Читаем без скачивания Место Снов - Эдуард Веркин

Коровин истерически затряс руками, будто призывая на свою голову грозу. И действительно, воздух быстро наэлектризовался и наполнился фиолетовыми вспышками, что-то хлопнуло, и на стол грохнулась упаковка двухлитровой газировки. Шесть бутылок.

– Ах ты… – протянул Коровин.

– Нормально! – Ляжка сплюнул на землю кровянку.

– Пошли отсюда, – сказала Лара. – Теряем время.

– Подождите! – закричал эльф. – Подождите, я еще раз попробую…

Он воздел руки и хлопнул воздухом еще раз. На стол упала лысая автопокрышка.

– Идем.

– Ларка! – Эльф попытался схватить, но Леха предупредительно хмыкнул, и Коровин отстал.

– Тебе, парниша, во вторсырье надо работать, – Ляжка подошел к столу и забрал газировку. – Фокусник вшивый.

– Я не виноват! – ныл Коровин. – Все изменилось…

Зимин подманил Игги и ловко вспрыгнул в седло, как настоящий ковбой.

– Нам и вправду пора, – сказал он. – Загостились, однако.

– Не знаю, что происходит, – бормотал эльф Коровин. – Все из рук валится… Мыши везде ходят, а от кваса этого меня уж тошнит… Этот гусак из соседнего леса конкуренцию делает, а он ведь вообще ничего не умеет…

– Пишите письма мелким почерком. – Ляжка залез на стол, а оттуда перебрался на круп Игги. – Обращайтесь в комитет по борьбе с идиотами.

– Леха, двигай, – приказала Лара.

Леха распрямил лапы и двинулся в путь, Игги потрусил за ним.

Зимин оглянулся в последний раз. Коровин сидел на земле и плакал.

Лара молчала.

Глава 17

Звенящий Бор

– Что это? – Зимин указал пальцем.

– Звенящий Бор. Оазис. Моя Страна Мечты.

– И моя тоже, – сказал Ляжка. – И моя. Я могу сказать это не глядя. Я любую мечту за километр ощущаю волосами в носу.

– Мечта? – Зимин всматривался в даль.

– Кисельные реки – молочные берега? – ухмыльнулся Ляжка. – Парадиз? Эльдорадо?

– Там хорошо, – Лара глядела из-под руки. – Вам понравится.

– Не сомневаюсь, – сказал Ляжка. – Молочные берега – моя кисельная мечта детства.

Игги стал нюхать воздух, Леха забеспокоился и пытался расправить крылья.

– Мы ненадолго заедем, – сказал Зимин. – Только отдохнем и двинем дальше. У нас еще дела есть.

– За всех не отвечай, – вставил Ляжка.

– Да хоть на сколько, – улыбалась Лара, – у меня места много. У Лехи крылья заживут совсем – полетаем, он троих запросто возьмет. Это здорово. Летать – это здорово, вам понравится.

– Знаю, – сказал Зимин, – у меня был в детстве самолетик с пропеллером, моя любимая игрушка, он даже летал…

– А моя любимая игрушка – Леха, – Лара подергала валькирию за уши.

– А моя… – начал Ляжка.

– А ты молчи лучше, – оборвал Зимин.

Ляжка кисло улыбнулся. Оазис вырастал из пустыни и становился все шире и красивее. Хотя это был не классический оазис, в классическом оазисе должны расти суставчатые пальмы, возвышаться уступистые зиккураты [38] и пастись сайгаки, а тут ничего подобного не обнаруживалось. Это был оазис-модерн.

– А колдоперы сюда не заглядывают? – Зимин испытывал некую неприязнь к широким просторам, вполне, впрочем, объяснимую. – Ну, эти…

Сказать «пердолетчики» ему было стыдно.

– Из Магического Ордена? – вывернулся он. – Метельщиков тут не бывает?

– Не, – Лара почесала дракона за ухом. – Далеко. Да и делать им тут нечего. Ко мне не сунешься – у меня Леха, к рейнджерам тоже – посекут из бластеров, гномов тут немного – рабов не набрать. Так что не летают.

– А другие? Ну, в смысле, бомжары? Бродяги всякие лысые? Другие?

– Другие? Мне что другие, что не другие, дракон – лучший доберман. С Лехой мне ничего не страшно.

– А что это там синеет? – Зимин указал пальцем.

– Бирюзовая Гора. Она высотой два километра и окружена ливанским кедром. Каждое дерево высотой тридцать метров. Знаете, что такое ливанский кедр?

– Знаю. У меня был такой мышиный коврик, из кедра. Нескользящий мегаковрик. Ползун из кедра, а валик из настоящего силикона…

– Говорят, из силикона губы хорошие получаются, – сказал Ляжка. – Большие. Красивые…

– Коврик, – хмыкнула Лара. – Губы, – хмыкнула Лара. – Из смолы кедра получаются лучшие в мире благовония, так-то вот.

– Это уж само собой, – сказал Ляжка. – Отсюда слышно.

Оазис приблизился, и Зимин тоже ощутил в воздухе запах хвои и чистой воды – ну вроде как со швейцарских ледников, что теперь активно разливаются в голубые бутылки.

Оазис приблизился, и Зимин увидел, как на самом краю травы над песком сидит очередное невиданное существо. Внешне существо походило на увеличенную до размеров небольшой лошади пантеру. Спина кошки была по-настоящему правильного черного цвета, а на пузе просвечивали оранжевые пятна леопарда. Впрочем, пантера отличалась не только внушительными размерами. Она имела еще одну необычную особенность, а именно – прямо из морды между глазами и чуть выше у пантеры рос короткий витой рог цвета морской волны, размеров вполне угрожающих.

Пантера увидела приближающихся и гибко потянулась спиной.

– Во лапша еще, – оценил пантеру Ляжка. – Котенок, блин, багира-мама…

– Это единорог, – пояснила Лара. – Приблудный. Пришел откуда-то и живет. Ко мне многие животные приходят.

– Я думал, единороги – это белые лошади, – не оценил единорога Ляжка. – Но мне кажется, что кошка гораздо приятнее. Хотя кошкам я не очень доверяю…

– Все так думают. Все думают, что косатки не умеют летать…

– А они что, умеют? – спросил Зимин.

– Ну, конечно, умеют, – сказал Ляжка. – Это вообще очень просто, летать в смысле. Кит, косатка, или там большой синий, или кашалот, идет в магазин, берет там пакет целлофановый, очиститель для труб, плавательные очки, сначала очки надевает… Летающие рыбы есть, почему летающим косаткам не быть?

Зимин стукнул Ляжку арбалетом по спине, чтобы неповадно было долдону. Ляжка ойкнул.

– Лара и так умеет летать, – сказал Зимин. – У нее дракон.

– У меня тоже дракон дома есть. Я вообще Повелитель Драконов… – начал было Ляжка, но Зимин его прервал.

– У тебя тритон дома есть, – сказал Зимин. – И ты Повелитель Тритонов. И вообще, заткнись.

Единорог подошел поближе. Леха не обратил на него никакого внимания, а Игги испугался и фыркнул.

– Я другую историю знаю, – сказал Зимин по-рыцарски неприкаянно. – Про одного пацика, он от симуляторов летных зависал. По двенадцать часов мог на «Спитфайере» [39] долбаться. Ну так вот, как-то раз ему на мыло письмо упало. Типа приходи сегодня на собрание всяких там виртуальных летчиков – не пожалеешь. Зарубимся типа по сети. Этот пошел, а на следующий день его нашли. Он разбился на фиг.