет и вышел на улицу, чтобы подождать Нхан.
2
Нхан появилась ровно в половине одиннадцатого. Она быстро шла по тротуару. На нежном девичьем лице застыло слегка озабоченное выражение. Она была в белых брюках и накидке винно-красного цвета.
Джефф посигналил три раза, подождал и снова нажал кнопку. Это был условный сигнал. Она сразу же посмотрела в его сторону, увидела красный «дофин», лицо озарилось улыбкой.
Джефф вылез из машины. Нхан подбежала к нему, протянула руки. Восторженный блеск ее глаз всегда приводил Джеффа в замешательство. Такого выражения он никогда не видел в глазах ни одной женщины, ее взгляд как бы говорил: «Ты для меня весь мир, без тебя не было бы ни солнца, ни луны, ни звезд, ничего не было бы». Это был взгляд искренней, беспредельной любви.
Ее любовь льстила его самолюбию и смущала его, он четко сознавал, что сам не может любить ее так же, как она любит его.
— Хэллоу, — сказала Нхан. — У тебя все в порядке?
Она очень гордилась тем, что учит английский. Она могла свободно говорить по-французски, но, познакомившись с Джеффом, начала изучать его родной язык.
— Хэллоу, — ответил Джефф, чувствуя, как в горле появился комок. Любовь этой крошечной женщины с кукольным личиком была для Джеффа подарком судьбы и никак не меньше. — Все хорошо. Скажи Блэки, что сегодня не будешь работать. Мне надо с тобой поговорить. — Он вынул бумажник и протянул деньги. — Вот, отдай ему и поскорей возвращайся, хорошо?
При виде денег узкие, миндалевидные глаза округлились.
— Но, Стив, почему ты не хочешь зайти? Мы можем танцевать и разговаривать. Это сбережет твои деньги.
— Отдай их хозяину, — рассердился Джефф. — Я не могу говорить с тобой там.
Она бросила на возлюбленного удивленный взгляд и быстро поднялась в клуб.
Джефф сел в машину и закурил.
Дул легкий бриз, и все-таки было невыносимо душно. В мыслях постоянно возникал Хоум, спрятанный в шкафу для одежды.
Нхан вышла из клуба и села в автомобиль. Едва она захлопнула дверь, Джефф нажал кнопку стартера и направил машину в поток рикш и автомобилей.
Быстро, как только мог, он поехал к реке. Нхан молчала, руки покоились на коленях, в глазах отражались огни встречных автомобилей.
У сада, неподалеку от моста, Джефф остановился.
— Выйдем, — предложил он, вылезая из машины.
Они подошли к скамейке под деревом, где он встретил юную парочку, и сели.
В безоблачном небе сияла полная луна, в ее свете были видны скользившие по реке маленькие весельные лодки и китайские сампаны.
Нхан прижалась к Джеффу, он обнял ее гибкое тело и поцеловал. Он долго не отрывал губ от девичьего рта, затем чуть отодвинулся, зажег сигарету, швырнул спичку в реку.
— Что случилось, Стив?
Когда она заговорила по-французски, в голосе послышалось беспокойство.
Он не решался рассказать ей о том, что произошло, потом, поняв, что зря тратит время, сказал:
— Со мной случилась беда. Ни о чем не спрашивай. Хорошо, что ты ничего не знаешь. Дело связано с полицией. Я должен уехать.
На Нхан словно обрушилась тяжесть, она обхватила руками колени. Слышалось ее частое дыхание. Джеффу было жалко ее. Так как она молчала, он сказал:
— Плохо, Нхан. Мне надо как-то выбраться отсюда.
Она тяжело вздохнула.
— Не понимаю, — сказала она. — Объясни, пожалуйста.
— Сегодня произошло одно неприятное событие. Завтра полиция начнет разыскивать меня.
— Что случилось?
Поколебавшись, Джефф решил рассказать. Все равно завтра или послезавтра ей все станет известно.
Ее пальцы крепко сжали его руку.
— Но ведь это же случайность! — беззвучно прошептала она. — Ты должен рассказать все полиции. Это несчастный случай.
— Они решат, что я намеренно убил слугу. Неужели ты не понимаешь? — раздраженно ответил Джефф. — Я должен уехать, иначе погибну.
— Но это же случайность! — воскликнула она. — Немедленно иди в полицию. Они будут обрадованы, когда ты отдашь им бриллианты. Пойдем в полицию! — И она начала подниматься.
— Я нашел бриллианты и не собираюсь идти в полицию, — решительным голосом сказал Джефф.
Нхан снова опустилась на скамью. Ее голова наклонилась так низко, что не было видно лица.
— Как ты не можешь понять? — рассердился он. — Как только уеду отсюда, я смогу продать бриллианты. Они стоят миллион долларов, а может, и больше. Мне выпал единственный в жизни шанс. Я всегда хотел иметь много денег.
Страх, как предсмертная судорога, пронзил ее тело.
— Если убежишь, полиция решит, что ты убил его, — простонала она. — Ты не должен так поступать. Никакие деньги не стоят этого. Отдай им бриллианты.
— Но я же все-таки убил, — он чувствовал растущее раздражение. — Я не настолько глуп, чтобы подвергать себя бессмысленному риску. Меня могут на долгие годы упрятать в вонючую тюрьму. Девочка, мы попусту теряем время. Любым способом я должен отсюда выбраться. Это потребует времени. Пока надо найти безопасное место. Ты не знаешь, где бы я мог спрятаться?
