При упоминании о недавних событиях, потрясших Хемсли до основания, Вирджиния невольно улыбнулась — она не умела долго сердиться на Чарльза.
— Ну, хорошо, посмотрим, что скажет наша матушка. Если и она согласится с тем, что Уолтер подходит Маргарет, я больше и слова не скажу против этого брака. Вернемся к тебе и Синтии.
— Жаль, что танец такой длинный, — шутливо посетовал Чарльз. — Одним словом, Уолтер посоветовал мне не замечать Синтию и вести себя так, как будто я вполне обойдусь и без ее прекрасных глаз. И, как видишь, это подействовало. Сначала она выглядела недовольной, потом недоумевающей, затем стала сама обращаться ко мне и использовать все ваши дамские ухищрения, чтобы вернуть мое расположение.
— И ты сдался.
— Я выждал положенное время, дорогая, и, когда счел, что гордыня мисс Лауэй достаточно наказана, сменил гнев на милость, — самодовольный вид Чарльза еще больше насмешил его партнершу.
— Но как же твое намерение жениться не ранее чем через три-четыре года? Это ведь тоже был совет Уолтера?
— Всегда можно передумать, — легко пожал плечами Чарльз. — К тому же мы не поженимся прямо сейчас, для этого надо, чтобы я закончил учебу и прославился, тогда, может быть, мистер Лауэй переменит свое отношение ко мне.
— Но ждать придется еще целых два года! За это время он выдаст Синтию замуж за кого-нибудь другого!
— Мы надеемся на помощь миссис Лауэй, она не допустит, чтобы ее любимая падчерица страдала. Через год можно будет объявить о помолвке, а еще через год — сыграть свадьбу.
— Если вы оба не передумаете. — Вирджиния не могла не напомнить другу о его недавних сомнениях и колебаниях между симпатиями сразу к двум леди. — Помнится, еще месяц назад ты был увлечен Миллисент Фэвел не меньше, чем Синтией.
— Ну, возможно, за эти два года мне понравится еще не одна очаровательная девушка, но я всегда буду любить Синтию, — уверенно изрек Чарльз.
— Что ж, если она готова прощать тебе твою ветреность, пожалуй, вы будете счастливы, — с видом умудренной опытом женщины заявила мисс Кинтл.
— Ей не помешает некоторая неуверенность и своих чарах, — пояснил мистер Бенкрофт. — Тогда она будет больше ценить меня.
— Узнаю влияние Уолтера, — поморщилась Вирджиния. — Пусть будет так, как ты сказал, и через два года я с радостью буду подружкой невесты.
— Если к тому времени не выйдешь замуж сама, — многозначительно приподнял брови Чарльз. — Теперь твое любопытство удовлетворено, я надеюсь? Танец, к моей большой радости, скоро закончится.
— Осталось еще одно невыясненное обстоятельство.
— Джинни, ты нарочно решила сегодня изводить меня вопросами? — простонал Чарльз. — Чего тебе еще не хватает, чтобы почувствовать себя самой осведомленной дамой в Хемсли?
— Грааль, — лаконично ответила Вирджиния.
— А что с ним не так?
— Перестань делать вид, будто не понимаешь, о чем я! Я хочу найти его, и ты скажешь мне, где искать.
— С чего ты решила, что я-то это знаю? — искренне, казалось бы, удивился джентльмен.
— Не притворяйся, мне известно, что отгадка спрятана в твоей картине!
— Так присмотрись к ней хорошенько, дорогая сестрица, больше я ничего не могу тебе сообщить, — и Чарльз со смехом раскланялся, так как танец закончился с его последними словами.
Молодой Бенкрофт поспешил сбежать от раздосадованной приятельницы, и Вирджинии ничего не оставалось, как вернуться к изображению замка, проклиная про себя коварство всех мужчин и этих Бенкрофтов конкретно.
Она не успела даже пробраться сквозь толпу, чтобы рассмотреть роспись поподробнее, как ее увлек в танце очередной кавалер. Надо заметить, Вирджиния очень мало слушала незамысловатые комплименты этого застенчивого юноши, она кивала в такт его словам, одновременно оглядывая залу. У противоположной стены граф Кларендон танцевал с какой-то дамой в развевающихся одеждах, видимо, волшебницей или феей, неподалеку леди Анна с выражением терпеливого отчаяния выслушивала излияния Джона Саттерфилда, скорее всего, повествующего о своей лошади. Чарльз танцевал с Милли Фэвел, а Синтия, отвернувшись от своего партнера, следила за ним ревнивым взглядом. Многие другие, знакомые и незнакомые Вирджинии гости танцевали, смеялись, флиртовали… Уолтер Бенкрофт вальяжно расположился на своем троне, Элизы-Гиневры нигде не было видно…
«Лучше бы я поехала домой с Маргарет», — подумала Вирджиния. Она внезапно почувствовала себя чужой на этом празднике.
Обычно на балу она всей душой отдавалась веселью, и никакие семейные проблемы и сердечные горести не мешали ей ощущать себя молодой, всеми любимой и просто счастливой девушкой, какой она и была до сих пор. Но сегодня все сложилось по-другому, и повинна в огорчениях юной леди оказалась умершая старушка, опрометчиво оставившая наследство молодому и красивому внуку, вместо того чтобы пожертвовать состояние на благотворительные цели.
Ближе к полуночи танцы наконец прервались и часть гостей направилась ужинать, а другая часть нашла себе занятие согласно собственным пристрастиям — джентльмены собрались в курительной или у карточных столов, предусмотрительно извлеченных из запасов мистером Палди, леди заняли свободные стулья и диванчики, чтобы поболтать и обменяться впечатлениями. Буфетная мистера Падди не могла вместить всех разом, поэтому и пришлось пойти на такие меры, как устройство ужина в два захода.
Вирджиния предусмотрительно осталась в числе тех, кто не вошел в первую группу гостей, и наконец спокойно приблизилась к стене с замком. Около нее стояли рядышком две подруги-соперницы, миссис Фоксли и миссис Фэвел. Вирджиния с удивлением прислушалась к их разговору:
— Ну что вы, дорогая моя, миссис Лауэй верно подметила — ни в одном близлежащем городке попечительский совет никогда не прославляли подобным образом. Нас уже не будет, а наши последовательницы станут приходить сюда на свои благотворительные мероприятия и указывать на наши изображения своим гостям! — рассуждала миссис Фэвел, а миссис Фоксли одобрительно кивала.
«Так вот какую поддержку имел в виду Чарльз! — догадалась Вирджиния. — Элиза ловко внушила этим дамам, что их портреты на стене «Зайца и лебедя» послужат прославлением их трудов на ниве благотворительности. Сколько же хитрецов в этом простодушном городке!»
Она не стала долго раздумывать над этим забавным выводом и вернулась к рассматриванию замка. По окончании танцев распорядитель бала сообщил, что из увеселений гостям осталось только угадать, кого из древних героев изображает та или иная маска, и найти волшебный кубок со спрятанным внутри ценным призом, и прибавил, что кубок находится в пределах досягаемости, в помещениях, открытых сегодня для гостей. Подсказки же для поисков скрыты в выступлении участников маскарада, каждый из них будет представлять своего персонажа какой-нибудь поэтической строкой с зашифрованным намеком на местонахождение Грааля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
