внимание и моим бумагам.
Наконец, Рауль отложил документы в сторону и вышел из-за стола. Взял у меня отчёты, просмотрел и убрал их:
– Ирина, я был терпелив с тобой, – его глаза потемнели и нехорошо сузились, – но ты всё так же холодна.
Я встала, сделав шаг к двери, Рауль схватил меня за плечи и развернул к столу, приподняв, усадил на него, зажав мои руки.
– Прекрати, Рауль. Что ты творишь? – от неожиданности перешла на русский.
– Не сопротивляйся, – он покрывал поцелуями мою шею, заломив руки за спину, – тебе будет хорошо, Ирина.
Я старалась отпихнуть его коленями, но тщетно. Рауль буквально вклинился у меня между бёдер. Юбка задралась, а он уже поднимал блузку. Каждое моё движение причиняло боль, руки были крепко зажаты сзади. Открыла было рот, чтобы проговорить давно заученные слова защитного заговора, но не успела и звука произнести: вдруг мою грудь обожгло огненной вспышкой, а Рауля мощно откинуло в сторону, впечатав в стену.
– Bruja! (исп. ведьма) – завопил мужчина, в глазах его метался ничем неприкрытый страх, более ни сказав ни слова, он выбежал из кабинета.
Меня всю трясло. Наспех поправив одежду, я прижала ладонь к груди, мой кулон был горячим, настолько, что под ним на коже осталось красное пятно ожога. Но он меня спас.
Кое-как уняв дрожь, вышла из кабинета и направилась к себе. Вечером у нас ужин, но идти на него сил не осталось, как и снова видеть Рауля. Его выходка перечеркнула всё моё хорошее отношение. Силой женщину может взять только опустившийся скот. Не мужчина и не человек.
Сказавшись больной, я закрылась в номере и думала, как выйти из этой непростой ситуации.
Глава 37
Перед сном нашептала заговор на удачу, на притяжение нового в свою жизнь.
На следующий день меня вызвали в российское посольство. Рауль просто отказался от моего сопровождения. Выносить эту историю на всеобщее обсуждение не хотелось.
Я выдохнула с превеликим облегчением.
Но встал вопрос о моей работе.
– Вот что, товарищ Иванова, – произнёс хмурый мужик, бывший тогда куратором советских переводчиков, – приступайте к обучению местных, институту иностранных языков требуется преподаватель английского.
Эта новость порадовала. Ещё один этап моей жизни закончился. Идём дальше.
Со следующего дня я приступила к новым обязанностям, занятия проходили до полудня, оставалось ещё много свободного времени. Я попросила свозить меня в детскую больницу. Вспомнились мои поездки в Риге, помогать другим приятно, тем более когда речь идёт о детях. А может, во мне проснулся материнский инстинкт?
Снова я покупала небольшие подарки, сладости, забавные браслетики, которые делали кубинцы, яркие и недорогие. Заряжала их своими заклинаниями и отправлялась в местный госпиталь. Врачи не препятствовали визитам. Даже радовались. Много детей здесь жили в ужасной нищете, для них мои посещения стали праздниками. Ведь многие родители не могли себе позволить баловать их сладостями и новыми игрушками.
Спустя пару недель от Рауля мне передали подарок – жемчужный браслет. Видимо, это была попытка извинений, но я отослала его назад. При воспоминании о нём в душе поднималась какая-то брезгливость и носить даже такую шикарную вещь я не стану.
В институте работали иностранцы со всех краёв Земли, и я часами расспрашивала их о жизни в разных странах. Да, мне нравился тропический климат, но обосноваться на Кубе навсегда я и не думала.
Определилась точная дата моего отъезда, самолёты из России летали нечасто, рейсы комплектовались заранее. Ещё пару месяцев и я буду дома. Куда дальше забросит меня судьба? Профессия переводчика, как калейдоскоп, только привыкнешь к людям и жизни, как начинается новый вираж и вот ты уже на другом конце земного шара.
***
Я стояла в аэропорту Шереметьево, кутаясь в пальто, после кубинской жары мне было зябко. В Москве меня встретила ранняя весна, за окном ещё лежал снег, рыхлый и пористый, с подпалинами проступающей земли. Отыскав телефон-автомат набрала номер и услышала самый родной голос на свете:
– Алло…
– Мамочка, здравствуй! Я в Москве!
– Иришка, наконец-то! Мы страшно соскучились! Петя! Ирочка приехала! – крикнула мама отцу, – приезжай, ждём.
Какая удача, что не было очередных гастролей и родители оказались в Москве. И вот я мчу на такси к их дому.
– Ирочка, – мама ждала меня на пороге, – как загорела, как похорошела. Тамошний климат пошёл тебе на пользу!
Объятья и слёзы радости, я даже не подозревала, как соскучилась по своим родным.
– Я уже позвонил Алле, – сказал папа, когда все немного успокоились, – они приедут на выходные.
– А как дела с «Айрис»? Косметика продаётся?
Мама рассмеялась:
– Знаешь, никогда бы не подумала, но у твоего отца талант! Он договорился обо всех поставках в магазины, да так, что цех теперь пашет круглосуточно. Марина разработала новую рецептуру кремов, на основе твоих рассказов, выйдут новые виды помад, ты их назвала блесками. Скоро это всё поступит в продажу.
– Потрясающая новость! А как с доходами?
– Каждому выплачивается его часть от чистой прибыли, твои деньги лежат в целости и сохранности.
– Одно известие лучше другого, отлично пусть так и будет, пока мне достаточно зарплаты.
Рассказать родителям о будущем я не могла, так пусть мои деньги помогут нам потом.
Пока у меня было несколько свободных дней, съездила в Подольск, сама проверила, как идёт работа. Меня встретила хмурая Марина.
– Что произошло?
– Мне не хочется никого обвинять, но цех придётся остановить, – Марина нервно кусала губы, – работать с таким сырьём нельзя.
Она провела меня на склад и показала всё, что было в наличии. До таких тонкостей мне было далеко.
– Объясни толком, что не так?
Марина молча протянула мне крем для рук, открыв тюбик, я увидела, что он расслаивается какими-то неприятными хлопьями.
– Кто делал закуп?
– Алла. Ваши родители уезжали на гастроли и поручили ей. Но дело в том, что этого поставщика мы не знаем, впервые брали у него товар и, как видите, – технолог развела руками, горько вздохнув.
– Так, а почему Алла выбрала их? Должно же быть этому объяснение?
– У них дешевле, хотела сэкономить.
– Понятно. Будем покупать новое сырьё.
– На что? Денег нет.
– Не переживай из-за этого, заказывай то, что необходимо. Поставщика выбери сама. А мне передай документы на эту партию, проверю, может удастся вернуть деньги.
– Бесполезно, мы были у юристов, все накладные и контракты подписаны. Ничего уже не сделаешь.
– Проверим, все могут ошибаться. Деньги будут, не переживай.
Обговорив сумму и сроки поставок, я уехала домой. Алка всегда была ветреной, но в этот раз она конкретно промахнулась! Хорошо, что
