пришли прохожие, удерживали Тернера до прибытия полиции{438}.
Позднее Тернер был осужден за насильственные действия сексуального характера. При вынесении приговора отец Тернера заявил, что его сына не следует отправлять в тюрьму, потому что тюрьма – это «слишком большая цена за проступок, продолжавшийся всего 20 минут из 20 с небольшим лет его жизни»{439}.
На заседании, на котором был вынесен приговор, Миллер зачитала вслух свое 12-страничное заявление о понесенном ущербе. Вот выдержка из него, в которой также содержится полезный совет для потенциальных насильников:
Вы отобрали у меня достоинство, право на личную жизнь и половую неприкосновенность, энергию, время, уверенность в себе и возможность выражать свое мнение, и это продолжается по сей день{440}.
По его словам, мы оказались на земле только потому, что я упала.
Так вот, если девушка упала, помоги ей подняться. Если она слишком пьяна, не может идти и падает, это не повод валиться на нее и трахать, стягивать с нее трусы и лезть ей рукой во влагалище… Если поверх платья на ней кардиган, это не повод снимать его и лапать ее за грудь. Может, ей холодно и поэтому она его надела. Если ее голая задница и ноги трутся о сосновые шишки и иголки, когда ты давишь на нее всем своим весом, слезь с нее.
Судья Аарон Перски приговорил Тернера к шести месяцам тюремного заключения. Столь мягкий приговор был воспринят общественностью как несправедливый, и в итоге Перски был отозван избирателями Калифорнии со своего поста{441}.
Большинство мужчин не такие, как Брок Тернер. Однако большинство мужчин и не такие герои, как Карл-Фредрик Арндт и Питер Йонссон: попытка силой задержать другого мужчину может обернуться серьезными последствиями для здоровья. Как мы видели ранее, наибольшие половые различия наблюдаются на периферии нормального диапазона, и склонность к сексуальному насилию, как и готовность рисковать ради помощи другим, не являются тут исключением.
Да, наше стереотипное представление, что мужчины с большей вероятностью могут решиться на опасные героические поступки, соответствует действительности. Женщины достойны уважения за повседневные действия, которые также можно считать героическими: например, они приносят в мир новую жизнь, проталкивая нечто размером с арбуз через нечто размером с авокадо, но совершение храбрых поступков во имя других – это одна из тех областей, где первенство мужчин неоспоримо.
С 1904 г. около 10 000 человек в США и Канаде были награждены медалью Эндрю Карнеги, которая вручается гражданским лицам, «осознанно подвергнувшим свою жизнь чрезвычайной опасности при спасении или попытке спасти жизнь другого человека». Около 10 % награжденных были женщинами. Медали вручаются за спасение утопающих, за вынос людей из огня, за защиту от нападений диких животных и так далее. Например, в 2020 г. в числе 15 награжденных оказался 52-летний Уинстон Дуглас, водитель автобуса из Атланты (штат Джорджия). Однажды, совершая обычный рейс, он стал свидетелем того, как мужчина ударил ножом женщину средних лет, которая пыталась перейти улицу перед его машиной. Дуглас остановил автобус, выскочил и набросился на хулигана – тот попытался пырнуть ножом и водителя, но сломал лезвие. Благодаря быстрым действиям Дугласа жертва выжила. Единственная в том году женщина-лауреатка, Иоланда Робинсон Исом, скончалась после того, как несколько раз возвращалась в горящий дом, чтобы вынести троих своих сыновей{442}.
Конечно, вы можете с этим поспорить и выдвинуть альтернативное объяснение такого гендерного дисбаланса в числе награжденных: все дело, очевидно, в сексизме! К счастью, в наши дни люди больше, чем когда-либо, чувствительны к вопросам, связанным с гендерным дисбалансом. Да, экспертный совет Фонда героев Карнеги, который и определяет победителей, включает в основном мужчин, однако треть там все же составляют женщины. И это никак не может изменить пол награжденных, которые в подавляющем большинстве являются мужчинами. Повторяю, мы говорим о крайних случаях, когда половые различия в поведении относительно велики. Женщины также рискуют своей жизнью, чтобы помочь другим (не говоря уже о занятии опасными видами спорта, такими как бои без правил и автогонки). Но все дело в том, что именно мужчины из самых разных культур чаще ищут новых, захватывающих и напряженных переживаний и охотнее рискуют физически, чем женщины{443}. И, скорее всего, к этому причастен тестостерон.
В своем заявлении Шанель Миллер не забыла о своих героических спасителях: «Самое главное, я выражаю благодарность двум мужчинам, которые спасли меня и с которыми я пока не знакома. Я нарисовала два велосипеда и прикрепила этот листок скотчем над своей кроватью как напоминание о том, что в этой истории есть настоящие герои»{444}.
Через два года после случая с Шанель Миллер журналист Ронан Фэрроу опубликовал в журнале The New Yorker статью, в которой обвинил кинопродюсера Харви Вайнштейна в сексуальных домогательствах и насилии в отношении женщин{445}. Эта публикация стала первым звеном в цепи событий, в результате которых обвинения в сексуальном насилии были предъявлены многим знаменитостям.
#MeToo
В 2017 г. продюсер Вайнштейн не знал себе равных по влиянию. По словам Фэрроу, фильмы Вайнштейна, от «Криминального чтива» до «Влюбленного Шекспира», «получили более трехсот номинаций на "Оскар", а на ежегодных церемониях награждения ему выражали благодарности чаще, чем почти кому-либо еще в истории кино, сразу после Стивена Спилберга и непосредственно перед Господом Богом». Далее в статье в The New Yorker говорилось, что тринадцать женщин, в том числе актрисы Мира Сорвино, Розанна Аркетт и Азия Ардженто, обвинили Вайнштейна в сексуальных домогательствах и насилии. Число обвинительниц Вайнштейна стало быстро увеличиваться. Движение #MeToo набирало обороты.
К тому моменту, когда в 2020 г. Вайнштейн был признан нью-йоркским судом виновным в изнасиловании и приговорен к двадцати трем годам тюремного заключения, в капкан #MeToo угодили сотни других влиятельных мужчин (и, как и следовало ожидать, всего лишь горстка женщин). Среди них оказался комик Луи Си Кей, который имел привычку мастурбировать перед женщинами, иногда прямо во время встреч в своем офисе. Позже он с запоздалой проницательностью заметил: «…урок, который я получил от жизни, хотя и слишком поздно, заключается в том, что, когда ты имеешь над кем-то власть и просишь их взглянуть на твой член, для них это не просьба. Для них это приказ»{446}.
Во всех разоблачениях #MeToo, как и в случае с нападением на Шанель Миллер, прежде всего бросается в глаза то, что в них нет ничего удивительного. Наделенные властью пожилые мужчины – обычно довольно невзрачные – пользуются своим положением, чтобы любой ценой вступить в сексуальный контакт с молодыми и привлекательными женщинами. Напавший на Шанель молодой студент просто взял, что хотел, у женщины, которая не могла сказать «нет».
Удивителен был бы поток подобных обвинений в отношении женщин. Действительно, влиятельных женщин в СМИ, политике и бизнесе намного меньше, чем мужчин, но женщины, похоже, тоже способны использовать свою власть, чтобы получить желаемое. Однако речь, как правило, не идет о молодых любовниках для стареющих богатых дам, принуждении мужчин к сексу или мастурбации у них на глазах. И когда вы в последний раз слышали о женщине, которую застали за щупаньем гениталий незнакомого мужчины, в беспамятстве лежащего на земле?
Большинство людей, которых я знаю, вовсе не Вайнштейны и не Броки Тернеры. Вайнштейн – заметное отклонение от нормы, но не чудовищная шутка природы. Это просто человек, обладающий властью и огромными возможностями, которые в сочетании с чувством вседозволенности, особенностями личности и либидо породили ситуацию, когда проявились его хищнические наклонности. Тестостерон способствует повышению либидо и завоевыванию партнеров, и некоторые идут у него на поводу, если наличие власти, недостатки культуры или зависимое положение жертвы тому способствуют. Но мы в силах перекрыть эту дорогу.
Движение #MeToo уже добилось тут реального прогресса, и, надеюсь, его работа будет продолжена{447}. Как я неоднократно подчеркивала в этой книге, для того чтобы изменить поведение мужчины, необязательно снижать его уровень тестостерона. Изменения в отношении к этим проблемам, а также в культуре, могут способствовать этому сами по себе. Как отмечает Стивен Пинкер в своей книге «Просвещение продолжается: В защиту
