Оба – Ник и Денис – повернулись спинами к цели своего маршрута и снова сдвинулись с места.
– Чувствую себя ребенком, – сказал Денис. – Мы с братом в детстве любили ходить задом наперед. И даже ходили так наперегонки – до тех пор, пока брат не споткнулся о бордюр и не разбил себе голову.
– Веселое у тебя было детство, – сказал Ник, невольно пытаясь обернуться и оценить путь, которым они следовали. – Смотри! – Он вдруг ткнул пальцем в небо.
Денис задрал голову.
– Птицы? – удивленно проговорил он. – Откуда здесь птицы?
– Это не самое странное! Посмотри, как эти птицы летят!
Денис вгляделся внимательнее.
– О боже! Они летят задом наперед?
– Верно! Так же, как мы с тобой!
Стажер невесело усмехнулся:
– Что ж, у Клоаки определенно есть чувство юмора. Только юмор этот какой-то черный.
Оба опустили взгляды и вдруг обнаружили, что идут так, как положено идти, и больше не пятятся по тротуару. Денис вытер рукавом куртки потный лоб.
– Она просто играет с нами, – тихо пробормотал он.
– Да. Похоже на то.
В следующие пять минут пути ничего не происходило.
– Как ты попал на Землю? – спросил Ник, чтобы отвлечься от дурных мыслей, лезущих в голову.
– Сперва учился в Космоучилище. На метеоролога. Потом мне выпал счастливый билет. Раз в год у нас в училище проводилась лотерея для стажеров. – Денис усмехнулся. – Когда я выиграл, мне все завидовали. Да я и сам был на седьмом небе от счастья.
– Могу себе представить. И что было потом?
– Потом… – Лицо Дениса помрачнело. – Я оказался в команде «мангустов». Знаете, кто это такие?
– Да. Обычно эти парни выполняют спасательные операции.
– Точно, – кивнул Денис. – В тот раз было то же самое. Исследовательский челнок «Сирена» спустился на поверхность Земли для проведения секретных экспериментов. Связь с ним прервалась. Космоцентр отправил за парнями с «Сирены» спасательный отряд. Я был в составе этого отряда.
– Это и был твой «выигрышный билет»?
– По закону… в каждом поисковом или спасательном отряде должно быть одно гражданское лицо.
– Глупый закон.
– Да. – Денис невесело усмехнулся. – Командир «мангустов» придерживался того же мнения. Чуть меньше двух месяцев назад мы приземлились в секторе АТБ56К. А потом на нас напали опыли. Они перебили всех «мангустов». Я один остался жив. Но про это я уже рассказывал.
– Снова вытянул «счастливый билет»?
Денис неприязненно посмотрел на детектива:
– Издеваетесь?
– Ничуть. Ты ведь все еще жив.
– Только благодаря Илионе. Вместе мы отбились от опылей и попытались улететь. Но Земля не отпустила нас. Двигатель челнока отказал в воздухе, и мы рухнули вниз, даже не набрав высоту. Не знаю, что нас спасло – страховочная система или серая мантия, создавшая для рухнувшего челнока что-то вроде гигантского батута. Как бы то ни было, мы остались живы. Ну, а потом… – Денис пожал плечами. – Потом Илиона поняла, что серая мантия вступила с ней в ментальный контакт. Остальное вы знаете.
– Невеселая история, – сказал Ник.
– Да уж, – отозвался стажер. – Веселого и впрямь маловато.
Они снова пошли молча, бросая по сторонам напряженные взгляды.
– А эта Клоака – не такое уж страшное место, – заметил Ник.
Денис хмыкнул.
– Для вас весь этот ад – дом родной. Как говорится – плоть от плоти.
Ник внимательно посмотрел на Дениса.
– А для тебя?
– Я прилетел с Соло-Рекса. Там жили и умерли мои предки. Двенадцать поколений, если не больше. Земля – не моя планета.
Ник улыбнулся.
– Забавный получается парадокс. Ты человек, но Земля для тебя – чужая планета. Я – создание фальшивого бога, живущее в фальшивом мире, наделенное фальшивой памятью и фальшивым сознанием. Однако Земля – моя мать, в буквальном смысле этого слова.
Денис покосился на детектива и иронично заметил:
– Есть над чем поразмыслить, верно?
– И есть чему улыбнуться, – добавил Ник.
– Да уж. Странно, что вы еще способны улыбаться.
– Если не относиться ко всему этому с юмором, то можно сойти с ума.
– Тоже верно, – кивнул Денис.
4
Гнусная местность. Ни людей, ни машин. Мир, полностью лишенный движения. Мир жертвы, но не хищника. Впрочем, все равно.
Двадцать Пятый облизнул губы и подумал, что этот бессмысленный жест он, должно быть, перенял у кого-то из людей, и эта мысль не доставила ему удовольствия.
– Командир! – окликнул его рыжебровый боец.
Двадцать Пятый оглянулся. Спецназовцы стояли под кроной псевдо-дерева и мрачно смотрели на капитана. Стволы их автоматов были направлены ему в грудь.
«Плата за доверие, – подумал капитан с саркастической усмешкой. – Рано или поздно они должны были это сделать».
– Командир, мы дальше не пойдем, – заявил рыжебровый боец.
Капитан глянул на предохранители их автоматов, убедился, что они в боевом положении, поднял взгляд и сказал:
– Вы не поднимете вертушку без горючего.
– Мы дойдем до Большого Града пешком, – сказал дройд-азиат.
Двадцать Пятый прищурил темные, холодные глаза. «Нужно попытаться их образумить», – подумал он. А вслух произнес:
– Это глупо. Беглец совсем рядом. Остался последний рывок, и мы настигнем его.
– Он нас больше не интересует, капитан, – сказал азиат.
– Вот как? – Капитан усмехнулся. – И с каких это пор?
– С тех пор, как им перестал интересоваться генерал Якуба.
Зрачки Двадцать Пятого сузились.
– Значит, на мои интересы вам плевать?
Бойцы молчали, неприязненно глядя на своего бывшего командира. Тогда он разомкнул губы и медленно, презрительно проговорил:
– Значит, они добрались и до вас.
– Кто? – спросил рыжебровый.
– Псионики. Вы стали такими же слабыми и трусливыми, как люди. Это псионики сделали вас такими.
– Это не страх, – возразил боец-азиат. – Это четкое следование инструкции. Генерал Якуба приказал вам вернуться в полицейский участок. Вы отказались и тем самым нарушили приказ старшего по званию. Но мы выполним свой долг и приведем вас туда.
Двадцать Пятый чуть склонил голову набок, и этот небрежный жест заставил бойцов крепче сжать автоматы.
– А если я откажусь? – спросил капитан.
– Тогда мы приведем вас в участок силой, – сказал рыжебровый. – Вы у нас на прицеле. И если для того, чтобы сломать ваше сопротивление, мне придется отстрелить вам ноги, я это сделаю.
– Что ж… – Двадцать Пятый насмешливо поднял руки. – В таком случае, я повинуюсь. Глупо возражать, когда тебя держат на прицеле два таких бравых солдата, как вы.
В голосе Двадцать Пятого, внешне ровном и спокойном, проявилось нечто такое, отчего бойцы напряглись еще больше. Тем временем, капитан, в знак того, что готов подчиниться, снял автомат с плеча и швырнул его в пыль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
